Дмитрий Тихонов – Добрые Люди (страница 37)

— Кто же это всё возвёл? — удивилась Тэсс.

Вопрос был риторический и в моём ответе не нуждался. Но я разделял чувства владеющей: все эти подземные галереи, мосты и залы могли вызвать благоговейный трепет у неискушённого человека.

— Думаю дальше идти не стоит, — сообщил я. — Мост хоть и выглядит надёжным, но тревожить его лишний раз я бы не стал.

Тэсс кивнула и присела на некое подобие каменной лавочки.

— Ты знаешь, я ведь всегда считала вас порождениями тьмы, — тихо начала она.

«Ну началось…»

Она посмотрела на меня и взгляд её был полон тоски.

— Самое смешное, что я, кляня таких как ты на чём свет стоит, уже была одной из вас.

Я молчал, догадываясь о чём она хочет сказать. Вербовщики братства умели убеждать даже самых несговорчивых.

— Ты можешь представить себе такое: отец продал собственную дочь душегубам?!

Увы, но я не только мог представить, но и сам принимал участие в подобных заказах братства.

— Дура! — Тэсс в сердцах ударила ладошкой о камень. — Кому я всё это говорю! Забудь, просто забудь всё, что услышал.

— Тэсс. — Я положил руку ей на плечо. — Чтобы ни случилось, но пока заказ на епископа-коадъютора Армана де Битроль не будет закрыт, я буду ручаться за тебя перед кругом.

— Утешил, — вздохнула она. — Ты думаешь меня убьют не сразу?

— Не вижу причин тебя наказывать. Всё что заварилось на границе Этима не твоя и не моя вина.

Она кивнула, а я сел рядом.

— Как давно ты выполняешь поручения?

— Пять лет.

— А завербовали?

— Ты хотел спросить, когда отец продал меня? Я не знаю, этот подонок сыграл в ящик ещё до того, как ко мне пришли.

Я вздохнул. Конечно, она не должна была помнить о первой встречи с вербовщиком и о метке, оставленной им. Никто не должен был, но я помнил свою первую встречу с человеком из братства. Он часто являлся мне в кошмарах — одноглазый вербовщик в пыльном дорожном плаще.

— Вальдо, это вымышленное имя?

— Настоящего я не помню, — соврал я.

— Что со мной будет, потом? Ну, когда всё закончится или это не закончится теперь никогда?

— Ну, будут новые заказы. — Я пожал плечами.

— Новые? А если я не хочу больше ни новых, ни старых?

— Это зависит от круга. Но есть вариант, что тебя отпустят, и ты забудешь всё.

Она заглянула мне в глаза, и я с огромным трудом выдержал этот взгляд, никогда ещё ложь не давалась мне столь тяжело.

«Неужели старею?»

— Попытка засчитана, — печально улыбнулась она. — Пойдём обратно.

В камере наш отряд пробыл ещё три дня. На утро четвёртого Мальвик взял меч, очертил круг на пыльном полу и войдя в него стал отрабатывать стойки. Спустя какое-то время, он в насквозь мокрой от пота рубахе сообщил, что готов и ни дня больше не проведёт в опостылевшей камере. Решение было принято единогласно, и мы выдвинулись в путь.

Как я и предполагал, мост выдержал, и наш отряд благополучно пересёк пропасть. На той стороне нас встретил грубо вытесанный в скале коридор, стены его искрились от скопившейся влаги на камне. Галерея снова приобрела отрицательный уклон — мы спускались. Вскоре стали попадаться подземные реки, через которые были переброшены висячие мосты и, казалось, время не имело власти над этими рукотворными сооружениями. Порой нам встречались заваленные боковые ответвления и залы с каменными тумбами и чашами. Гариус предположил, что это могли быть алтари для жертвоприношений, запрещённые повсеместно уже как сотни лет, и ночевать подле древних ритуальных мест мы более не решались.

Не берусь точно утверждать, но навскидку прошло около трёх дней, прежде чем мы вышли к старой часовне, которую воздвигли в широком зале. Архитектура её разительно отличалась от современных церквей и церквушек. Владеющие даже примерно не смогли определить к какому веку может относиться это сооружение: ничего подобного в герцогствах не встречалось, даже в ортодоксальном Нортиме. Лишь по косвенным признакам можно было судить, что сооружение использовали в древности как часовню: круглый купол венчал крест Создателя, а по периметру постройки замерли изваяния Дейлы и в отличии от статуи в мёртвом городе, эта была выполнена в узнаваемом стиле.

В центре часовни сверкал голубой овал, а на его поверхности иногда проскакивали крошечные молнии. В зале пахло свежестью, как после дождя. Я обошёл часовню по кругу, но ничего интересного не обнаружил. В эту камеру вела всего одна галерея.

— Тэсс, это по твоей части, — устало сказал Гариус, усевшись прямо на пол. — Портал?

— Очень похоже, — кивнула Тэсс. — Но что его поддерживает? Ума не приложу.

Владеющая осторожно заглянула внутрь, а после и вовсе скралась из виду.

— Пресвятая Дейла! — воскликнула она.

Я шагнул в часовню следом. Под куполом над порталом парили в воздухе три сферы, каждая размером с бычью голову. От шаров к овалу тянулись яркие синие нити, а воздух возле них шёл волнами.

