Дмитрий Видинеев – Паразит Бу-Ка (страница 28)

Макар вглядывался в тёмные оконные проёмы.

– Что-то не видно там светляков.

– Они загораются, только когда оттуда вылетают, – пояснила Рита. – Таких яслей в городе две штуки. Это вот здание и контора ритуальных услуг на окраине, но там совсем небольшие ясли.

Макар мысленно занёс эту информацию в воображаемый журнал «Любопытные факты о нижнем слое», и подумал, что это всего лишь первая страница, всего лишь начало.

Дом Валерии находился почти в центре города. Едва они поднялись на лестничную площадку второго этажа, как Лыба разнервничался. Он указал на дверной проём и выдохнул с презрением:

– Хэйг! Там! Хэйг плохой!

Макар неожиданно зевнул. Он ощутил сильную сонливость и слабость. Ему очень хотелось где-нибудь присесть, а лучше прилечь и отдохнуть. Предстоящая миссия ему показалась абсолютно неважной. Ядовитая слизь? Да пошла она. Как-нибудь потом они с Ритой её добудут. Потом… потом…

– Эй, Макар! – дёрнула его за рукав Рита, заметив, что он пошатнулся, как пьяный. Впрочем, она тоже выглядела сонной и боролась с зевотой. – Это аура Хэйга на нас влияет. Он один из редких паразитов. Я сейчас с ним разберусь…

Держась за стену, она вошла в дверной проём, Макар как-то машинально, абсолютно бездумно поплёлся следом, а головастик поднялся на верхний этаж, чтобы не находиться в зоне влияния Хэйга.

Паразит обосновался в углу комнаты, его панцирь был похож на пористую бесформенную окаменевшую губку. Ни теряя ни секунды, Рита приложила к нему ладонь, засияли красные прожилки на запястье, рука дёрнулась из-за резкого импульса, словно от отдачи после выстрела из пистолета.

Макар прислонился спиной к стене, его веки подрагивали, грозя вот-вот сомкнуться. Плечи поникли, лямка сползла, и сумка упала на пол. Где-то на задворках сознания лениво заворочалась мысль, что происходит что-то неправильное, плохое, но эта мысль затерялась в дремотном тумане. Находясь на грани сна, Макар глядел сквозь мутную пелену на то, что происходит в комнате.

Панцирь затрещал, как корка льда, на которую наступили ногой, покрылся трещинами и разрушился, развалившись на острые осколки. Нечто прозрачное, почти невидимое, поползло по полу. Рита принялась бить по призрачному сгустку битой – сначала слабо, с трудом поднимая и опуская своё оружие, затем всё уверенней.

Макар встрепенулся, ощутив, как сонный морок выскользнул из рассудка, как скользкий угорь. И сразу же стало стыдно за временную слабость. Тряхнув головой, он вынул из сумки обрезок трубы и уже собирался принять участие в уничтожении Хэйга, но Рита остановила его, выкрикнув:

– Не надо! Я сама! Мне это сейчас нужно!

С яростным визгом она нанесла очередной удар. Ещё и ещё. Бита взлетала и врезалась в студенистую плоть паразита. Макар подумал, что Рита мысленно уничтожает убийцу Вадика. И да, ей это сейчас было нужно, чтобы выплеснуть злость, которая, как кислота, разъедала её всё утро и которую она, порой, хорошо скрывала. Станет ли ей легче? Макар был уверен, что станет. Он знал это по себе. После смерти Кати на него часто накатывали воны гнева, и он срывал злость на боксёрской груше. Легчало. Временно, конечно, но легчало.

От паразита Хэйга остались лишь слизистые ошмётки, и Рита, наконец, успокоилась. Отдышавшись, он пнула мысом ботинка едва заметный студенистый комок.

– Этих тварей нужно очень быстро убивать, чтобы не уснуть. Если уснёшь, не проснёшься, – она взглянула на Макара. – Ты как?

– Нормально, – буркнул он, всё ещё ощущая стыд. – Теперь, нормально.

– Это Хэйг… опасный паразит, редкий. Заставляет человека делать неожиданные и очень странные поступки. Например, какая-нибудь домохозяйка варит суп и вдруг начинает вопить от боли, потому что её рука каким-то непонятным образом нырнула в кипяток. И она не понимает, как и зачем сунула руку в кастрюлю. Или какая-нибудь мамочка баюкает на руках ребёнка и вдруг обнаруживает, что малыш уже лежит на полу и орёт. И мамочка не помнит, как уронила ребёнка. Хэйг – поганая тварь, подлая. Хотя, все паразиты поганые и подлые.

Она подошла к обломкам панциря, разворошила их битой.

– Судя по всему, Хэйг сюда вчера или позавчера приполз. Панцирь совсем тонкий, ещё не сформировался полностью.

– Хэйг, Банди, Мэнсон, – произнёс Макар, убирая обрезок трубы в сумку. – Кто им такие имена дал?

– Валерия, – ответила Рита. – Нужно же их как-то называть. Капитан, например, их по-другому зовёт.

– И как же?

Рита усмехнулась.

– Гитлер, Борман, Гебельс, Гимлер… С фантазией у него не очень.

Они вышли из квартиры. На лестничном марше их встретил Лыба, вид у него был виноватый, большие, как у лемура глаза, словно бы говорили: «Простите, но к истреблению паразита я присоединиться не мог, очень боялся заснуть и не проснуться». Рита потрепала головастика по голове.

