Дмитрий Воденников – 33 отеля, или Здравствуй, красивая жизнь! (страница 27)
…Свет из окна слепит глаза. Опять проспала? Кошмар, это уже не смешно. Через несколько минут здесь может появиться техник. Придется обойтись без душа. Зубы. Главное – почистить зубы. Спокойно, спокойно. Не суетись. Нужно умыться. Хотя бы частями. Всё будет как всегда. Где оксидон? Ложечки должны быть там, где чашки. Розовая таблетка давиться не хочет. Да что же это такое. Так, давай, любимая, давай. Розовая пыль между двух ложек. Только не рассыпь. Обрезок соломинки ползает по ней, как пылесос, – во рту появляется горький привкус. Чуть немеет гортань. Так, отряхни нос. Сейчас всё будет хорошо. Дрожат руки, но это пройдет. Тошнит – так и должно быть. Дезодорант. Волосы. Маскируем круги под глазами. Пудра. Румяна. Где тушь? Здесь, где ей еще быть. Быстрее. Всё свое в сумку. Поправь постель. И чтобы всё на месте. Быстрее. Уже пятнадцать минут восьмого. Главное – ничего не забыть. Опять лицо белое-белое – мечта любой японки. Одевайся быстро, но не торопясь. Так. Вроде всё. Застегнуть сумку. Очки. Так. Зеркало. В очках – почти нормально. Выпиваю залпом трехсотмиллилитровую бутылку воды. Подхожу к дверям, снимаю цепочку. В последний момент вспоминаю про ежедневник. Лежит на подоконнике. Завтра проследить за тем, чтобы не разбрасывать так вещи. Всё в сумку, всё в сумку, ничего не оставить в комнате. Ничего. Кружится голова. Лишь бы не упасть. В последний момент цепляюсь за занавеску – несколько петель срываются с крючков, и висит, перекосившись (слава богу, что не упала), гардина. Дверь за мной жужжит и открывается, в комнату входит долговязый парень с ящиком инструментов в руках и в комбинезоне с вышитым на рукаве названием нашего отеля.
– Ой! Извините, я думал, тут никого! – дверь за ним хлопает, и он словно по команде ставит свой ящик на пол.
– Здравствуйте, – всё в порядке, он не удивился. – Заходите, заходите, я вас, собственно, и жду. Кроме унитаза, здесь еще вот занавеску сдернули. Постарайтесь всё сделать как можно быстрее и сразу, как только закончите, дайте знать горничной – у нас сегодня заказ от постоянного клиента именно на эту комнату.
– Хорошо, мэм, – он всё еще стоит, тогда я выкидываю вправо руку. – Начните с унитаза.
Долговязый кивает и, вытянув вперед шею, скрывается в ванной, я беру свою сумку, проверяю, всё ли на месте и не оставила ли я чего. И выхожу в коридор.
Пожарная лестница. Там кто-то разговаривает. Тогда пойду через другой коридор. В офисе холодно. Нужно сказать, чтобы проверили температурный режим. Видимо, похолодало. Как долго я не была на улице.
В кабинете тоже довольно прохладно – поднимаю на термостате температуру. Стучат. Патрульные полицейские.
– Приехали узнать, всё ли в отеле в порядке.
– Всё в порядке. Спасибо.
– Говорят, у вас тут был псих.
– О чем вы?
– Рассказали, что вчера один из постояльцев… – полицейский подбирает слово.
– Да что вы. Нет. Я сама с ним разговаривала. Просто человек переработал. Устал.
– Почему вы не позвонили нам? Не вызвали медиков? А если бы он что-то устроил?
– Не было никакой необходимости. Ему просто нужны были таблетки.
– Он еще здесь?
– Нет, – я вдруг страшно пожалела о том, что его здесь нет. – За ним заехала его мать, – и что нет его матери, с такими же зелеными глазами. – Я же говорю вам: ничего страшного, – интересно, кто им доложил. Может быть, консьерж? Или носильщик? – Спасибо. Не было ничего опасного. Человек просто устал. Так что всё уже в порядке.
– Больше он ничего не выкинул?
– Он вообще ничего не выкидывал. Просто человек не выпил вовремя таблетки.
Они топчутся, но уходить не хотят.
– И что теперь?
– Извините, – опять использую свое “любимое” слово.
– Может быть, еще что-то нужно? А то кто знает, сколько еще психов понаехало.
