Дмитрий Видинеев – Промзона. Снежная Королева (страница 24)

Наломали берёзовых веток, разожги костёр, нарубили стеблей кипрея для лежанок и скоро уже сидели возле огня и пили горячий чай из металлических кружек. Сказочник расщедрился, выделил Герде аж три куска сахара. Два она съела, третий отправила в карман, надеясь, что Потеряха всё же объявится.

Мир окутывали сумерки, луна выглянула из-за похожего на исполинский гроб здания, чтобы начать свой неспешный путь по небосклону. Герду клонило в сон — устала, прыжки по кочкам совсем измотали.

— Ты спи, — предложил Сказочник. — И не бойся, если что, я любую опасность в миг почую, у меня в голове локатор, — он постучал пальцем по виску.

Герда зевнула.

— Что-то дофига у тебя всего в голове. И компас, и локатор, ещё и червячок какой-то, сеющий сомнения. Не башка, а настоящий склад.

— Вот доживёшь до моего возраста, может и у тебя в башке что-нибудь появится.

Герда решила, что действительно пора прилечь, глаза уже слипались. Она открыла было рот, чтобы ещё раз зевнуть, да так и застыла, потому что увидела нечто странное. Вдалеке, в лунном свете, на фоне стены какого-то завода двигалась огромная тень. Судя по контурам — тень от человека, словно бы одетого в плащ с капюшоном.

— Ты чего? — насторожился Сказочник.

Герда подняла руку.

— Там...

Сказочник оглянулся, но тень уже исчезла.

— Что ты видела?

— Я... я не знаю. Кажется, человеческая тень. Большая такая. Она... будто бы проплыла.

— Ясно. Похоже, ты видела Андерсена, призрака промзоны. Тех, кто его видит, ждут проблемы. Он специально является, чтобы предупредить.

Герда продолжала вглядываться в полумрак.

— Что ещё за Андерсен?

Сказочник вздохнул.

— Это печальная история, — он допил чай, отложил кружку. — Был такой спецназовец с позывным Андерсен. Крутой солдат, суровый. Участвовал в военных операциях по всему миру, кучу наград имел. И он любил балерину из нашего городского театра, красавицу каких ещё поискать. Дело к свадьбе шло, но тут случились четыре всадника, свадьбу отложили. Андерсен на фронт ушёл, говорят, воевал как зверь. А балерину тем временем заприметил один бандюган по кличке Тролль, авторитет криминальный, чтоб его. Я хорошо его помню, приходилось с ним сталкиваться. Жирный такой, с глазками поросячьими. Настоящий беспредельщик. Он к балерине и так и эдак подъезжал, а она его посылала куда подальше. Троллю совсем крышу снесло, похитил он однажды балерину, изнасиловал. А Андерсену на фронте ногу снарядом оторвало. Госпиталь, реабилитация. Вернулся он, в общем, домой, узнал, какая хрень тут без него приключилась. Сама понимаешь, такой как он со всем этим смириться не смог бы. Он и не смирился. Прикрепил как-то утром протез к культе, взял автомат, гранаты и потопал мстить. Прямо сюда в промзону и потопал, у бандганов здесь на какой-то фабрике логово было. Андерсен в одиночку их почти всех замочил, но и его самого серьёзно ранило. А Тролль не пострадал, сучара. Он приказал Андерсена к столбу колючей проволокой привязать и сжечь заживо. Ну, его облили бензином и сожгли. Говорят, пока он горел, даже ни разу не закричал. Боль адскую терпел, стиснув зубы. Вот такая вот история.

Герда долго переваривала услышанное, потом произнесла:

— Теперь я знаю, почему тебя прозвали Сказочником.

Тот дёрнул плечами.

— Это не сказка. Чистая правда. Я, знаешь ли, не любитель всякие небылицы придумывать. Андерсен теперь бродит по ночам по промзоне в виде призрака. Его многие видели, не только ты.

— А как же балерина? С ней что потом случилось?

— Она покончила с собой, — мрачно ответил Сказочник. — Так любила Андерсена, что решила умереть как он. Пробралась как-то в крематорий и бросилась в печь. Сгорела в общем. А Тролля, кстати, Карл грохнул, у них там какие-то старые тёрки были. Целую обойму ему в рожу выпустил.

— Мда, — Герда покачала головой. — И вправду невесёлая история. Что-то даже спать расхотелось.

Она уже не была уверена, что вообще видела тень человека. Возможно, померещилось от усталости.

— Могу ещё про русалку рассказать, — заявил Сказочник. — Она была мутантом, в озере жила.

— Я так понимаю, и эта история печальная.

— Ага.

— Нет, спасибо. Хватит на сегодня печальных историй.

Герда легла на спину на лежанке, уставилась в небо и словно бы нырнула в океан ночи с россыпью звёзд, и поплыла, больше не ощущая никаких тревог. Долго смотрела на созвездия, а потом задремала.

Ей приснились Космонавты. Торжественно, строевым шагом они заходили в космолёт. На всех были гермошлемы. Зашли, закрыли за собой железную дверь. Откуда-то появился Вертинский с выбеленным лицом. Он самозабвенно запел:

«- В бананово-лимонном Сингапуре, в бури...»

