Дмитрий Сысолов – Из двух зол... (страница 32)

Впрочем, будь даже эта «одноклассница» действительно ценным специалистом, Гвоздь вряд ли ее привез бы сюда. Потому и точно — пустышка. Ну может «вождем колхозанов» на что-то конкретное запрограммированная. Мина… Значит точно — нахрен ее! Но сперва потрошить насчет любой информации.

Все эти размышления бешенным галопом проскакали у меня в голове пока я нарочито неторопливо разглядывал девочку.

— Извини, но что-то не вспоминается.

— ЧТО? — кукла (блин, так глядишь и кличка прикипит, я ж ее внутренне уже только так и называю) была откровенно шокирована. Вон как возопила-то. Да и Гвоздь изрядно удивился. Видимо не такой реакции ожидал. Интересно, кстати, чего он всем этим добивается? В добрососедские игрища — просто не верю. Тупо пытается подкупить бывшей любовью? Ну да, может быть. Но, скорее, это — просто отвлекающий маневр. Чтоб выбить меня из колеи. И главное он спросит тогда, когда я, по его мнению, поплыву. Надо собраться.

— О, ты здесь совершенно не при чем, — постарался я "успокоить" одноклассницу. — Просто я вообще ничего не помню. Ни-че-го!

— В смысле? — не врубилась она.

— В самом прямом. Я ничего не помню, что было до Эпидемии. Я же тоже переболел. И весьма в тяжелой форме. А когда очнулся ночью пятого числа, месяц назад — я ничего не помню. Ни о том кто я такой, ни что тут делаю, ни что вокруг происходит. Абсолютно ничего не знаю! Всю жизнь с чистого листа заново начал. Последствия болезни — я так подозреваю.

— Ни разу о таком не слышал… — пробормотал Гвоздь.

— Ну у каждого, видать, по своему проявляется. У меня — вот так. Так что, милая девушка, возможно я и был вашим одноклассником, но, увы — я ничего подобного не помню.

— А откуда тогда ты узнал как тебя зовут? — выстрелил вопросом Гвоздь, пытаясь поймать меня на противоречии.

— Паспорт, — спокойно и ясно поглядел я ему в глаза. — У меня есть паспорт, а в нем фотография. И зеркало напротив.

— Ну да, ну да… — вновь о чем-то задумался Гвоздь.

— И что ты совсем ничего не помнишь? — не унималась девка.

— Увы, — с самым сокрушенным видом развожу руками.

— И что в меня влюблен с третьего класса, тоже не помнишь? — с каким-то даже разочарованием тянет она. Вот дура. Ведь видно же, что сам по себе Шиша ей глубоко до лампочки. Но вот то, что он в нее влюблен — явно греет ей душу. Возвышает над другими. Для девчонок это ж ой как важно. А теперь что? Вместо привычных и удобных позиций, полная неизвестность? У другой бы интерес проснулся б. Можно что-то новое попробовать. Заново познакомиться… А эта не хочет. Пусть все будет как раньше! Ей так удобно было! Нет, она точно пустышка.

— Увы, увы, — вновь развожу я руками.

— И ничего в душе не шевельнулось когда меня увидел? — блин, что за тупняк? Вон даже Гвоздь поморщился. Нет, ее нужно сразу слать нахрен.

— А можно всех посмотреть? — глумливо подмигивая спрашиваю у Гвоздя.

— Что?… Ну ты и хамло Шишин!

— Стараюсь! — галантно поклонился я ей в ответ.

— Можно, — как всегда усмехается одним только уголком рта Гвоздь, и повелительным взмахом руки затыкает возмущенную девку. — Иди в машину. Нам еще поговорить надо.

Дождавшись когда раскрасневшаяся, булькающая возмущением девица усядется в машину, Гвоздь зябко передернул плечами и неожиданно спросил:

— Слушай, а чего мы все время посреди дороги разговариваем? Словно на стрелке какой бандитской. Тональность разговора не та! Напряжение какое-то. Словно ты от меня подляны ждешь постоянно.

— Как повелось, — пожал я плечами, — Я, когда к вам приезжал — меня ваш Макс тоже дальше вашего блока не пустил. На улице и поговорили.

— Так то когда было-то! Мы ж с тех пор союзниками стали. Приезжай в любое время! Встречу как родного!

— Окей, я подумаю над этим, — уклончиво ответил я, — а пока… Действительно, чего ж мы посреди улицы-то… Извини, в дом я тебя не поведу, опасаюсь маленько, но вон в той баньке ребята пост оборудовали. Можем там посидеть.

— Добро. Давай ты своих бойцов успокой, а я своих. Пусть в машинах посидят. А мы поговорим.

— Давай…

Действительно, растопив печь в баньке и усевшись напротив Гвоздя я не мог не признать — атмосфера определенно изменилась. Ну не скажу, что домашняя такая стала, но градус напряжения определенно упал. Гм… Но это-то и настораживает. Да, откровенной агрессии теперь можно не опасаться, а вот надуть меня Гвоздь по любому попробует. Нужно держать ухо востро.

— Ну и о чем ты хотел со мной поговорить?

— Да есть у меня пара интересных тем.. — Гвоздь протянул озябшие руки поближе к печи, отогревая их. — Взаимовыгодных.

— Я весь внимание.

