Дмитрий Видинеев – Паразит Бу-Ка (страница 9)

Странница рассмеялась.

– Ты не первый, кто задаёт этот вопрос. За последние дни мы с Блохом забрали девятнадцать неизлечимо больных. Таких, как ты. И почти все спрашивали, не ангелы ли мы. Отвечаю: нет, мальчик, не ангелы. Но и не посланники дьявола, если тебя это успокоит. Мы те, кому не всё равно, будешь ли ты жить дальше или умрёшь. Мы те, кто очень желает, а главное, может, помочь. Считай нас посредниками между тобой и всемогущим доктором, который способен исцелить любого человека, для которого нет ничего невозможного. Этот доктор ждёт тебя. Бу-Ка очень хочет расправиться с твоей болезнью, превратить её в ничто.

– Я … я не понимаю. Какой ещё Бу-Ка?

– Доктор. Добрый доктор Бу-Ка, – Странница всплеснула руками, и Андрей заметил, что у неё и на другом запястье синие мерцающие прожилки. – Он сделает так, что ты не просто излечишься, но и забудешь обо всех проблемах. Ты будешь по-настоящему счастлив. И то, что ты никогда больше не увидишь друзей и близких, тебя не будет волновать.

Андрей ей верил, потому что невыносимо хотелось верить.

– Я должен куда-то пойти с вами?

– Нет-нет, идти тебе не придётся, – заверила Странница. – Тебя доставят. Как на машине скорой помощи, разве что мигалок не будет. Это совсем рядом, можно сказать, рукой подать. Так ты готов встретиться с Бу-Ка?

Он был готов встретиться хоть с самим сатаной, лишь бы больше не было эпилептических припадков, болей, мыслей о том, как он гниёт в гробу под толщей земли.

– Да, я готов. Прошу, заберите меня. Я готов. Но могу я попрощаться с отцом и матерью?

– К сожалению, нет, – тяжело вздохнула Странница. – Если они проснутся, это всё усложнит. Твои родители не поймут. Увидят нас с Блохом и шум поднимут. И нам придётся исчезнуть. Мы, конечно, вернёмся, не бросим тебя умирать, но на это уйдёт время. А ты не единственный, кому нужна наша помощь. Возможно, прямо сейчас, в эту саму минуту, от смертельной болезни умирает какой-нибудь несчастный, ему хуже, чем тебе, и нам нужно успеть этому человеку помочь. Так что не будем терять время. Но я обещаю, потом я извещу твоих родителей о том, что у тебя всё хорошо, что ты жив, здоров и счастлив.

– Спасибо, – кивнул Андрей. – Тогда я спокоен. И я готов. Заберите меня.

– Хорошо. А теперь поднимись с кровати.

Он выполнил просьбу. Голова кружилась, по телу разливалась слабость и чуть подташнивало. Неожиданно накатила паника. Накатила не из-за страха перед встречей с Бу-Ка, а из-за боязни, что прямо сейчас может случиться приступ и всё сорвётся.

Странница заметила его состояние.

– Спокойно, мальчик. Спокойно. Всё хорошо. Возьми меня за руки. Ну же, давай.

Пытаясь совладать с дрожью, Андрей вложил свои ладони в тёплые ладони Странницы.

– Умница, – одобрила она. – Ты просто умница.

Синие прожилки на её запястьях ярко вспыхнули. Он ощутил давление в голове, услышал громкий хлопок… а потом всё вокруг изменилось. Комната стала другой. Исчезли мебель, декор, занавески. Стены, потолок, пол – всё было покрыто какими-то белёсыми пятнами, излучающими мертвенное сияние. В пустой оконный проём проникал бледный свет. В воздухе витал лёгкий сладковатый запах, какой бывает от гниющих яблок.

– Что происходит? – жалобно спросил Андрей. – Что стало с моей комнатой?

– Уместней было бы спросить, что стало со всем миром, – сказала Странница, отпустив его руки. – Ответы на твои вопросы требуют времени, причём немалого. Просто прими всё, как есть. Ты уже не там, где был минуту назад. Ты на территории Бу-Ка.

К оконному проёму подошёл Блох. Широко раскрыв рот, он издал звук похожий на треск ломаемых веток. Андрей подумал, что человек на такое просто не способен. Кто он такой, этот высокий тип в плаще, шляпе и в больших тёмных очках?

Снаружи послышалось тяжёлое хриплое дыхание. Где-то рядом. Андрей содрогнулся, ощутив, как холодные капли пота потекли по спине под пижамой. Кто там может дышать? Это же четвёртый этаж! По крайней мере, так было минуту назад. На несколько мгновений оконный проём стал тёмным, но в нём было какое-то движение, а потом появился огромный красный глаз, обрамлённый толстыми кожистыми складками. Зрачок пополз вправо, влево, рассматривая тех, кто находился в комнате. Блох опять издал трескучие звуки, делая короткие интервалы, после чего отошёл к стене и застыл, как механическая кукла, у которой закончился завод. Глаз в оконном проёме исчез.

– Что… что это было? – промямлил Андрей. Его мочевой пузырь заныл, на шее от напряжения вздулась жила.

