Дмитрий Трайнов – Попытка (страница 66)

— Возможно я неправильно себя веду, я ещё слишком молода и неопытна, мне всего двадцать три, Виктор–сама. У меня не было мужчин, и нет никакого опыта. Но прошу, не прогоняйте меня.

Ещё полчаса, с чаем, а потом и виски с сигаретой, я убеждал её что не имел ввиду ничего такого, и не хочу….

Короче, через сорок минут, она была у меня в постели. А ещё… через некоторое время, я услышал совсем уж глупость, по моему мнению.

— Пожалуйста, Виктор–сама, не прогоняйте меня. Я буду очень стараться.

Идиотка, и зачем ей сдался такой, как я. Пара дней и забыла бы обо всём. Засыпал я под сопение спящей девчонки, и бормотание — «Пожалуйста, Виктор–сама, позаботьтесь обо мне».

Проснулся я от возни под одеялом. Нет точно не скажу, что было первым, проснулся или возня. Когда всё закончилось, одеяло соскользнуло и передо мной предстала улыбающаяся мордашка Куэсу. Волосы были растрёпаны. Скорее всего заметив, что я смотрю на её, она провела язычком по губам.

— Доброе утро, Виктор–сан, у меня получилось?

А то ты не знаешь. Хотя чего греха таить, получилось, всё у неё получилось, а если и ворчать, то только на себя.

— Виктор–сан, у меня ещё немного тянет там, поэтому…

— Всё хорошо, у тебя всё получилось, а тянет и шрамы я уберу чуть позже. — и как себя с ней вести?

Вроде и неправильно всё как–то, у меня уже и внуки могли бы не уступать ей в возрасте, и обижать не хочется, и чем дальше, тем глупее выглядят попытки вернуть дистанцию. Да и кто его знает, как там с этим у них в Японии. Надо бы посмотреть хоть в интернете. А ещё хорошо бы быть эмпатом, и чувствовать, что реально в голове у этого длинноногого недоразумения.

— Я сделаю чай. — девчонка вскочила, схватила рубашку и убежала.

Кстати. Как там Агат, вчера он действительно был плох, или претворялся, чтобы не трогали. Вряд ли, он бы не удержался от комментариев.

— Я удержался, мне тоже предстоят брачные игры, и даже такой странный опыт может пойти на пользу.

— Я просто попрошу, постарайся её не обижать, ты понял!

— Хорошо, понял, и не надо представлять в уме такие глупости, тем более что крылья отрастут, а тебе придётся потратить довольно много опыта и энергии.

— Вот и договорились. — я отвечал, уже направляясь в ванну принять душ.

Выйдя на кухню, застал Куэсу вьющейся вокруг чайника. Поинтересовавшись, не хочет ли она какой–нибудь еды из контейнеров, я не ждал ответа, я обычно тоже просто выбрасывал её. Не потому, что она портилась, просто лишние воспоминания. Да и брали немного, сейчас уже практически всегда всё использовали.

Получив чашку, ещё раз убедился, что у неё получается лучше, чем у меня в кружке, впрочем, японцы, культ чая, туда–сюда.

— Как ты себя чувствуешь, мне нужно написать Кицунэ.

— Я уже написала ей, обо всём! — девчонка покраснела и опустила глаза.

— Всё равно, мелочи не нужно, как в целом?

Куэсу сказала, что всё хорошо, только печёт щёку и вокруг глаза, а в остальном вроде ничего. Про щёку я ответил, что это скоро пройдёт, не говорить же ей про сестру, потерявшую голову. Быстро просмотрел письма, выбрал Кицунэ, наискосок прочёл, что она написала, и ответил, что у Куэсу пока всё хорошо. С этим можно разобраться и позже.

Увидел пометку «очень срочно» у письма Анны, открыл. Та интересовалась, где я, и просила написать сразу, как только будет доступна переписка. Ну, порадуем союзников.

Подумав, я написал ей, что вернулся в Ригу, вышел у себя, так получилось. И дополнительно попросил как можно более срочно, доставить к ресторану «Херцог» на Кипсале комплект контейнеров с медицинскими средствами, можно в двух или трёх экземплярах. А также, — «Какой у тебя размер? Нет, не только груди, мне нужны все,» — комплект женской одежды, белья и обувь по погоде и сезону. Срочно. В течение полутора часов, я как раз смогу туда добраться, чтобы забрать.

Анна ответила сразу, как будто ждала. Написала, что Джордж очень хочет встретиться, и она не понимает зачем мне женская одежда. Американка, что с неё возьмёшь, одни стереотипы.

Я в свою очередь написал, что Джордж, на всякий случай проверил таймер 08.15.34, подождёт часов до трёх–четырёх, или до шести, если на базе. А одежда мне необходима срочно, так как вернувшись с миссии и будучи возбуждён, я захватил на улице женщину, и в процессе захвата, и последующих событий, одежда женщины серьёзно пострадала, и не может быть использована.

Анна ответила опять сразу, что к нужному времени, она всё привезёт. И поинтересовалась, не нужна ли мне помощь с властями.

