Дмитрий Видинеев – Они приходят осенью (страница 5)

Наркоман никуда не исчез, его тощая фигура мелькала в клубах пара. Марина бежала за ним. Он свернул в узкий переулок и остановился. Высокая кирпичная стена поднималась на высоту десятого этажа. Попался! Марина достала из кармана нож. Рукоятка удобно легла в руку. Ублюдок повернулся, стянул капюшон и… оказался Семёном Зайцевым. Он выглядел уже взрослым, но с длинными волосами, как в школе.

— Где он⁈ — закричала Марина. — Этот крысёныш должен сдохнуть! Мне это нужно!

Семён не ответил, улыбнулся краешком губ и пошёл на Марину, раскинув руки, будто для объятий. С его раскрытых ладоней текли струйки крови.

Проснулась и не сразу поняла, где находится. Серый в полутьме потолок кружился перед глазами, а цветы на обоях шевелились, словно живые. Моргнула, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Картинка перед глазами успокоилась. Только теперь Марина ощутила, что кулаки плотно сжаты, и коротко подстриженные ногти впились в ладони. Шея и лоб были мокрыми от пота, словно она действительно преследовала наркомана — наяву, не во сне.

Она повернулась к окну и в широкой щели между гардин различила, что занимался рассвет. Тучи лениво ползли по небу, предвещая дождь на весь день. Опять чёртов дождь. Марине начинало казаться, что эта слякотная серая осень уже длится целую вечность. А так хотелось солнечных дней. Хотя бы один ясный погожий денёк, чтобы убедиться, что природа не сошла с ума.

Марина отправилась в ванную. В соцсетях ей часто попадалось четверостишье про то, что лирический герой хочет смыть с себя неудачный день. Она усмехнулась, потому что уже прислушивается к «мудростям» из ленты новостей.

Стоя в душевой кабинке под струями воды, бережно намылила шею — по инерции боялась, что разойдутся несуществующие швы. После душа отправилась на кухню.

Вчерашнее печенье в горло не лезло, поэтому отправилась в круглосуточный минимаркет, расположенный на первом этаже соседнего дома. Внутренний голос убеждал: «Надо просто жить дальше и не искать проблем». Марина согласилась. Размышляя, что купить на завтрак, она вышла из подъезда и направилась к магазину. Начал накрапывать мелкий дождик, поэтому ускорила шаг. И, едва не споткнувшись, встала как вкопанная. Под светящейся вывеской минимаркета она увидела женщину. Нет, совсем девочку лет шестнадцати в бежевом пальто. Её длинный призрачный язык тянулся в щель приоткрытой двери. Монстр только не урчал от удовольствия, «пожирая» то ли охранника, то ли кассиршу. Марина покусала нижнюю губу. «Нельзя вмешиваться, нельзя вмешиваться, нельзя!» — стучало в голове. Дождевые капли барабанили по асфальту, мимо проезжали редкие машины, с другой стороны улицы показались первые прохожие. Всем вокруг было плевать.

Они так и стояли у минимаркета — чудовище и Марина. Её начало знобить и подташнивать. Она уговаривала себя, что полгода назад ей по счастливой случайности дали второй шанс, поэтому не будет тратить своё время на монстров. Не её это дело! Не её — и точка!

«Семён и тот урод Мамонт предупреждали. Они были правы. Кто я такая, чтобы вмешиваться?» — говорила она себе.

Оторвав взгляд от мерзкого пиршества, Марина побежала домой и опять тщательно заперлась в квартире. Вдали от чудовища в голове зароились навязчивые мысли. Любопытство вытеснило страх и заставило перебирать в памяти случаи, когда становилось плохо кому-то из родственников или друзей, которые раньше не жаловались на здоровье. Если нельзя найти информацию о чудовищах, может, надо изучать их жертв?

Память странная штука. В школьные годы Марина чувствовала себя пассажиром поезда, который только тронулся с платформы, поэтому могла разглядеть каждое дерево вдоль железной дороги. После выпускного поезд набрал скорость и мчался по рельсам, так что целые месяцы смазывались в неразборчивую картинку. Марина вспомнила только один подозрительный эпизод. Одногруппница Ксюша упала в обморок на экзамене по патологической анатомии, или патану, как её сокращённо называли студенты. Девушка, весело щебеча, что всю ночь готовила шпаргалки, приблизилась к двери в аудиторию и вдруг выронила тетрадь с лекциями. Очень бледная, Ксюша сползла по стене и закатила глаза. Девчонки бросились поднимать одногруппницу, Марина размахивала перед её лицом конспектами, а парни застыли столбами. Вскоре на шум из аудитории вышли преподаватели.

Что общего между вчерашней женщиной из тридцать восьмой квартиры, сотрудниками минимаркета и Ксюшей? Марина ответа не знала. Наверное, ничего. Одногруппница просто недоучила билеты, вот и запаниковала. Монстров в помещении Марина пока не встречала, поэтому пока решила придерживаться теории, что они нападают, только находясь снаружи. Действительно, в коридоре перед аудиторией никого подозрительного не наблюдалось, а открытых окон Марина не могла припомнить. Значит, никакой системы по выбору жертвы нет — твари просто высасываю жизненные силы из всех подряд.

