Дмитрий Власов – Ведьма из Бэйля (страница 2)

– Навлечь беду? А ты никогда не задумывался, сколько бед вы навлекаете своими расправами? Сколько детей осталось без родителей? Жен без мужей? Родителей без опеки в старости? – девушка слегка порозовела от напряжения, а рука рыцаря уже потихоньку начинала слушаться хозяина – он уже чувствовал пальцы. – Я, как ты заметил, обладаю некими способностями. И уже подумываю, не показать ли вашему старикашке-императору, что на самом деле значат эти пафосные слова – навлечь беду.

Инквизитор понял, что полностью вернул контроль над рукой. Девушка увлеклась, дала волю эмоциям… потеряла контроль. Ной немного поднял взгляд, выбирая удачный момент.

– Именно поэтому мы казним всех, женщин, детей, стариков. Чтобы некому было мстить. Что до тебя…. В твоих словах – ересь, твои желания преступны, а дар твой – называется черной магией.

С этими словами он выбросил левую рука в глаза девушке в обманном жесте, а правой что есть мочи рубанул наотмашь, с широкого замаха, прямо в точеную шею. Раздался дикий вой, и от него в сторону границы света метнулась серая тень. Звук стих, как только она нырнула во тьму, и на инквизитора из ночного тумана уставились два уголька глаз. Обхватив распухавшую на глазах кисть второй рукой, Ной отметил, что одному ему тут точно не справится – бестия была действительно сильна.

– Верный пес императора, – голос всхлипывал и стал совсем детским, можно было подумать, что из густой пожелтевшей травы с ним разговаривает обычный ребенок, если бы не два светящихся глаза, которые смотрели на него из спасительной темноты.– Вы убили мою маму, а она ничего не сделала плохого. Теперь ты хочешь убить меня. За что? Мой дар – он дан мне по праву рождения. И я применяла его лишь во благо. До этого момента. До встречи с тобой я сомневалась, я оставила тебя в живых, после того, как в приступе ярости расправилась с остальными убийцами. Я хотела, чтобы ты донес мою боль. А ты понесешь проклятие. Теперь – ты подчинен одной цели. И идти тебе будет легко только в сторону своей судьбы. А судьба твоя – положить сердце твоего императора на этот курган. Своими руками. А я буду смотреть. За тобой….. Всегда…..

С последними словами голос стал затухать, как и начали меркнуть светящиеся точки, смотревшие на него в ночи. Резко начало светать, и там, где минуту назад горели звериные глаза, постепенно растворялся под первыми лучами солнца свитый из тумана силуэт прекрасной девушки.

Глава 2 «Борео-Лис»

К исходу четвертого дня пути Ной встретил гонца из Пришты в Бэйл, который любезно согласился довезти его на сменной лошади до старого поселка лесорубов, благо ехать оставалось совсем недалеко. Сменный комплект одежды все того же гонца был хоть и не в пору, но зато позволял сойти за кого угодно, но только не за бойца из отряда святой инквизиции. По крайней мере, на первый взгляд. Не все разделяли методы и практики этого благословенного солнцем ордена, а потому – лишний раз раздражать простой люд не стоило. Упрятав в свои сумы Ноеву кольчугу, за которую в столице можно было выменять небольшой дом, гонец помчался дальше по своим делам, оставив рыцаря у окраины Бэйля. Городишко состоял из дюжины капитальных построек, таких как церковь, таверна и постоялый двор, окруженных утлыми лачугами работяг и парой особняков горожан позажиточнее. Наперво помолясь в церкви, волкодав быстро расспросил местного священника. Печать инквизиции побудила служителя солнца потрясти мошной, однако городишко был беден, как и его церковный приход. Вырученных монет хватило бы разве что на одежду по размеру, не то чтобы на снаряжение и лошадь, поэтому Ной отказался от этой помощи. После чего направился к ростовщику, которого рекомендовал святой отец.

Ростовщик жил в двухэтажном доме со складской пристройкой, почти что на городской площади. Дождавшись, когда от него выйдет очередная порция заемщиков, инквизитор шагнул на порог лавки.

Сухой, но уже начинающий набирать жирок пожилой мужчина суетливо убрал принесенные предыдущими визитерами барахло и внимательно уставился на высокого сероглазого мужчину.

– Мир вам, хозяин.– Ной поздоровался как крестьянин, надеясь что его никчемная маскировка сыграет хоть какую-то роль.

– Не утруждайтесь, юноша. Позвольте мне рассказать вам все самому. А вы пока присядьте вот тут, Зулейка принесет вам чаю. Чудесный чай недавно уродился в Квитании, рекомендую. – и старик засуетился за прилавком, а за ширмой зазвякали кружки и подносы. – Вы, как я вижу, не местный.

Ной и так понял, что его раскусили с первого хода, но позволил ростовщику продолжить игру.