Ну, если всё так запущено, то. «Анна, спасибо, рядом с домом Даугава, а она уносит в море все проблемы, даже создаваемые людьми, в сложных и неудобных ситуациях, в отсутствие, поблизости предназначенных для этого мест». Пусть читает.

Успокоилась, а может Джорджу прочитала, и написала, что выезжает в течение ближайших минут.

С этим всё. Не идти же с голой девицей до ближайшего магазина, я представил и фыркнул. В костюме игрока тоже не айс, фурора, конечно, не будет, тут есть и более странные люди, но ещё одна проблема — искать магазины женской одежды. Нет уж, пусть трудятся американцы, они вообще в Боге работают, у них такой жизненный принцип.

У нас есть чуть меньше, чем полтора часа. Я обратил внимание на чириканье Куэсу. Странно, по всяким фэнтезийным книгам, и редким фильмам, Зорро не в счёт, я представлял японок более молчаливыми. Ну, может в книгах врут, или эта — неправильная.

Куэсу как раз жаловалась на непонятное животное, которое оскорбляло её утром, а ещё ночью. А ещё он — «да, да лягушка, а ещё земляной червяк». Очень проникновенно жаловалась, со слезой.

— Это было до того, как ты попросил, а она тоже обзывалась! — проявился наконец земляной червяк, и как проявился, с надрывом, со слезой.

— Оба успокойтесь! Или один в карту, а вторая в аэропорт, как раз к началу миссии долетит!

Слёзы стихли как по команде, а, собственно, почему как? В воздухе повисло обиженное молчание. Ну, да, вот такой я тиран, деспот и солдафон. А деспотов не выбирают, они сами заводятся, когда есть почва.

— Куэсу, это — драконид Агат, мой питомец, Агат, это — Куэсу, моя… моя… девушка.

Драконид вылез из–под стола и плюхнулся на задницу. Куэсу раздумала реветь, и уставилась на драконида.

— А почему Агат?

— Похож, содержанием головы. Всё, пошли в спальню. У нас осталось около часа.

— А он не будет подсматривать?

— Пошли!

Придя в спальню, девчонка попыталась сексуально раскинуться на одеяле. Пришлось ей объяснить, что мне нужно сесть рядом, и ещё раз провести исцеление, посмотреть щёку и глаз, ну и разобраться, по возможности с остальным.

На самом деле, всё было очень неплохо, я ещё раз прошёлся по щеке, шрамы там теперь вполне можно было скрыть косметикой. Немного повозился с руками и бедром — пока пойдёт. Естественно основное внимание было животу — там тоже на удивление было всё неплохо. Ну если и не как новая, то, как отлично восстановленная и отреставрированная.

Поддавшись на жалобы пациентки, посмотреть ещё здесь, и здесь — не то, чтобы беспокоит, но как–то что–то чувствуется, мы потеряли ещё полчаса на удивлённые и радостные возгласы, расцарапанную спину и душ. Поползновения тщательно помыть, а возможно и… были довольно решительно пресечены, так как Анна должна была уже пять минут ждать у «Херцога».

Услышав, что меня ждёт Анна, Куэсу сначала состроила обиженную физиономию, потом передумала, и сказала, что если нужно, она посидит на кухне, пока я занят, хотя если я захочу, она готова…

На этом мне надоело, я сказал, что глупости она может придумывать и говорить и в одиночестве, а может вон с Агатом поделиться, ему нужно готовиться к брачным играм, а мне нужно идти.

Глава 26. Договоры. На ялтинской, хельсинкской… конференциях был закреплён…

Анна ждала меня у машины, припаркованной на набережной, и смотрела то ли на Даугаву, то ли на другой берег. В машине сидели ещё люди, но они не выходили, и слава Богу, мне и Анны вполне хватало для интеллектуального общения. Анна, услышав шаги, обернулась.

— Если Даугава, то зачем платье, обувь и бельё? — видимо, Джорджа в содержание нашей переписки она не посвятила, и всё ещё мучилась вопросами сокрытия следов.

— Она отказывается без обуви, платья и белья, и, кроме того, я, как джентльмен, просто обязан возместить ей хотя бы часть утраченного.

— Может просто дать ей денег, можно побольше?

— Анна, прагматики рождаются, или переезжают жить в основном в Америку, а дело Вайнштейна показывает, что деньги не смывают следы. Зато в Чикаго, вам любой на пальцах объяснит, что Чикаго Луп или Мичиган всегда молчат.

— Это, наверное, всё–таки шутка, да? Вы бы не были так спокойны.

— Вы думаете Диллинджер волновался, до того, как агенты начали стрелять?

‎– Ладно, я никому не скажу. Вот медицинские средства, упаковывать в контейнеры я не стала, а здесь в пакете то, что я собрала.

— Спасибо, Анна, родина Вас не забудет. Я всё объясню Джорджу при встрече. Кстати, как ему удобно, в «Стейк хаусе» в четыре, или меня заберут на базу, например в пять?

Анна покраснела и потупилась. Женщины, как мало Вам нужно, просто, чтобы Ваши усилия оценили.

— Можно встретиться в «Стейк хаусе» в четыре, а потом уже ехать на базу оттуда. Он считает, что так будет лучше всего. И пожалуйста, пришлите мне реквизиты карты. Банковское время мы изменить не можем.