Марину знобило, лоб горел, и ломило суставы. Её раздирали внутренние противоречия — одновременно хотелось забыть о монстрах и узнать про них правду. Она легла на диван, уставилась в потолок, словно надеясь разглядеть на нём ответы на свои непростые вопросы.

Зазвонил мобильник. На экране высветилась надпись «сестра Таня»:

— Как первый день на работе?

— Ну, так. Устала.

— У тебя голос какой-то грустный. Ты не заболела? Всё-таки за полгода отвыкла от нагрузок. У вас там даже хуже, чем у нас в рестике.

Таня работала официанткой.

— Да нормально, — вяло солгала Марина.

— Так, док, я сейчас мухой в магаз и к тебе. Говори, надо ли зайти в аптеку? И не спорь!

Марина не сопротивлялась заботе сестры, которая всегда отличалась хозяйственностью — копия мамы. А Марина — папина дочка, поэтому часами, замерев, сидела с ним на рыбалке, научилась разбираться в стройматериалах и зимней резине.

Через час Таня, мокрая от дождя, принесла большой пакет с продуктами и маленький — из аптеки. В этом году Таня решительно настроилась выйти замуж, поэтому даже к сестре пришла на каблуках и в платье. Марину всегда поражала её логика: второй половинкой может оказаться любой, поэтому надо быть готовой поразить его своим шикарным видом. Марину в этой конструкции напрягал «любой», но с сестрой спорить желания не возникало.

Пока Таня, скинув туфли, раскладывала покупки в холодильнике, Марина поставила чайник.

— Я из дома захватила котлеты с пюрешкой, контейнер потом как-нибудь вернёшь. Или лучше себе оставь. Может, на работу будешь перекус брать, — объясняла Таня, а потом вдруг добавила: — В аптеке на углу столько народу, а провизорша, прикинь, еле ноги передвигает!

— Да? — оживилась Марина.

Она не сомневалась, что нашлась очередная жертва монстров.

— Но это всё фигня. Я вчера с парнем в контактике познакомилась! Зацени!

Таня сунула под нос Марине смартфон, показывая фото. На Марину смотрел накаченный мужик. Темноволосый и смуглый. Ничего особенного.

Вода в чайнике закипела.

— Арсен из Москвы, работает следователем. Это так мужественно! Кстати, тебе тоже надо кого-то найти.

— Тань, не начинай. Ты продукты и лекарства принесла — вот и спасибо! Разве тебе не пора?

— У-у-у! Прогоняешь меня! А я думала, что после случившегося ты изменишься, будешь ценить жизнь, что ли. А не…

— Мы сейчас поссоримся. Уходи, пожалуйста.

Таня смерила сестру сердитым взглядом. Марина скрестила руки на груди. Чайник отключился.

— И уйду! — Таня как-то по-детски фыркнула, обулась и, хлопнув входной дверью, ушла.

Сёстры с детства цапались едва ли не каждую неделю. Ругались из-за всяких глупостей, типа игр на первом компьютере. Один раз подрались, из-за испорченной футболки. Младшая сестра решила погладить её для Марины и, не рассчитав температуру, прожгла на животе. Но тогда ссоры казались мелочью. А сейчас Марина почувствовала, что Таня её никогда не поймёт. Между ними разверзлась пропасть из-за различного жизненного опыта. Нет, они не чужие, но просто очень разные. Поэтому даже намекать на чудовищ не следовало. «Таня подумает, что я свихнулась», — с грустью думала Марина. А так хотелось обсудить происходящее с тем, кто хлопнет по плечу и скажет: «Не парься! Всё будет хорошо!»

Она открыла маленький пакет и усмехнулась. Таня купила штук двадцать упаковок аскорбинок. Да куда ж столько-то? О чём вообще сестричка думала, когда всё это покупала? Эх, Танька, Танька, у неё как всегда ветер в голове.

Марина съела, не разогревая, котлету с пюре, запила горячим чаем. За едой размышляла о том, что со временем смирится с существованием монстров. Да, это сделка с совестью. Но Семён недвусмысленно показал, что бороться бесполезно. Внутренний голос убеждал Марину, что ежедневно сотни людей погибают в ДТП, а она не испытывает к машинам ненависть или отвращение, хотя не раз приезжала на места аварий.

После завтрака повертела в руках пачку с аскорбинкой и положила в рот жёлтый кисловатый шарик. Удивительно, но тело взбодрилось, и сразу возникли новые мысли о монстрах. Марина решила ещё раз посмотреть на граффити и поискать в ближайших дворах подобные рисунки. Может, кто-то оставил больше подсказок.

Дождь кончился, но солнце так и не выглянуло. Погружённая в свои не слишком приятные мысли, Марина шла мимо детской площадки соседнего двора. Несколько младшеклассников побросали рюкзаки на землю, забрались на горку и ели чипсы. На газончике старушка, опираясь на зонтик-трость, выгуливала болонку. Подложив под себя пакет, на лавочке сидела молодая мамаша, одной рукой копаясь в смартфоне, а другой — держась за коляску с младенцем.