Дмитрий Сысолов – Как пятое колесо (страница 71)

– Так у Стрелка всё то же самое, — заверил меня Князь. — Схема стабильна в своей неизменности. Ведь он сам и его окружение не пьёт дешёвый самогон и не ходит в общий бордель. У него и без того самые красивые тёлочки и самое лучшее вино... Ты знаешь, у него есть умельцы, так они делают потрясающе вино! Не виноградное, понятное дело. Малиновое, смородиновое, вишнёвое... Настойки. Из яблок делает кальвадос, вино, опять же, и сидр. И всё отменного качества!

– Интересно, — вяло заинтересовался я.

– А как же... Ты не думай, что у него там полный мрак и запустение. Те, кто что-то могут делать, и у Стрелка в почёте и как сыр в масле катаются. Например, на больших озёрах, что к западу от города, он наладил чуть ли не промышленный вылов рыбы. Но ведь в чём фишка-то... У него есть и обычные лодки, как надувнушки, так и деревянные, и металлические... Но у него есть паренёк — фанат парусного спорта. Так специально для него построили мини-верфь, где под его руководством яхточки клепают! Понятное, что крошечные. На двух человек максимум. Но ведь делают же! А в планах и побольше чего... Чтоб под старину. Если хобби у человека такое. Влюблён в паруса. И Стрелок его в этом поддерживает.

– Ещё того интереснее, — и в самом деле заинтересовался я.

– Не то слово... А Синтез? Ты знаешь, что он пытается его оживить? Наладить выпуск лекарств. Хотя бы простейших. У него целая команда доморощенных химиков, получивших допуск и полную свободу действий. Из них половина наркоманов, конечно, но они, оказывается, могут быть настолько изобретательными, если их не сдерживать и лишь чуть контролировать, направляя их исследования в нужное русло.

– А вот это совсем интересно, — окончательно насторожился я. — Синтез это тема.

– А то! — «не заметил» моего интереса к Синтезу Князь. — Так что может его система управления и покажется кому-то непривычной, но, в своей основе, она точно та же.

– Но ведь, кроме него, нигде подобных отклонений от стандарта не наблюдается же?

– Много ты знаешь! — хмыкнул Князь. — Вон у Серого разведчики дальше заШадринск ушли. И знаешь чего нашли?

– Чего?

– А вот пусть он сам расскажет.

– Секту мы нашли. В Долматово. Там монастырь есть старинный... Ну, сам-то монастырь не при чем конечно, а вот человечек там нашёлся, который на фоне Беды малость в уме тронулся. И ладно бы сам. Но человек он оказался не бесталанный и сумел за собой детей увлечь. Так что там настоящая секта сейчас. От привычного канона христианства там уже ничего не осталось. Скорее к сатанизму ближе. В балахонах ходят. Кровь пьют. Собак на алтарях режут.

– Чем ему собаки-то не угодили?

– Как и везде. Собаки быстро дичают и сбиваются в стаи. А, поскольку, собаки и люди занимают одну и ту же нишу в пищевой пирамиде, то налицо прямая конкуренция... Так что режут они, как правило, собачек-людоедов... Но я уверен, это только лишь начало. Так пойдет дело, у них и у самих до человеческих жертвоприношений дойдёт... Очень мрачная секта.

– Да уж! — поёжился я.

– Но и это ещё не всё... В основном, действительно — у всех примерно одно и то же. Только вот Стрелок у нас Корпорацию построил, да Федосей секту. «Отличились»... Но есть и ещё один анклав не такой как все.

– И какой же?

– Военизированный. Где все, от самых малых и до старших, в армии. Военная диктатура у них.

– И где же это?

– В Каменск-Уральске.

– Ого! Далеко твои разведчики забрались. Это же уже Свердловская область пошла?

– Да, Свердловская... Ну разведчиков у нас пока так далеко ещё нету. До нас инфа только через третьих лиц доходит.

– Так может это только слухи?

– Может и слухи. Но если несколько независимых источников говорят одно и то же, только в разных вариациях, то, наверное, эти слухи на чём-то да основываются?

– И о чем же они говорят?

– Ну, если отбросить всю шелуху, и оставить только то, что не вызывает сомнения, то нам известно не так уж и много. Во-первых, лидер анклава — Мул. Не известно ни имени, ни фамилии, только прозвище. И ещё то, что он был кадетом Екатеринбургского суворовского училища. То есть, недоучившийся офицер.

– Но ты же говоришь, что он в Каменске-Уральском хороводит? А как же тут Ёбург оказался?

– Вот именно. Учился-то он в Ёбурге, а вот после Беды объявился в Каменске... Причём, появился не с пустыми руками.

– А с чем же?

– Оружие... И много! Мул умудрился провернуть мой трюк с захватом большого арсенала. Но, если я просто выгреб все оружейки своего полка, то Мул, похоже, умудрился где-то найти и крепко сесть на один из складов госрезерва. А это, как ты сам понимаешь, не только оружие, но и вещевое довольствие, и топливо, и продовольственные запасы, и техника... Говорят, в последнее время у него видели вполне боевые танки. Немного и устаревшие модели, но всё равно... Это серьёзно! Даже пара семьдесят вторых это такая сила, что просто ой. Всё настолько серьезно, что в самом Каменске у него уже почти не осталось конкурентов.