– Всё нормально, Лыба, мы с ним расправились.

Квартира Валерии была на пятом этаже. Заглянув в одну из комнат, Макар увидел возле оконного проёма бензиновый генератор, кабель от которого тянулся по полу в коридор. Рядом с генератором стояли пять десятилитровых канистр. В другой комнате стены и оконные проёмы были закрыты пластиковой плёнкой, а дверной проём прикрывали полоски полиэтилена. По углам стояли светильники, в центре находился широкий пустой стол, возле стен – два обогревателя, напольный вентилятор, небольшой холодильник, три деревянных ящика, закрытых листами фанеры и полиэтиленом.

– Это и есть лаборатория Валерии, – с грустью сказала Рита. – Все склянки, приборы и прочую тряхомудию я в ящики убрала, чтобы не пылились.

Лыба запрыгнул на стол, вжал голову в плечи, ему явно тут было не по себе. Макар прошёлся по комнате, кивнул на вентилятор.

– И всё это в рабочем состоянии?

– А как же, – ответила Рита. – Всё отлично работает. И вентилятор, и светильники, и холодильник. Нужно только генератор завести. Но нам сейчас это ни к чему.

Она подошла к одному из ящиков, убрала полиэтилен, фанеру и принялась в нём копаться. Вынула пакет с резиновыми перчатками, затем контейнер размером с термос. Задумалась.

– Что нам ещё может понадобиться?

– Черпак какой-нибудь или ложка, чтобы слизь собрать, – подсказал Макар, убирая в свою сумку контейнер и перчатки.

– Точно, – кивнула Рита. – Но это мы в квартире в нашем слое возьмём.

Ещё немного подумав, они решили, что здесь делать больше нечего и, попрощавшись с Лыбой, переместились в квартиру Валерии.

Макар огляделся: обычная обстановка, небогатая мебель, ковёр над диваном, выцветшие, очевидно поклеенные лет десять назад, обои. Ничто не говорило о том, что тут проживала миллионерша. Валерия, как и Рита, не тратила изъятые у негодяев деньги на обустройство жилого пространства.

– Я здесь часто бываю, у меня ключи есть, – заявила Рита. – Пыль протираю. И счета за коммунальные услуги оплачиваю. Соседям я сказала, что Валерия за границу уехала на время и поручила мне за квартирой приглядывать. Они часто меня с ней видели и поверили.

– Ты ещё надеешься, что она вернётся, – Макар не спрашивал, а утверждал.

Рита вздохнула, дёрнула плечами.

– Даже не знаю. Умом я понимаю, что Валерия навсегда сгинула, но… капелька надежды, наверное, ещё есть. Вот бы она объявилась, правда? Её помощь нам сейчас не помешала бы. А это, кстати, она, – Рита указала на фотографию на стене. – Справа Валерия, а рядом её сестра.

Макар подошёл к заключённому в металлическую рамку снимку, любопытно было взглянуть на ту, кто обучала Риту. Он хмыкнул. Валерия была молодой красивой женщиной с короткой стрижкой. Даже очень красивой. Вот только глаза смотрели как-то уж слишком строго. А её сестра выглядела как серая мышка, она улыбалась, однако в этой улыбке проступала натужность, а в чертах лица ощущалась усталость. Очевидно в то время, когда был сделан этот снимок, болезнь уже вовсю властвовала в организме сестры Валерии.

– А что с сестрой? – поинтересовался Макар. – Она умерла?

Рита замялась.

– Если честно, понятия не имею. Она в другом городе жила, Валерия мне о ней ничего не рассказывала, лишь то, что болезнь её убивает.

Нахмурившись, словно эта тема задела её за живое, Рита отправилась на кухню, вернулась с металлическим черпаком для соуса с узким «носом» сбоку.

– Вот. Лучше не придумаешь.

Черпак отправился в сумку Макара. Рита достала телефон, позвонила Капитану. Равнодушный голос произнёс: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети».

– Проклятье, – поморщилась Рита. – Будем считать, что с Капитаном случилась беда. И мы уже ничем не можем помочь. Жаль, конечно. Но позже я ещё попытаюсь дозвониться.

С суровым выражением лица она вызвала такси, после чего, положив биту в спортивную сумку, они покинули квартиру Валерии.

Глава одинадцатая

Водитель недовольно скривился, когда узнал, куда именно ему нужно доставить пассажиров.

– Знаю, где эта деревушка, – проворчал он. – Но там дорога плохая, не проехать. Я вас могу только до Выселок довезти, а там уж вы пёхом. Идёт?

– Идёт, – согласилась Рита. – Пёхом, так пёхом.

Дорога до Выселок заняла около получаса. Рассчитавшись с водителем, Макар и Рита выбрались из машины, сориентировались и двинулись к лесной тропе. Погода была такая же пасмурная, как и в нижнем слое, только более сырая. Всё вокруг выглядело застывшим, словно поздняя осень замерла в каком-то тревожном ожидании и лишь вездесущие вороны и отблески в стылых лужах оживляли безрадостный пейзаж. Небо походило на каменную плиту, тяжело нависшую над безмолвным миром, над окутанными дымкой чёрными столбами электропередачи и деревьями, которые будто бы нарисовал в пространстве измождённый депрессивный художник.