Дмитрий Султанов – Кровь и металл (страница 8)

– Начали, – коротко бросил Майкл, активируя двигатели в ручном режиме. Корабль резко дернулся, выдав целую серию мощных импульсов. Разведчик чуть ли не моментально выскочил из-за спутника, открывая себе вид на целый перечень целей. Выставленные в автоматический режим пушки моментально нашли первые из них, открывая огонь. Разогнанные ракеты начали неуправляемыми снарядами вылетать из пушек, чтобы уже по приближению к целям внезапно включить двигатель и по хаотичной траектории поразить их, избегая быстрого обнаружения и, соответственно, контрмер.

Мы успели выстрелить все пять десятков снарядов, прежде чем враг начал противодействие. Сразу три десятка точек внезапно засветилось на схеме виртуального пространства, окрашиваясь в красный и сигнализируя об ответной стрельбе.

– Ни черта себе, – ругнулся я, тут же включая новые цели в список для поражения. Вывожу себе сбоку виртуальную проекцию первых целей и вижу, как оба ретранслятора разрывает на части выпущенными снарядами. Расположенные ближе всего, они имели мало шансов на избежание попадания. А вот остальные цели…

– Включай систему противодействия, – снова бросил Майкл, выстраивая сложную траекторию полета. Я тут же подчинился, меняя снаряды в пушке на новые. Выставляю метки на выпущенные по нам заряды, быстрый отстрел, затем снова смена снарядов и отстрел.

– Слишком много целей, часть из них точно фиктивные, – бросаю я, краем глаза отслеживая результат первого залпа. Ретрансляторы уничтожены, а вслед за ними в указанные координаты врезаются новые ракеты. И из шести точек идет отчет о поражении автоматизированных орудийных систем.

– Конечно, где бы они достали столько ресурсов, – коротко отвечает Майкл, периодически внося случайные переменные в траекторию полета разведчика. Корабль и так двигался по какой-то сложной спирали, но время от времени его двигатели вспыхивали мощными импульсами, смещавшими его в сторону, мешая ракетам врага отследить точный маршрут. – Но все же фиксирую запуск трех сотен.

Я же вновь принялся за отстрел ракет по точкам. В запасе еще осталось сто десять штук наступательных, и бессмысленно тратить их я не был намерен. Такой мощный вражеский же ответ был только на радарах, а в реальности их было явно меньше. Большая часть ракет просто создавала в пространстве обманку, заставляя системы корабля тратить контрмеры и на них. А потом первая моя волна противоракетных средств достигает вражеской волны. Множество точек гаснет, пораженных или просто фиктивных.

– Есть контакт, осталось восемьдесят семь. Черт, новый залп. Снова три сотни, – говорю я Майклу, сосредоточиваясь на своих выстрелах. Пальцы скачут по виртуальным приборам, вбивая новые команды. Я скорее представляю, чем чувствую, что разведчик снова вздрагивает от залпов. И через полминуты будет повторный залп по тем же координатам, вот только в этот раз двигатель в ракетах включится при прохождении девяносто пяти процентов пути, при том что в первом это произойдет на семидесяти пяти. А часть ракет я вообще навожу не по точным координатам, а просто рядом, действуя по внезапно пришедшему наитию.

Притихший Майкл так же молча забирает на себя контрмеры, сосредоточенно выстраивая защиту, видя, что я начал не успевать. Моя вторая выпущенная волна средств противодействия распадается на части прямо перед вражескими, проецируя в пространстве эдакую обманку. И на ней почти сразу детонируют заряды противника. Разведчик все сокращает пространство, рвясь к нужному нам спутнику. В космическом пространстве периодически происходят столкновения управляемых ракет, а на поверхности глыб образовываются новые кратеры от попаданий.

Еще почти пять минут в кабине царит напряженное молчание, изредка прерываемое короткими фразами. Но когда наш корабль уже почти зашел в плотную атмосферу спутника, все автоматические точки защиты были уничтожены.

– Фух, прорвались, – протянул я, будто выдыхая накопленное напряжение. Переключаю управление на плазменную пушку, уводя остальные в автоматический режим. – Как-то не очень зрелищно прошел бой в космосе. Одни сплошные наборы команд и без особого ощущения риска. Просто точки против точек на виртуальных экранах. Хотя расстояния-то…

– Не сглазь, – бросает Майкл, перебивая меня, сосредоточенно корректируя траекторию нашего корабля. Разведчик уже начинает потряхивать от сопротивления воздуха за бортом, а на нас потихоньку наваливается тяжесть. Я пытаюсь не обращать внимание на происходящее и думаю о том, что по нам даже не попали, но внезапно на выводимой карте вокруг вражеской базы появляются сразу три точки. Кронт тут же пытается бросить разведчик в сторону, но мы уже зашли в плотный слой атмосферы спутника.

Резко потяжелевший корабль с трудом реагирует на команды, неповоротливым телом падая к поверхности. Чувствую, как наваливается еще большая тяжесть и все начинает сильно трясти. Пушки, выставленные в автоматический режим, блокируются электроникой, не дающей выстрелить в текущих условиях. Разведчик все же поддается напарнику, внезапно рывком переворачиваясь влево, отчего в голове проносится ругательство, а я к тому же непроизвольно нажимаю на спуск.