– Это существо отнесёт тебя к Бу-Ка, – спокойно сказала Странница. – Не бойся, мальчик. Оно не навредит тебе. Как я и говорила, можешь считать его каретой скорой помощи.

В оконный проём протиснулась громадная лапа с длинными пальцами, которые обхватили обомлевшего Андрея. Он задёргался в панике, взвизгнул. Существо аккуратно вытянуло его наружу, развернулось и плавно зашагало прочь от дома. Андрей обмяк в кулаке монстра. Он ошарашенно глядел по сторонам, не веря своим глазам. Все здания были покрыты белёсыми пятнами и казались словно бы обглоданными. Будто бы кто-то сожрал стёкла с оконными рамами, кондиционеры, карнизы, двери подъездов, водосточные трубы, оставив лишь кирпичные скелеты. Это был родной город Андрея, но в то же время город был другим.

Существо несло его как какую-то хрупкую статуэтку по пустынным улицам, держа в десятке метров над землёй. Листва шуршала под порывами ветра, откуда-то доносились протяжные трубные звуки. Андрей чувствовал себя лилипутом в могучей руке Гулливера. Он увидел возле здания детского садика такое же существо, что несло его. Оно было бледным, как медуза, голова походила на молоток. Чудовище стояло на одном месте и мерно раскачивалось, будто в трансе, из щелей полуприкрытых глаз выбивалось красное свечение.

Садик остался позади. Андрей подумал о родителях. Они будут в шоке, когда утром обнаружат, что сын исчез. У отца сердце больное, у матери давление. Нужно было им хотя бы записку оставить.

Существо перешагнуло через дорогу, зашло в коридор между пятиэтажными домами. Андрей заметил, как по крыше пробежала какая-то тварь, сверкнув огоньками глаз. Далеко, возможно в центре города, в ночное небо взмыла красная искра, достигнув большой высоты, она взорвалась. Слева послышался трубный звук, который наполнил воздух лёгкой вибрацией.

Андрею вдруг в голову пришла мысль, что он умер и попал в загробный мир. А Странница и Блох – это какие-то жнецы, забравшие его жизнь. И сейчас он лежит бездыханный на кровати в своей пропахшей лекарствами комнате. Утром отец и мать обнаружат его остывший труп и скажут печально: «Отмучился. Теперь он на небесах». И расплачутся.

Абсурд!

Он жив!

Ещё жив!

Он ощущает запахи, боль, холод. Мочевой пузырь требует опорожнения. Сердце колотится, голова кружится. Он ещё не умер! Его ждёт добрый доктор Бу-Ка, чтобы излечить!

Андрей воспрянул духом. Даже дышать стало как-то легче.

Монстр обогнул трансформаторную будку, пересек пустынную парковку, подошёл к заданию поликлиники и засунул Андрея в оконный проём пятого этажа. Длинные пальцы разомкнулись, лапа втянулась наружу. Андрей пошатнулся, с трудом держась на ногах. В дрожащем тёплом воздухе стоял густой приторный запах гниющих фруктов. Как и на улице, внутри всё было покрыто излучающими слабое свечение пятнами. Впрочем, они достаточно рассеивали мрак, чтобы Андрей смог рассмотреть Бу-Ка.

Его начало трясти, мочевой пузырь не выдержал, по ногам расползлась тёплая влага. Андрей сначала заскулил, а потом закричал от ужаса – в вылезающих из орбит глазах лопнули сосуды, сердце билось в груди как обезумевший зверёк в клетке. Андрей кричал и кричал, не в силах сдвинуться с места, эхо разлеталось по кабинетам и коридорам поликлиники. Мысли в голове комкались, рвались в клочья, но одна мысль была ясной и чёткой: «Лучше бы я умер!»

Глава пятая

Пробудившись в восемь утра, Макар тут же вспомнил, что случилось ночью. Он поднялся с дивана, посмотрел на отмеченную красноватым пятном руку и попытался убелить себя, что всё происшедшее было сном. Попытка не увенчалась успехом. Макар выругался, осознав, что старается спрятаться от правды. Какой, к чертям собачьим, сон? Всё это было, и точка! И может случиться снова! Он с ненавистью глядел на пятно на запястье, отметив, что оно не увеличилось в размерах, но и меньше не стало. Кожу слегка покалывало.

– Вадик! – Макар произнёс это имя с тем же выражением на лице, с каким, обычно, впечатывал кулаки в боксёрскую грушу.

Как правило, он не мыслил своё утро без кружки крепкого чая, но сейчас даже не подумал о том, чтобы пойти на кухню и поставить чайник на плиту. И умываться не стал. Не теряя времени, он рассеяно оделся, обулся, посмотрел в зеркало в коридоре, отметив, что выглядит хреново: глаза лихорадочно блестели, лицо помято – ночные тревоги оставили свой отпечаток. Да и плевать! Макара сейчас меньше всего волновал собственный внешний вид. Голова была забита предстоящими поисками Вадика. Время – начало девятого, а значит, тот уже обходит дворы, высматривает, где валяется мусор и какая машина припаркована неправильно. Макар полагал, что найти его не составит труда. А когда найдёт…

«Спокойно! – мысленно приказал он себе. – Спокойно, не психуй!»