– И что?

– А то, что Каменск довольно большой город. И, пусть он поменьше нашего Кургана раза в два, но вот Шадринск, который является вторым по численности населения городом нашей области, он превышает так же почти вдвое... Серый, что там по цифрам?

– Ну, до Беды в Кургане проживало порядка 350 тысяч человек, в Каменск-Уральском около 160, а в Шадринске примерно 90.

– Вот видишь, — повернулся ко мне Князь. — А теперь посмотри на Курганскую раздробленность? И в Шадринске примерно похожая ситуация... Пять-шесть крупных анклавов. А Мул в Каменске всех конкурентов извёл под ноль. Причём. почти без крови.

– Даже так?

– Именно! Ну, пострелять, конечно, и ему пришлось. Всяких беспредельщиков, наподобие твоего Герцога или просветовского Колеса он гасил не раздумывая... А вот остальные предпочитали сами к нему присоединяться. Мирно.

– И в чём причина?

– Их две. Даже три, если принять во внимание его тотальное превосходство в вооружении и обученности его бойцов. Но две основные — это его незаурядный талант переговорщика, который ничуть не уступает его воинской подготовке, а, во-вторых, всё те же склады госрезерва... У него тупо сытнее. Ну и дисциплина. разумеется, на высоте. Просто железная. Где какие эксцессы — он карает не раздумывая. И максимально жестоко. Так что его Каменск сейчас самый спокойный город. А это тоже дорогого стоит.

– А производства? Какие в Каменске-Уральском заводы, например? Он не пытается из реанимировать?

– Заводы там хорошие, — вновь подал голос Серый. — Алюминиевый завод, завод цветных металлов, трубный завод... По своей сути, весть город — это городок металлургов. Никакого столичного лоска (какой есть у того же Ёбурга). Выжившие дети, в основном, как раз, из семей работяг с этих заводов.

– Как будто кроме этих заводов там ничего нет?

– Да всё там есть. Точнее, было. И администрация, и торгаши, и школы с техникумами. Но именно заводы задавали бал. Градообразующие заводы были.

– А у нас?

– А у нас нетак. Курган был испокон века крестьянско-купеческим городом. Скорее даже, конкретно купеческим. И заводы, которые появлялись у нас — были маленькие и принадлежали, как раз, купцам. И на градообразующую роль никак не претендовали. Скорее, попутное. Как у отца Федора в «12 стульях» была мечта о свечном заводике в Самаре... Так и тут... Эти заводики были своеобразными пенсионными отложениями купцов. А вот в Каменске заводы крупные и создавались Советским правительством. Даже статус города Каменск получил только в тридцатых годах с постройкой этих заводов. До этого — обычный рабочий поселок.

– Это конечно, всё безумно интересно, но к чему ты это ведёшь?

– Ну ты же сам меня спросил за заводы!

– Я спросил, не пытался ли Мул их реанимировать.

– Ну вот, а я начал отвечать, что, хотя, все уцелевшие дети, так или иначе, из семей с этих заводов, Мул превратил весь город в одну большую казарму. Строгая армейская дисциплина. Звания, форма, подразделения, учения... Такое ощущение, что он пытается создать одну огромную армию.

– Хреново... — нахмурился я.

– Вот видишь... Даже ты, впервые услышав об этом, понимаешь как это хреново. А почему, объяснить сможешь?

– А что тут объяснять-то? Склады продовольствия госрезерва, конечно, большие, но и они конечны. А в развитие собственной продуктовой инфраструктуры он не вкладывается. Готовит армию... А если в первом акте на стене висит ружьё, то в пятом оно обязательно выстрелит. Вопрос только в какую сторону?

– Вот именно, — хмуро заметил Князь. — Мы тут с Серым посчитали примерно... Получается даже с учётом загашенных беспредельщиков у него сейчас не менее шестисот парней от 11 лет и старше. А ведь у него и девичьи подразделения есть. И молодёжь тренируется... А мы, когда восточников гасили, всем альянсом две сотни бойцов не смогли выставить. Есть повод призадуматься.

– И чего вы придумали?

– Пока, ничего. Ну так это и проблема не сегодняшнего и, даже не завтрашнего дня.

– Думать всегда нужно заранее, — чуточку встревожился я от подобной неосмотрительности.

– Да думаем мы, думаем. Я в Тюмени и этот вопрос тоже вентилировал. Обещали разобраться... А от себя мы решили пока в Шадринске своё присутствие нарастить. Шадринск, как раз, на полпути между нами. Вот и нужно превратить его в форпост, так сказать. Да и вообще... Полезно. Анклав Рукава поддержим. Конкурентов его прижмём, чтоб работать не мешали... Так что скоро в Шадринск возможно и твой отряд отправим.