Из небесных высей выскочил толстый яркий луч, который окутал космолёт и поднял его над землёй.

— Вперёд, к звёздам! — донеслось из летательного аппарата.

Рядом с Вертинским возник человек с головой барсука, в руках он держал огромный самопал.

— Куда?! Без меня?! На Эдем хочу! Жратвы вкусной хочу!

Он вскинул оружие и выстрелил, из ствола вырвалась волна пламени. Она с диким рёвом врезалась в космолёт. Тот начал разваливаться на куски, на землю падали вопящие космонавты...

В небе промелькнула размытая тень, которая превратилась в большого ворона. Суетливо махая крыльями, Абрахас выкрикнул:

— Кар-р! Кар-р!..

Герда резко пробудилась. Карканье было не только во сне, но и наяву и ей слышалось в этом звуке: «Тревога, тревога!..» Сказочник дремал, похоже, у него сломался не только локатор, но и уши перестали слышать.

— Сказочник, проснись! — Герда вскочила, схватила его за плечо, встряхнула.

Тот встрепенулся.

— Что? Я не сплю, не сплю. Какого лешего?

— Кажется, мы в опасности, — приглушённо ответила Герда. — Ворон Клары каркает, не слышишь? Он нас предупреждает

— Что ты несёшь? — сердито буркнул Сказочник. — Какой, к чертям собачьим, ворон Клары?

В темноте блеснула пара глаз. Ещё пара и ещё. Скоро в ночи появилось уже несколько десятков парных точек. Герда видела такое раньше, причём не раз. Мутанты, которым мутаген так повлиял на рассудок, что превратил их в диких тупых тварей, полностью утративших человечность. Раньше городские поселения постоянно отбивали атаки подобных существ. С желтоватым отливом глаза этих мутантов Герда не спутала бы ни с какими другими.

Сказочник взял ружьё.

— Да, у нас проблемы. Боюсь, на всех этих тварей у нас патронов не хватит. Придётся так драться, — в его голосе не было паники. Он просто констатировал факт.

Сияющие точки приближались, окружали. Существа двигались бесшумно, как опытные охотники.

— Герда, быстро разжигай костёр, — распорядился Сказочник. — Нам нужен огонь.

Он поднял ружьё, прицелился.

Тишину ночи разорвал крик, больше похожий на боевой клич:

— Покусаю нахрен!

И началось.

Глава 12

Сказочник стрелял, быстро перезаряжал ружьё и снова стрелял — без лишних движений, как опытный человек, которые делал это тысячу раз. А вот Герда, пытаясь разжечь костёр, слишком суетилась, а потому обожглась пару раз, прежде чем огонь вспыхнул в полную силу и озарил трепещущим светом пространство. Стало видно мутантов. Они двигались на четырёх конечностях, точно звери, лица покрывали язвы. Твари больше не молчали — верещали, вопили, неестественно широко раскрывая рты с корявыми зубами и тараща бешеные желтушные глаза. Среди них с невероятной скоростью носилась Потеряха, не забывая выкрикивать: «Покусаю нахрен!» Она и кусала, точнее — разрывала глотки клыками. Монстры были быстры, но она быстрее в десятки раз. Ловко уклонялась от ударов, прыгала на спины, раздирала ногтями плоть, крутилась как юла, скалилась, кувыркалась, снова прыгала и опять кусала, мигом выгрызая куски плоти вместе с венами и сухожилиями, и оставляя противников хрипеть и истекать кровью. Навряд ли кто-то учил её драться, это был чистой воды древний звериный инстинкт, который когда-то в ней пробудил мутаген.

Одному из мутантов Сказочник разворотил выстрелом голову, другому попал в грудь. Твари словно бы не знали страха, чувства самосохранения — пёрли напролом, даже не пытаясь прятаться и порой наступая на павших собратьев.

Герда засекла справа движение, выхватила из костра пылающую головёшку, развернулась и ткнула ей в глаз выбравшемуся из оврага мутанту. Тот взревел от боли, рухнул обратно в овраг и раскроил череп об гусеницу экскаватора. Потеряха разорвала горло очередному монстру, прыгнула на другого, разодрала ему ногтями щёку и откусила ухо. Лицо девочки блестело от крови, губы кривились в жутком подобии улыбки, делая её похожей на какого-то ошалевшего демонёнка, выпущенного из ада лишь с одной целью — убивать. С чем она отлично и справлялась.

Луна выглянула из-за облака, будто решив взглянуть, что творится на Земле. Посмотрела и снова спряталась, увиденное ей явно не понравилось.

Герда швырнула горящую головёшку в мутанта, который приблизился к оврагу. Её меткость всегда была на высоте, угодила в плечо. Монстр зашипел, сморщив морду и став раз в десять уродливей, чем был на самом деле.

Сказочник выстрелил ещё пару раз, затем кинул ружьё на рюкзак, выхватил из ножен саблю и бросился в атаку. Удар — и один из мутантов упал на землю, скорчился умирая. Острое лезвие рассекло ему грудь. Резкий выпад — и ещё одна жертва клинка с проколотым сердцем завалилась на спину. Холодным оружием Сказочник владел не хуже огнестрельного.