Дмитрий Видинеев – Промзона. Снежная Королева (страница 14)

Сказочник направил стволы ружья на Малыша.

— Послушай меня, парень... уходи и стаю свою забирай. Мне не хочется тебя убивать. Что, чуешь кровь своей хозяйки? Бой был честным, поверь, и она проиграла. Ты ведь сам боец, должен это понимать.

Понимать? Герда поверить не могла, что Сказочник разговаривал с псом, как с человеком. И вот же странность: собаки перестали рычать, скалиться, хоть и были по-прежнему напряжены и явно готовы в любой момент броситься в атаку.

— Дай нам пройти, Малыш, — Сказочник говорил твёрдо, но без приказного тона. — Так будет лучше для всех нас. Теперь ты здесь хозяин, решай. Подумай о своей стае. Прежде, чем кто-то из твоих псов вцепится мне в глотку, я успею уложить трёх или четырёх. А тебя грохну первым. Ты ведь знаешь, что за штука у меня в руках? Конечно же знаешь. Если выстрелю, будешь кормом для своих же псов, а то, что от тебя останется, сожрут крысы. А потом, без такого лидера как ты, стая распадётся. Оно тебе надо?

Малыш отвёл взгляд от Сказочника, затем, после короткой заминки побрёл прочь. Остальные псы направились следом.

Гарда, которая всё это время стояла, затаив дыхание, медленно выдохнула.

— Что вообще это было? Ты... ты их уговорил? Такое ощущение, что они поняли каждое твоё слово.

— Это вряд ли, — ответил Сказочник. — Но они точно поняли, что без боя мы не сдадимся. Малыш умный пёс, он сообразил, что лучше для его стаи. И главное, он отлично знает на что способно ружьё в руках человека. Думаю, это был самый важный аргумент. Но расслабляться нам не стоит, будь начеку.

— Ещё как буду, — заверила Герда, всё ещё сомневаясь, что псы оставили их в покое и не вернутся. Слишком уж невероятна была эта мирная развязка. Только что балансировали на лезвии ножа, а теперь вроде как всё обошлось. Похоже, «невероятное» для промзоны — обычное дело.

Прислушиваясь к каждому звуку, они двинулись дальше. Вечер был душный. На темнеющем небе начали появляться искорки звёзд, краешек луны показался над чёрным гребнем леса за оградой.

Ни на секунду не теряя бдительности, Герда и Сказочник вышли к свалке металлолома. Со стороны жилища Цветочницы раздался многоголосый тоскливый собачий вой. Стая, во главе с огромным сенбернаром, оплакивала свою хозяйку.

Сказочник оглянулся, поглядел на луну, вздохнул.

— Да уж... денёк у нас тот ещё был. Врагу не пожелаешь. Не самое удачное начало нашего похода, но... — он задумался, какими словами закончить фразу, однако решил вообще её не заканчивать.

Герда догадывалась, что он изначально намеревался сказать: «...но дальше будет лучше». Промолчал, потому что не хотел обманываться на этот счёт. Не верил, что дальше будет лучше. И она не верила. Лучше так, чем тупой оптимизм. Впрочем, и уныния подпускать нельзя. Надо просто идти. Несмотря ни на что.

И они шли устало по озарённой лунным светом свалке, слушая траурную песню собачьей стаи. Так и добрались до складов, где у освещённой факелами проходной им встретились охранниками с татуировками воронов на шеях. Те узнали, Сказочника, пропустили, не задавая вопросов, лишь на Герду поглядели удивлённо, девчонки её возраста тут были не частые гости, а эта девчонка ещё и в одежде окровавленной, словно после битвы.

Следуя по территории банды, Герда убедилась, что здесь вполне полноценное поселение. Несмотря на поздний час, повсюду расхаживали люди. Кто-то сидел на скамейках возле костров, разожжённых в обрезанных железных бочках. Из кирпичного здания с корявой вывеской «бар» доносился хохот, явно обкуренный мужик в трусах и в шапке-ушанке методично бился лбом об стену, удивлённо произнося: «ой!» при каждом ударе. Из темноты, завидев Герду, выскочил шустрый старичок с неопрятной бородой. Вприпрыжку приблизился и начал пискляво допрашивать: «Ты кто такая? Кто такая, а? Кто такая?..» Сказочник на него прикрикнул, однако тот не отставал: «Кто такая? Ну скажи, кто ты такая?..» Лишь крепкий пинок смог его прогнать — он нырнул обратно в темноту и словно растворился в ней.

Возле одного из костров кто-то бренчал на гитаре, а жирная, абсолютно лысая женщина пыталась двигаться в такт музыки — танцем это трудно было назвать. Сидя на корточках, на неё завороженно глядела девочка лет семи, больше похожая на дикую зверушку — чумазая, босая, с всклокоченными волосами и в драной одежонке.

Герда и Сказочник свернули к железнодорожному полотну с навсегда застывшими на нём ржавыми вагонами и локомотивом, под которым тощий пёс лениво грыз кость. Справа высились ряды приземистых бетонных зданий с металлическими воротами — складские помещения. На фоне звёздного неба темнел башенный кран, словно гигантский страж этого места.