– У вас руки в мозолях, и эти мозоли не от плуга или топора, как и шрамы на вашем лице. На шее я вижу следы от боевого шлема, а выправка и взгляд выдает в вас не просто солдата, а скорее…. Рыцаря.– ростовщик склонил голову ожидая реакции гостя, и получив в ответ удивленное хмыканье, продолжил, – А так как всех бывших солдат в окрестностях я знаю, ведь надо же им на что-то пить, смею заключить, что вы все-таки приезжий. А так как все солдаты да прочий служивый люд в наших краях наперечет, – тут старик нежно погладил стопку записей у себя на столе.– То смею предположить, что вы из отряда, прибывшего к нам из столицы и несшего на щитах лик Солнца…

– Договаривай, старик. Я так явно похож на солдата инквизиции? – Ной был очень доволен интуицией старика и раздосадован одновременно- первый же житель городка распознал в нем волкодава. Хотя ростовщика вряд ли можно было назвать просто жителем.– Если ты боишься, то я наперед скажу- я не дезертир. И уж тем более, не отступник.

– Да я и сам, кхм… в некотором роде… служитель. Извольте показать знак? – любопытный взгляд старика бегал по шрамам на лице гостя, будто читая историю их обладателя. – Время нынче такое- кругом полно проходимцев.

Ной встал и закатал рукав рубахи. Старик внимательно изучил отметину в виде пылающего креста на плече гостя, и довольно хмыкнув, обнажил свое. Голова воющей собаки на сухом пергаменте кожи ничуть не потеряла очертаний, даже несмотря на почтенный возраст. Такой знак со временем сходил сам, и наносился заново по надобности, а то, что он остался на морщинистом плече старика пожизненно- говорило о многом.

– Предвосхищая ваши вопросы, я тоже не отступник, и тоже не дезертир. Верховный Инквизитор даровал мне мирную жизнь. – старик, довольный эффектом, спрятал свое морщинистое плечо под рукавом из атласной ткани.– О чем и грамота имеется, извольте.

Старик полез в бесконечные ящики огромного стола и извлек на свет божий желтые трубки пергамента. Но инквизитор, разглядывая витеиватые закорючки официального документа, вдруг заговорил с недоверчивыми нотками в голосе:

– Но ведь на тебе клеймо королевской гончей, из этого ордена на пенсию не уходят. Либо в совет, либо в могилу. На мирную жизнь ушли единицы. Это Барт, Ирод, Валис и…

– Именно. Борео, именуемый иногда Лисом. Имею честь, – старик свернул развернутые на столе перед гостем старые грамоты и аккуратно упрятал в стол. – Вы, молодой человек, как я погляжу- любили засидеться в библиотеке допоздна?

– Я знаю историю орденов и младших корпусов книжников. Это обязательное знание для.. – тут он нахмурил брови, вспоминая свой погибший отряд, – Всех, кто был выше третьего яруса. Тебе ли это не знать?

– Многое изменилось за время, что я ушел из-под сени Великого Солнца. Официально я уже давно не член ордена. Но проверить твои знания не помешало – уж прости за недоверие. Тревожные нынче времена. Предвосхищая же цель твоего визита – и ненужные разговоры, скажу так. Если дело посильное – помогу. Увы, с деньгами нынче туговато….– и он картинно всплеснул руками и потупил взор.

После непродолжительного чаепития Борео позволил служанке убрать приборы и откинулся в роскошном кресле, подводя итог.

– Значит, вы прищучили старую Хельму. Что ж…. Рано или поздно этого стоило ожидать. А вот Анну, дочку ее, упустили зря, скверный выходит расклад. Так что уж прости, друг из прошлого, но не завидую я тебе. Уж если что стервозина сказала – отвертеться будет сложно. Ты вот что…. С местными поаккуратнее, не стоит разгуливать по улицам вот так. Все уже про казнь знают, знают и о последствиях. Да и внешность твоя в глаза лезет… Крестьяне ее любили, не приносила она зла. Так, пара рассказов об отравленных любовниках да приворотах, вот и все проступки. Да и то только на языке. Что дальше думаешь делать?

Ной задумчиво поскреб грязную щетину на щеке и заговорил, разглядывая мелкую сетку паутины в окне весьма просторной кухни в доме ростовщика:

– Кодекс велит мне доложить верховному инквизитору о случившемся и явиться ко двору. Письмо я уже отправил с местным священником, осталось второе. За сим и пришел – мне бы коня да оружие какое, припасов на дорогу, да и в путь. Ссудить денег в кредит или за будущую выгоду в этом городишке можешь только ты.

– Туго нынче с добрыми конями, да и оружие – хлам один.– старик закатил глаз в мученическом жесте. – Даром уж извини, орден меня уже не питает, сам кручусь.

– Говори. Что ты хочешь за припасы. И хотя за такие делишки мой покойный капитан вздернул бы тебя на первом же суку – я поступлю иначе. В память о твоей службе в рядах Ордена. У меня нет грамот, я не увенчан регалиями, а посему- отработаю сполна. – Ной выразительно глянул на ростовщика исподлобья, но старик будто бы не заметил этого.