— Ты же знаешь, — он снова дернул уголка рта в кривой усмешке, — что у нас в первом микрике был медицинский колледж.

— В первый раз слышу, — честно признался я, внутренне сделав стойку, как почуявший добычу пес.

— А, ну да… Амнезия же… Так вот, колледж такой был. Училище, проще говоря. Понятно, что обучение там самое простое. Не врачи, не медсестры даже, так…типа санитарки. Намек на будущих медиков. Но хоть что-то они да знают… Знали… На целое "что-то" больше чем мы, все остальные, вместе взятые.

— И? — поторопил я его.

— И у меня таки нашлась одна из студенточек этого коллежа! Зацени, а?

— Повезло тебе! — абсолютно искренне ответил я ему.

— Это да, — согласно кивнул он — Что есть, то есть.

— Ну, и? — я вновь попытался вернуть разговор в конструктивное русло. — К чему ты это рассказал? Чисто похвастаться?

— Ах, да, — словно бы спохватился Гвоздь. — У меня к тебе есть предложение. Шикарное в своей щедрости! Я приставил к этой студенточке пяток девчат побойчее, чтоб они у нее опыт перенимали. Типа смена подрастающая. Могу к ним добавить и твою девку, что тебя штопала. Пусть подучится на халяву. Обещаю, ей у меня ничего грозить не будет! Будет как сыр в масле кататься.

— Неожиданно, — медленно протянул я. — С чего вдруг такая щедрость?

— Благотворительность! — развел руками Гвоздь и радушно улыбнулся — Только от моей безграничной бескорыстности. Без всяких условий. Просто помочь ближнему.

— Неожиданно, — тупо повторил я, не поверив не единому его слову, но не зная как ещё реагировать. Где-то здесь была ловушка, вот только где? — Мне надо подумать.

— Думай, — великодушно позволил Гвоздь. — Я ж тебя не тороплю, — и снова протянул руки к печи. Отморозил он их что ли зимой? Вроде и не так холодно на улице, а он вон как зябнет.

А я всерьез задумался. Что я теряю если доверюсь моему визави? Гм… Ну, как минимум, саму Малинку и потеряю. Попробуй ее отбей обратно, если он не захочет её возвращать? Может ради этого весь разговор и затеян? Отжать у меня специалиста? Пусть вот такого, условного, но все-таки. Да нет. Слишком все это мелко для Гвоздя. Тут есть что-то еще. Чего я пока не вижу. Но наживку, надо признать, он качественную подобрал. Вон как сердечко-то у меня забилось, что есть кто-то хоть немного разбирающийся в медицине! И жаба тут же проснулась. Хочу! Мне это надо.

А еще я упускаю из виду, что если я отпущу Малинку учиться, то некому будет у нас в больничке работать! А она и так переполнена сверх всякой меры! Работы — вагоны! Кроме чуть живого Ярика и заболевших малышей, еще и четверо приходящий каждый день на процедуры-перевязки. Это и я сам, и Вилка, Кузя и Мишаня. Нет, никак невозможно сейчас удалять медика даже на один день. Да и сама Малинка наверняка откажется. Категорически. Мда, не вариант. Но отказываться совсем и сразу, пожалуй, не стоит. Ещё обидится.

— Интересное предложение, — протянул я, — правда, пока нереализуемое. Уж слишком она у меня загружена сейчас работой. Раненые у нас. В городе ребятишки мои на стаю собачек нарвались.

— Да, собаки — это проблема, — помрачнел Гвоздь. — У меня тоже собаки несколько человек задрали. К каждому же старшего с ружьем не приставишь, а мелким вечно больше всех надо. Лезут куда не следуют… Вот и нарываются.

— Как я тебя понимаю! — сочувственно поддакнул я, радуясь, что тема со стажировкой уходит в сторону.

— Ладно, — понимающе усмехнулся Гвоздь. — Не может сейчас, сможет потом как-нибудь. Я ж не тороплю. Просто тогда отстанет в учебе от тех девок, что я подобрал… Нагонять придется.

— Ничего. Нагонит, — облегченно выдыхаю я. Вроде не обиделся.

— Ладно, с этим всё тогда пока. Но у меня есть и ещё одно предложение.

— Слушаю? — вновь настораживаюсь я.

— Я слышал, что у вас по вечерам традиция уже сформировалась, перед телевизором собираться, мультики смотреть, сказки рассказывать, музыку слушать.

— Есть такое, — осторожно отвечаю, не понимая куда он клонит.

— А у нас, чтоб ты знал — с электроэнергией проблемы. Генератора на весь поселок всего две штуки. А народу несколько сотен. Причем, часть в самом Зазике на магазинах сидит, часть на Стальмосте. И про кино и мультики они уже и забыли, что это такое… Вот я и думаю, а может я тебе буду по вечерам десяток-другой присылать, а? Особо отличившихся, в качестве поощрения. Ты не подумай, не бесплатно конечно же. Я б за каждого жратвы подкидывал бы. Картошечки там. Или тушняка? А?

— Нет! — Мой ответ был быстр и категоричен. Я не думал не секунды.

— Да, что ж ты так сразу-то рубишь? Боишься, что захватим тебя? Да я могу, для начала, присылать только самых мелких… Десяток малышей лет по пяти? А? Или тоже боишься?