Вышли к площади, окружённой различными строениями, от убогих, до вполне добротных. На некоторых зданиях красовались вывески: «Лепила», «Дом траха», «Товары на обмен». Герда с удивлением отметила, что здесь даже ресторан был и у него имелось название «Гнездо ворона», словно чтобы его не перепутать со множеством других местных ресторанов. Площадь озаряли десятки факелов, а в центре на постаменте торчали две виселицы. На одной болтался труп, на другой, с петлёй на шее, висел мужик, кончики ступней которого с трудом умещались на тонкой шаткой деревянной колоде. Руки были связаны за спиной, глаза почти вылезали из орбит. Бедолага изо всех сил старался сохранить равновесие, дабы не сорваться с колоды и не стать таким же мёртвым, как его собрат по несчастью.

Сказочник проследил за взглядом Герды.

— Не обращай внимания. Такие наказания тут вещь обычная. Накосячили ребята вот и расплачиваются. Скорее всего, скрысятничали что-то у своих же, а Карл таких воров терпеть не может.

Это зрелище Герду вовсе не шокировало. Когда-то и в Речном стояли подобные виселицы. Вешали пленённых мутантов, которые совершали набеги на поселение. Трупы или отрубленные головы на кольях потом выставляли на окраинах города для устрашения. Отголоски средневековья в двадцать первом столетии. Кто-то говорил: «Так надо!», а кто-то исполнял, фанатично веря, что так действительно надо.

— И вот ещё что... — Сказочник замялся, ему явно не нравилось то, что он должен был произнести. — Ты убила Цветочницу. Я понимаю, это твоя заслуга, но... давай скажем Карлу, что это сделал я. Так будет лучше. Она была его поставщиком наркоты, её смерть станет для него очень хреновой новостью. И ему плевать, что она людей жрала. Меня он не тронет, а тебя он не знает, может и наказать. А сказать про убийство этой твари нам всё равно придётся. Уже завтра утром о её смерти станет известно, а Карл не дурак, запросто свяжет наше появление и её гибель с нами.

Герда пожала плечами.

— Хорошо, скажем, что ты убил, — она не слишком понимала, отчего Сказочник так стушевался. Думает, что, хоть и из хороших побуждений, но отнимает у неё славу за героический поступок? Глупо. Ей такой славы не нужно.

— Вот и договорились, — подвёл он итог, явно довольный, что Герда легко согласилась с его предложением.

Они уже было направились к двухэтажному дому со множеством деревянных пристроек, как из «Гнезда ворона» вышел явный мутант с носом, похожим на свиное рыло и жёсткой щетиной вместо волос. Он окликнул:

— Сказочник! К Карлу топаешь? Он здесь, в ресторане.

Герда рассудила, что, если бы она пришла в это поселение одна, у неё были бы большие проблемы. Так что польза от её спутника вполне ощутимая.

Сказочник поздоровался с мутантом, назвав его «Степанычем», затем взглянул на Герду с весёлым прищуром.

— Что, не ожидала, что в промзоне мы станем по ресторанам ходить? Тут, знаешь ли, тоже цивилизация.

Ей захотелось напомнить ему об одной цивилизованной и образованной библиотекарше, но решила промолчать.

Вместе со Степанычем они зашли в «Гнездо ворона».

Тут царил полумрак. Свечи горели только в высоких канделябрах на сцене и в подсвечниках на одном из столов, за которым сидели мужчина и женщина. Больше людей в зале не было. Мужчина, увидев вошедших, тут же вскочил.

— Сказочник, мать твою! Решил-таки навестить старого приятеля? А это кто с тобой? Никак подружкой обзавёлся, бродяга? Одобряю, одобряю.

— Никакая я не подружка, — буркнула Герда, не очень понимая, что именно одобряет этот тип. Её внешний вид, окровавленную одежду, мог сейчас одобрить только сумасшедший.

Подошли к столику. Сказочник улыбнулся, похлопал приятеля по плечу.

— Карл, рад тебя видеть, — затем переключился на женщину, церемонно наклонился, поцеловал ей руку и произнёс елейно: — Кларочка, ты как всегда очаровательна. Хорошеешь с каждым днём, с каждым часом, минутой. Я тебе говорил, как Карлу очень повезло с такой женой?

— Говорил, причём десятки раз. Болтун, — рассмеялась Клара и игриво отмахнулась от него как от назойливой мухи.

Герда отметила, что лесть Сказочника не была лживой. Женщина действительно отличалась какой-то тёмной завораживающей красотой. Тонкие черты лица, острый подбородок, глаза чёрные, в их глубинах словно бы звёзды мерцали. На первый взгляд могло показаться, что на голове у неё причудливый головной убор из птичьих перьев, но это всё же были очень странные волосы, отливающие синевой перекалённого металла. Мутант. Подобных Герда ещё не видела. А вот Карл в отличие от Клары выглядел обыкновенно: невысокого роста, коренастый, с мясистым носом и с короткой с проседью бородой. Герда иначе себе представляла главаря банды, контролирующей большую часть промзоны. Впрочем, она уже на примере Цветочницы убедилась, что внешность бывает обманчива.