Дмитрий Васильев – Лучший мир. Пробуждение (страница 34)

— Когда как, — он пожал плечами. — В среднем минут за сорок пять. А рекорд университета вон там написан! — он ткнул пальцем в противоположную от полигона сторону, где висел огромный стенд. — Потом посмотришь и имей ввиду, что этот рекорд, он такой, — смотритель покрутил рукой в воздухе. — Не совсем честный, так как студент, установивший его, перед этим дважды завалил экзамен и досконально знал, где какие ловушки и препятствия находятся. Ты это, когда войдешь, нажми на красную кнопку, она сразу возле двери. А мы с его преподобием, пока пойдем, займемся инвентаризацией, — смотритель залез в тумбочку, извлек оттуда стакан, дунул в него, и удовлетворенно кивнув, произнес. — Я так и думал, что найду тебя здесь!

— Внимание студент, встаньте на полосу рубежа одной из пятнадцати стартовых кабинок, — раздался неприятный, механический голос, стоило мне нажать на красную кнопку у входа. — Выбрана четвертая полоса. Приготовьтесь! До начала экзамена осталось десять, девять, восемь… — когда обратный отсчет закончился, над моим местом зажегся яркий свет, вычленяя из наполненного мраком пространства мою полосу препятствия. — Начали!

Передо мной автоматически раскрылись створки, и я оказался в узком и извилистом коридоре, по которому мне следовало пройти до самого конца, при этом я должен набрать не более десяти штрафных баллов.

— Получен один штрафной балл, вы находитесь в опасном для жизни и здоровья месте без защиты. Активируйте магический купол, щит или примените иное защитное заклинание.

— Вот чёрт! — вслух выругался я и активировал пассивную защиту четвертого ранга сложности «Серебряный дождь Куша». Модифицированное мной заклинание «Серебряный дождь». В радиусе метра от меня образовалась прозрачная пленка воды толщиной в несколько микрон, но способная единовременно поглотить пятьсот единиц урона и имеющая прочность в пять тысяч единиц.

Стоило мне повернуть за первый угол, как в мою сторону тут же полетело несколько стрел. Кто стрелял, я не видел, так как противник был скрыт «пологом тьмы», но активировав магическое зрение, я понял, что это два примитивных голема, реагирующие на движение. Моя защита поглотила урон и при этом не потеряла ни одной единицы. Пока големы вновь не натянули тетиву, я быстро пробежал мимо них и тут же прозвучал механический голос:

— Получен один штрафной балл, противник не уничтожен! Всего у вас два штрафных балла. Предупреждение, при получении десяти штрафных баллов экзамен считается проваленным!

— Вот же жёваный крот! — я вновь не сдержал ругательства. — Ладно, сейчас я вам устрою!

Дополнительно к «Серебряному дождю Куша» я повесил на себя пассивную защиту «Ледяная рубашка Куша» и активную защиту, представляющую собой симбиоз заклинания «Замедление» и «Трусость». Суть этого заклинания в следующем: атакующего меня противника, в случае, если его уровень не сильно разнится с моим, одолевает паническая атака и он стремится убежать от меня как можно дальше. Но из-за «Замедления» делает это в два раза медленнее и, тем самым, заклинание «трусость», вместо предполагаемой одной минуты длится две! Дополнительно я извлек волшебную палочку, подаренную мне Крупой. Палочка была заряжена заклинанием «Ледяная стрела» и для ее перезарядки требовалось всего тридцать секунд и четыре единицы маны. При этом, одновременно с ней я мог использовать и другие атакующие или защитные заклинания…

— Кхе-кхе, — Маклей Лотак поперхнулся дешевым портвейном, услышав череду взрывов с экзаменационного полигона. — Это что ещё такое было? — с испугом глядя на магистра, задал он вопрос.

— Боюсь даже предположить! — захмелевший после двух стаканов Бруз Довла, моментально протрезвел. — Если с этим мальчишкой что-то случится, мне несдобровать. Я же не ознакомил его с правилами сдачи экзамена и не дал расписаться в соответствующем журнале.

— Вита всемогущая, — смотритель обхватил голову руками. — Журнал! Точно, я же должен был провести вводный и первичный инструктаж по технике безопасности… Это всё ты со своей инвентаризацией! Он же не сдавал экзамен за первый курс, значит с техникой безопасности не знаком…

— Беда-а-а, — протянул Бруз Довла. — Я даже боюсь себе представить, что там произошло. Дружище Маклей, сходи, посмотри!

— Ага, нашел дурака, — смотритель некрепкой рукой разлил остатки портвейна по стаканам и мрачно произнес: — Это, судя по звуку, разорвался накопитель в последнем испытании, отвечающем за наводнение. К Море не ходи, мальчишку размазало взрывом по стене коридора. Давай выпьем за упокой его души.

— Давай, старый ты алкоголик! — магистр одним махом опорожнил свой стакан и вопросительно посмотрел на приятеля. — Не берет! Ни в одном глазу!

— И меня тоже. Надо думать, как выкручиваться из этой ситуации, — смотритель залез под кровать и оттого его голос звучал глухо. После недолгого копошения под кроватью он вылез наружу, держа в руке запыленную бутыль объемом не меньше литра. — Вот, — он протянул магистру бутыль с комментарием: — По сравнению с портвейном, настоящая амброзия. Между прочим, сделано по моему авторскому рецепту, называется «Морозный эль».

