Дмитрий Светлов – Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ (страница 4)

– Затем «БМВ» стал «Уралом»?

– Вот дурень! – разозлился дед. – «БМВ» забрали американцы и назвали «Харлей-Дэвидсон».

– Неправда! – воспротивился внук.

– Посмотри справочник. «Промет-720» образца тридцать девятого года выпускался в Москве, Горьком и Киеве, в сороковом Ирбитский завод изменил марку на «Урал М-72».

– Американцы с англичанами не вывозили немецкие заводы! – не сдавался Олег.

– Им хватило чертежей и ученых. У нас до Волги руины и минные поля. Все заводы Белоруссии и Украины раньше были немецкими.

– Хочешь сказать, что заводы привезли без технологий?

– Хочешь сказать, что сейчас живут идиоты? У каждого завода есть перспективные разработки! К примеру, мотоцикл «Днепр» – это «Цундап», на котором ты сидишь, – парировал дед и щелкнул кнутом по траве.

На этот раз они ехали заметно быстрее, четыре свежие лошадиные силы бодро катили телегу. Зато Олега мотало на не заметных ранее колдобинах проселочной дороги. Вроде небольшие ямки и бугорки коварно били по рулевой вилке, норовя вырвать из рук руль. Мучения закончились через час, когда они въехали в притулившуюся к шлюзу деревню. Увидев приткнувшую к берегу моторную лодку со смешной пулеметной башенкой, дед протянул внуку вещмешок:

– Здесь собранные у немцев документы. Передай старшему по званию и фотоаппарат не забудь.

Олегу не хотелось расставаться с забавным антиквариатом, но здравомыслие восторжествовало. Фотки не перегнать на компьютер, а затея с всякими химикатами и печатью в темной комнате его не прельщала.

– Братки, мне командира надо увидеть! – и осторожно постучал по стальному корпусу.

– Зачем он тебе? – В кокпите показался матрос в робе.

– Гостинцы передать, что забыли забрать после боя. – Олег показал вещмешок.

– Мы здесь дежурим, а те ушли к Городецкому мосту. Командир на стенке шлюза уровень воды промеряет, с ним говори.

Старшина первой статьи без лишних вопросов забрал документы с фотоаппаратом, затем торжественно отдал честь и дружески похлопал по спине. Олег бегом вернулся к деду, который в его отсутствие успел обзавестись поросенком, козой и дюжиной кур.

– Входишь в роль закупщика сельхозпродуктов? – съязвил внук.

– А то! По случаю муки с крупой прикупил, зерна немножко. – И похлопал ладонью по мешкам.

– Привал бы устроить, ты всю дорогу в телеге жевал, а я с утра не евши, – предложил Олег.

– Меняемся местами, садись осторожнее, под рукой теплый хлебушек с колбасой и молочко прям от коровы.

Умеет дед говорить с людьми! За каких-то десять минут и продукты достал, и живностью для полноценного подворья обзавелся. Плотный перекус потянул на дремоту с философскими раздумьями. У места боя было сказано о выходе из окружения, но они шпарят дальше без остановки на отдых. Почему? Телега завалена мешками и скотинкой, по объему это не может быть подарком. Откуда деньги? И вообще, зачем набрали чуть ли не табун лошадей, а теперь добавили животных? Спешим к поезду с поросенком в обнимку и козой на веревке?

Чем дальше ехали, тем сильнее становилось удивление. Они останавливались в каждой деревне, дед сразу шел в сельсовет, показывал документы заготовителя и пытался в чем-то убедить местное начальство. Загадка разрешилась в небольшом селении у засеянного льном поля. После разговора с председателем сельсовета они завернули к аккуратному домику с выходящим к реке ухоженным огородом. Буквально несколько часов назад отсюда выехала еврейская семья. Начальник увел одну пристяжную лошадь, а вернулся с подтверждающей право на домовладение бумагой.

– Ну-ка, деда, поясни мне сей фортель с покупкой дома! – потребовал Олег.

– Самому лень извилиной шевельнуть? Я здесь останусь, а ты дуешь дальше, – спокойно ответил тот.

– Как это остаешься? Я тебя не брошу! Вместе едем! – решительно заявил внук.

– Хорошо, – согласился дед, – для начала расскажи план нашей поездки.

– Едем в областной центр и садимся на поезд до Волги. Там я тебя устраиваю, а сам иду воевать.

– Допустим, никто не обратит внимания на твои ленинградские документы, а меня не спросят о причинах бегства из Брянска.

– Главное, убраться отсюда, а там подыщем удобное местечко, – уверенно заявил Олег.

– Я хочу услышать определение разницы между этой деревней и неведомым местом на берегах Волги, – усмехнулся дед.

– Здесь начнется партизанское движение и зверства карательных отрядов. Я хочу спокойно воевать без опасения за твою жизнь!

– Воевальщик нашелся! Сейчас на фронт посылают только с опытом Гражданской войны. Возраст двадцать пять – тридцать пять собирается в Среднем Поволжье в качестве резерва.