Кое-как выставленный Майклом боком корабль снова дергается, и заряд плазмы устремляется к поверхности. Но вражеские снаряды быстрее. Простые металлические болванки без капли электроники, они тупым молотом врубаются в нос разведчика. Сила удара такова, что я чувствую его даже сквозь мой скафандр, словно на полном ходу я врезался в бетонную стену. Корабль словно содрогается в агонии, а его уже сносит прямо под второй заряд. Попавший в пробитую броню, этот проникает внутрь, и от нового удара гигантской кувалдой нас закручивает прямо в воздухе. Наваливается дичайшая перегрузка, а я подсознательно жду третьего удара, уже финального для нас. Рядом ругается Майкл, пытаясь выпрямить корабль, но тщетно. Нас хаотично вращает, и от нового рывка я прикусываю язык. Тяжесть давит, вжимая в кресла даже в скафандре. Вибрация по корпусу нарастает, и я с криком начинаю хаотично нажимать на спуск плазменной пушки, отчаянно надеясь попасть хоть куда-то.

Успеваю сделать всего два выстрела, как наш разведчик на полном ходу влетает в землю. От мощнейшего удара меня бросает в фиксаторах вперед, и только благодаря боевой броне я не ломаю себе шею от резкой остановки. Но даже так тело отдает болью, а кресло чуть ли не срывает с креплений. На мгновение в глазах темнеет, но я дергаю головой, словно сбрасывая навалившуюся слабость. Виртуальная панель звуковой трелью отчаянно сигнализировала о критичных повреждениях, а рядом по внутренней связи ругался Майкл, повисший, как и я, в фиксаторах, лицом к поверхности.

– Твою мать, попали все же, сволочи. Я же говорил, не сглазь, – злой голос напарника был на грани рычания, пока он выводил карту окружающего пространства. Я же молча сосредоточился на изучении повреждений после всего двух попаданий.

– Нам нос раздолбали, и им же мы врубились в поверхность. Склада, как и всего вооружения, нет. Благо, хоть ничего не взорвалось. Черт возьми, а ведь так хорошо начали, – замечаю я, пытаясь расстегнуться. Рядом уже копошится Майкл.

– Зато мы все же благополучно врезались в саму базу, а твои случайные выстрелы из плазмы повредили это их чертово орудие, – рядом кряхтит напарник. Слегка перекошенный фиксатор поддается, и его тело чуть не срывается вниз, прямо на панель управления. Агент все же успевает зацепиться рукой и медленно спуститься вниз. Я тут же следую за ним, аккуратно ставя ноги. Но именно в этот момент наш корабль, видимо, решает, что ему надоело стоять вертикально, и обрушивается вниз. Опора резко уходит из-под ног, и я со всего размаху влетаю спиной в кресло, окончательно доламывая его.

– Да что ж такое-то, – пытаюсь встать, но надо мной уже склоняется Майкл, вытягивая руку. Резкий рывок, и я уже на ногах, потираю поцарапанную броню после этих столкновений. Без нее явно что-то себе поломал бы, если вообще смог выжить.

– Надеюсь, что дальше нам все же повезет больше, – сухо замечает Кронт, поворачиваясь в сторону размещенного на потолке люка. Короткое движение, и вниз выезжает лестница, предусмотрительно спрятанная в специальной нише. Напарник тут же начинает подниматься по ней, и мне ничего не остается, как последовать за ним.

– С кораблем будем разбираться потом? – спросил я, когда мы уже выравнивали атмосферу с внешней средой. – Хотя, что это я, враги же ждать не будут.

Глава 5

Спутник с длинным названием из ряда букв и цифр встретил нас абсолютно негостеприимно при входе в свою атмосферу, продолжив аналогичное отношение и на своей поверхности. Сильный порывистый ветер практически сразу начал сносить в сторону. Густой белесый воздух заволакивал окружающее пространство, скрывая все из виду уже на расстоянии пяти метров. А внезапно потяжелевшая боевая броня ощутимо давила на тело, замедляя движения.

Замерший возле меня Майкл отдал короткую команду на закрытие люка и бросил мне по внутренней связи, резко ускоряясь в сторону проделанной дыры в базе:

– Дроны не выпускай, их снесет…

Я только скривился – и так понятно. Тем более общие очертания базы встроенный сканер в броне сумел определить, попутно построив на основе обычных конструктивных решений предполагаемое расположение помещений внутри. И, невзирая на отсутствие нормальной видимости, это абсолютно не мешало ориентироваться и отслеживать угрозы. Словно в подтверждение, справа от нас в туманной дымке внезапно нарисовался красный контур врага, и я тут же приседаю на колено, разворачиваясь на противника. В руках уже давно зажата винтовка с импульсно-магнитным ускорителем, стреляющая умными патронами. Прицел, выводимый в шлеме, моментально находит цель. Электронный спуск как всегда чувствителен после определенного усилия, и из дула с негромкими хлопками выплевываются заряды.