— Ничего не трогай! — предупредила меня Тэсс.

Я пожал плечами и вышел. Толку там от меня было мало, так что я последовал примеру Гариуса — сел отдохнуть. Стопы гудели. По ощущениям мы преодолели за эти дни лиг тридцать, не меньше.

— Невероятно, — сообщила Тэсс. — Гар, ты должен это увидеть!

Около часа владеющие суетились внутри часовни, они громко спорили, применяли потоки, сыпали академическими терминами и вгоняли в уныние остальную часть отряда. Наконец Гариус вышел из часовни и с довольной физиономией спросил:

— Ну, кто пойдёт первый?

— Я пойду, — ответил я. — Если там будем опасность, то я смогу продержаться дольше любого из вас.

От части я говорил правду, а на самом деле надеялся, что по ту сторону портала окажется тихое место, желательно у границ Цвана, где я без труда смогу скрыться. На этом наши дорожки со товарищами по несчастью должны разойтись.

— Нужны двое. — То ли Гариус заподозрил что-то, то ли сказал правду, но мне это не понравилось.

— Я иду, — вызвался Мальвик.

«Кто бы сомневался?»

— После вас, — я картинно раскланялся.

Мальвик осклабился и, закинув меч на плечо, направился к овалу.

— Никаких после вас, — пригрозил владеющий. — В портал вы должны шагнуть одновременно и ни как иначе.

— За руки браться надо? — Я последовал за мечником.

— О, это по желанию. Если очень страшно, то конечно-конечно, крепкая мужская рука, знаете ли, надёжная опора.

Чувство юмора у Гариуса не пропало, а это могло значить, что с порталом всё в порядке и нас не распылит где-то между мирами, сферами, призмами или как там ещё? Мы с Мальвиком обступили портал и когда владеющий досчитал до трёх шагнули в овал.

За годы службы мне не раз приходилось перемещать подобным образом, но всегда была некая задержка между точками входа и выхода. Ты будто проваливался в ничто на несколько секунд, и если неопытный владеющий что-то напутает с потоками или напротив — постарается чрезмерно, то можно и вовсе отключиться. Но это перемещение вышло идеальным, я даже моргнуть не успел, как картинка сменилась — завершил широкий шаг я уже в другом месте. Мальвик шагнул рядом.

Портал вывел нас в карстовую пещеру, или скорее промоину в скале. Местами в стенках грота зияли дыры, сквозь которые падал яркий солнечный свет, вдали виднелся кустарник, которым зарос вход в промоину. Я обернулся, ожидая увидеть голубой овал портала, но позади ничего не оказалось, лишь замшелые валуны и несколько разбитых бочек.

Кинув на Мальвика быстрый взгляд, я направился к выходу. Мечник не отставал. У входа я заметил груду истлевших досок, чуть левее валялись какие-то тряпки, а вдоль стены тянулись ржавые прутья, служившие некогда остовом стеллажа или чего-то подобного. Возможно, эту пещеру использовали как склад, но судя по запустению, нога человека сюда не ступала давно.

Выйдя из пещеры, мы долго привыкали к яркому солнцу. Мои глаза приспособились быстрее, и я стал продираться сквозь кустарник, оставив Мальвика щуриться на яркое солнце. Кажется, у меня появился неплохой шанс. Усилив мышцы потоком, я в несколько прыжков преодолел заросли и выскочил на узкую горную тропу, которая круто уходила вниз. Дорожка была хорошо проторена и пролегала среди высоких буков. Тут пахло мхом и прелой листвой. Выше, шагах в двадцати лес упирался к скальной стенке и отступал, открывая небольшую прогалину, подсвеченную полуденным солнцем. Недолго думая, я взбежал по тропе к открытому участку: мне нужен был обзор, а уйти от попутчиков я ещё успею.

С прогалины открывался вид на залитую солнцем долину. Равнина тянулась с запада на восток, судя по расположению солнца. С юга её подпирали горы, а вдали я разглядел блестящую водную гладь озера. В центре долины, ближе к горным складкам, стоял город и тянулся он, насколько я помнил, до самого озера. Тизу сложно было не узнать, хотя за те пятнадцать лет, что я не посещал Тизскую марку, город сильно изменился, вернее его окрестности. Тиза обзавелась сооружениями бастионного типа системы Лукреша: две приземистые крепости защищали город с запада, а между ними тянулась куртина[1] толщиной в шагов двадцать, её прикрывал ряд треугольных равелин, перед которыми был насыпан гласис. Крепости имели по пять бастионов, три из которых смотрели на запад и так же ощетинились равелинами. Бастионы южной крепости, той, что была ближе к горам, дополнительно защищали кронверки[2]. Северную же крепость прикрывали с озера плавучие артиллерийские батареи. Саму Тизу также окружал бастионный фронт из пяти долговременных укреплений, соединённых между собой куртинами. Промежуток между южной крепостью и подножием горы, который на первый взгляд можно было использовать для обходного манёвра с целью зайти в тыл обороняющимся, простреливался из старых укреплений, расположенных над скальными обрывами. К башням тянулся широкий тракт, так что резервы из Тизы могли быстро подоспеть если противнику удастся провести через скалы штурмовые отряды.