— Ал-ал-алкоголик, — еле ворочая языком, произнес магистр, но при этом сноровисто вытащил пробку из бутыли и наполнил стаканы до краев. — Что будем делать с Ку-у-шем?

— Хочешь кушать? Сейчас, сейчас, — смотритель на нетвердых ногах проследовал к одной из тумбочек, и через минуту вернулся. — Вот! Лук, репа, соль и краюха хлеба!

— Ты чего, совсем тю-тю! — магистр глупо улыбнулся и покрутил пальцем у виска. — Не бери пример с этих бессмертных. Знаешь, как они это называют?

— Что это? — смотритель тяжело плюхнулся на кровать и завалился на бок удивленно выпучив глаза. — Оп-па, вот это я, конечно, набрался! — Маклей, собравшись с силами, смог сесть и вопросительно посмотрел в глаза приятелю: — Что это, как они называют… бессмертные, что ли? Пример, вот ты сказал, пример! Какой пример? Сложение, умножение, вообще, что происходит. Давай, за Куша, — он поднял стакан на уровень глаз и произнес. — Пусть у него там, — старик неопределенно махнул головой. — Будет лучше, чем у нас здесь.

— Я про твою поэзию, старый ты олух, — вытирая губы тыльной стороной ладони и ставя пустой стакан на стол, ответил магистр. — Бессмертные порой любят такое читать. Бред какой-то! Они его рэпом называют. Я однажды спросил у студента, зачем он так себя ведет, а он мне ответил, что-то про голос улиц, тяжелую жизнь… ай, да ну его, он с факультета «Заклинателей воды» был…

— Репка?

— Рэп!

— Не понял, — смотритель осоловелым взглядом посмотрел на старого друга, пытаясь сфокусироваться на его лице, но у него это не получалось. Лицо расплывалось и все время куда-то перемещалось. — Я не понял! Он читал репку?

— Да рэп, рэп, старый ты осёл. К тому же глухой! Давай ещё по одной и пойдем посмотрим, что там случилось. Может, Куш ещё жив?

— Да, ага, конечно, — смотритель криво ухмыльнулся. — Накопитель на десять тысяч эйронов10 разорвало, а первокурсник при этом остался жив?! Мечтай больше! Лучше подумай, куда нам его останки девать и что сказать ректору.

— Рэп. Голос улиц, понимаешь?

— Да отстань ты со своим репом! Я тебе про что толкую? Мы с тобой в тяжелой ситуации. Подпись в журналах подделать нельзя, а за гибель студента нас по голове не погладят! Уволят, без выходного пособия… и будешь ты побираться на паперти и жить под мостом.

— На улице!

— Ага. Стихи эти свои бессмертным считать, за медяк.

— Это идея!

— Не идея это! Надо прибраться на полигоне, а останки Куша телепортом сбросить куда-нибудь подальше!

— Куда?

— А как далеко ты можешь открыть телепорт?

— Ну, — магистр задумался, подняв лицо к потолку. — Могу на середину озера Надежды останки мальчика перекинуть.

— Я там рыбу ловлю, ты совсем сбрендил?! До моря не дотянешь?

— Не-а, в таком состоянии не смогу. Мне для этого надо протрезветь! А я не хочу, боюсь мои нервы не выдержат этого ужасного зрелища!

— Давай, накатим ещё по одной и будем решать проблему!

— Старый ты а-а-алкоголик! — заикаясь, произнес магистр, но с удовольствием взял из рук смотрителя полный стакан. — Крепкое пойло! Аж всё нутро пробирает.

— Сам ты пойло! Это «Морозный эль», амбрррозия! Я обычный эль замораживаю, все, что не замерзло, сливаю в бутыль!

— А чего ты каррртавишь? — ухмыляясь, задал вопрос магистр. — Раньше я за тобой такого не замечал!

— Сам ты каррртавый! — возмутился Маклей. — Это у меня так предпоследняя стадия опьянения прррроявляется!

— Ну, — магистр развел руки в стороны. — Вот опять!

— Да ну тебя, пойдем уже, магистррр, пока ты не прррротрррезвел!

Активировав магическое зрение, я быстро шел вперед по коридору, не разбираясь в том, что за препятствие возникает на моем пути. Я вначале бил в место, где ощущал магический накопитель, атакующими заклинаниями, а уже потом разбирался, что я уничтожил. Моя тактика оправдывала себя, хотя я и умудрился дополнительно заработать ещё три штрафных бала за уничтожение нейтральных магических накопителей. На финишной прямой я хотел долбануть «ледяной стрелой» по крупному кристаллу-накопителю, но, видимо, немного опоздал, так как магическая ловушка успела сработать. За моей спиной и в десяти метрах впереди, не понятно откуда, появились гермодвери и я, таким образом, очутился в герметичном отсеке, который медленно, но верно заполнялся водой. Ну, а чем же ещё?! Всё предсказуемо! Но был один нюанс, потолок в коридоре не превышал двух с половиной метров и уже через несколько минут мне грозило утопление. В принципе, я мог, конечно, создать «воздушный пузырь», заклинание из арсенала магии «Хаоса», но я не был уверен, что мне в таком случае зачтут экзамен, поэтому я просто стал долбить «ледяной стрелой» в дверь. Но, к сожалению, безрезультатно. Тогда я решил сделать то, что планировал с самого начала. Решил уничтожить магический накопитель. И сделал это, на свою беду…