– Нет, не нужно! Спасибо вам большое. Хотите кофе? Я могу в баре вам сделать.
В баре еще никого нет. Бармен придет во второй половине дня, но у меня есть ключи. Включать огромный аппарат не хочу. Достаю банку со свежемолотым кофе, которая стоит специально для случайных гостей, включаю чайник, достаю чашки и шоколадное печенье. Чайник уже клокочет, выдыхает паром и отключается. Заливаю кофе кипятком. Процеживаю. Включаю негромко музыку, разливаю по чашкам кофе.
Опять рация. Извиняюсь, ухожу.
В общем офисе собралась вся утренняя смена. Все запинаются о ящик, стоящий у стены, – там свалены забытые зарядники от телефонов, их никто не хочет забирать. За десять фунтов получается слишком накладно – они того не стоят, легче купить новые. Уже вот какая коробка накопилась.
– Их бы продать, – говорю я вслух, глядя на коробки зарядников.
– На улицу пойти, что ли?
– Нет, на
– Хочу. Спасибо.
– Спасибо.
Все еще не начали по-настоящему работать – болтают кто о чем.
– Почему почти все оставляют эти несчастные заряд ники?
– Почему. Не все. Еще и урны с прахом, и грудных младенцев.
– Да, но почетное первое место всё же держат зарядники. Потом идет всякая одежда, в основном пижамы, белье.
– А эти бесконечные мягкие игрушки – я не понимаю, зачем ездить куда-то с мишкой или зайцем? Или еще с кем. Очень странно.
– Может, кто-то боится спать один?
– Я не знаю.
– Понятно, когда находишь книгу там, или зубную щетку, или сумку, в конце концов.
– А вот я помню, пара молодоженов как-то уехала, оставив в шкафу свадебное платье.
– А помните хомяка прошлым летом? Какой-то, между прочим, вице-президент компании.
– Может, хомяк – это его талисман?
– А коробка с реквизитом фокусника?
– А сегодня – вот, полюбуйтесь!
Беру в руки бумажный пакет. В нем банка. В банке что-то шевелится. Клубок из листьев, прутьев и чего-то еще.
– Ящерица?
– Нет. Это сухопутная саламандра.
– Вы зафиксировали находку в журнале потерянных вещей?
– А может, связаться по контактным телефонам и сообщить им о находке?
– Нет, просто сдайте в комнату хранения. Нет, пожалуй, оставьте здесь – она же живая. И позаботьтесь о ней.
– Может, сразу отослать хозяину и деньги за пересылку с карточки снять? И хранить не нужно?
– Во-первых, большинство номеров в нашем отеле финансируется компаниями, которые не обязаны оплачивать забывчивость своих работников, а потом, всегда нужно учитывать классический случай, когда, к примеру, жена ничего не знает о путешествии мужа.
Смеются. Рабочий день для них еще не начался. Но мне, к сожалению, с ними смеяться не полагается. Мне нужно поддерживать статус. Так меня учил мистер Холден. И именно поэтому мне удается держать здесь дисциплину. Ухожу.
Рация. Спешу к стойке администратора.
Грузный мужчина двумя руками держится за стойку и, почти не используя согласные, доказывает, что он здесь живет. Работающая в первую смену администратор никак не может найти его фамилии среди наших постояльцев. Он топает ногами, настаивая, что именно здесь он остановился, и тот факт, что ему не верят, очень его обижает. Он так настойчиво трясет регистрационную стойку, что, не останови я его сейчас, он бы ее выломал.
– Мы сможем помочь вам быстрее, если вы не будете шуметь, – говорю я для начала.
Мужчина затихает и, часто моргая, смотрит на меня – нового персонажа в его истории.
– Если вы дадите мне вашу кредитную карту, я постараюсь найти вас в системе.
– В системе его нет. Я проверяла, – администратор говорит это тихо, не поднимая на мужчину головы.
– Понятно, – я так же тихо ей отвечаю. К мужчине обращаюсь громче. – Пожалуйста, присаживайтесь, и мы постараемся вам помочь.
Мужчина грузно падает в кресло, я приношу ему воды.
– Позвоните в “Кимберли”, “Бентли” и “Дилон”, проверьте, не живет ли он там.
– А что, мы обязаны? Может быть, просто полицию?
– Нет, не обязаны, но это ведь не сложно сделать, правда?