– Неправда! У Вадика деда призвали в шестнадцать! – возразил внук.

– Было в прифронтовой полосе, согласен. Молодежь до двадцати пяти увозили на Дальний Восток, а вернули в октябре сорок второго под Сталинград.

– Ты мне зубы не заговаривай! Два дня на отдых и едем дальше! – выкрикнул Олег.

– Тише, тише. – Дед приложил палец к губам. – Мы здесь задержимся на недельку.

– А дальше поедем вместе, – твердо заявил внук.

– Что будет написано в твоем дипломе?

– Факультет: «Конструкции летательных аппаратов», специальность: «Инженер по производству ракет».

– А кем хочешь воевать?

– Кем пошлют, тем и буду! – с вызовом ответил Олег.

– Ты без труда организуешь производство ракет средней дальности. Где от тебя больше пользы – в КБ или в окопе? – с ледяным спокойствием спросил дед.

– У тебя есть план! – догадался внук.

– А его реализация требует абсолютного инкогнито. К тому же я физически не осилю современную железную дорогу.

Олег полностью отдался заготовкам продовольствия. С рассветом отправлялся на реку, которая в реале оказалась каналом водной системы из Днепра в Вислу. Выбрав из сетей рыбу и собрав в ловушках раков, садился завтракать. Затем заправлял коптильню и отправлялся с местными ребятами ловить в ставках. Дед с утра до вечера сидел за столом и писал, писал и писал. Его напоминание о специальности инженера по производству ракет было проигнорировано.

Дело не в том, что Олегу учиться еще год, все намного прозаичнее. Полный комплект документов по «Фау-1» доставлен в Москву в сорок втором, по «Фау-2» в сорок четвертом. В Казани незамедлительно собрали аналоги, провели испытания и начали работы по «нормальным» баллистическим ракетам и крылатым ракетам авиационного базирования. Немецкие пугалки способны лишь преодолеть Ла-Манш, в условиях серьезной войны дальность поражения должна быть как минимум в пять раз больше. На Лондон упало чуть более тысячи ракет, на Москву каждую ночь летало по двести бомбардировщиков.

Глава 2

Важное задание

Через деревню проехал верховой посыльный, и по домам побежал тревожный шепоток. На другой день власть вместе с участковым укатила в область, и волнение усилилось. Немцы взяли Бобруйск и повернули на юг, что предвещает полное окружение Полесья. К деду зачастили селяне, для них русский заготовитель оказался бóльшим авторитетом, чем представители советской и партийной власти.

После обеда Олег переварил сорную рыбу в муку и начал развешивать мешочки на просушку. Его внимание привлек послышавшийся на канале треск мотора. Дозорные катера меняются каждое утро. На этот раз военные возвращались в неурочное время, причем на корме сидели пассажиры в непонятной форме, а некоторые из них с винтовками. Событие требовало незамедлительного обсуждения, и он побежал к деду.

– Флотилия уходит на защиту Гомеля, забирая с собой персонал шлюзов и охрану НКВД, – пояснил тот.

– Мне пора собираться? – предположил внук.

– До города сто километров, на мотоцикле долетишь за пару часов. Так что время есть, уедешь завтра после обеда, – ответил дед и склонился над тетрадью.

Олег выкатил из сарая мотоцикл и начал разбирать вещи. В качестве дорожной одежды выбрал темно-синий бостоновый костюм и щегольские хромовые сапоги. Все прочее уложил в трофейный ранец, включая одежду из двадцать первого века. По словам деда, у молодежи Ленинграда середины тридцатых джинсовые костюмы считались писком моды. Сверху бросил купленные в сельпо туалетные принадлежности. Кстати, одеколоны «Черная маска» и «Табак» обладали изысканным ароматом. С утра дед озадачил неожиданным заявлением:

– Тебя направили в «Сталинградское военно-авиационное училище летчиков имени Сталинградского Краснознаменного пролетариата».

– Кто направил? – растерялся Олег.

– В это училище принимают только по направлению комсомольских организаций. Бумаги пересылают отдельно, поэтому можешь ехать спокойно.

– А там от ворот поворот и что дальше?

– С твоим уровнем знаний и физическим развитием? Не прогонят, в крайнем случае получишь отличный повод для легализации в городе.

Олег вынужден был согласиться с доводами деда. У него появилась конкретная цель, а наступление немцев исключало обратное возвращение.

– Как я объясню незнание белорусского языка? – спохватился он.

– Ты Ленинградский, отца направили на партийную работу в Пинск. Придется немного погулять по городу, только не суйся к причалам Военной флотилии.

Погулять Олег был согласен. Шаря по кабинетам НКВД, вместе с документами заготовителя дед забрал толстенный лопатник[10] с астрономической суммой. Так что деньгами его обеспечат, и, ухмыляясь, предложил:

– Лучше запиши запретные адресочки.

– Балбес! До сих пор пулемет на коляске не закреплен по-походному! Въедешь в город и сразу в комендатуре сдашь трофеи!