Дмитрий Старицкий – Оружейный барон (страница 26)

— Место? Деньги? Станки? Ресурсы? Рабочие? — с визгом обрушил на меня партнер наши узкие места.

— Значит, так… — улыбнулся я хитро. — Пункт первый. Поскольку перевооружение механического завода «Коде» проводится за счет имперского Минфина, то старое оборудование нам отдают просто так — лишь бы работало. Пункт второй. Деньги нам дают. Беспроцентный кредит с выплатой сроком на пять лет… — Тут я сделал театральную паузу, перед тем как сообщить главную новость: — После войны. Если победим, то часть его, возможно, и спишут на радостях. Пункт третий — ресурсы будут. Металл и все прочее. Нас включили в реестр приоритетных получателей. Мы теперь не кто-нибудь, а о-го-го! Дефицитные пулеметы делаем. Только попросили цветмет экономить. Уже не хватает его на всех. Надо, кстати, весь лом с полигона вывезти, пока не догадались в интендантстве лапу на него наложить.

— А рабочих где брать? Без рабочих станки — мертвое железо. — Гоч упивался пессимизмом и грядущими бедствиями. Это с ним временами бывало.

— На пулеметы? Я тебя умоляю… Точно так же, как меня сейчас умоляли да уламывали срочно увеличить выпуск автоматических пулеметов. Я поставил условие, что всех квалифицированных станочников отправить из окопов на службу к нам на завод по специальности. Иначе пулеметов им не видать. По крайней мере так, как они хотят, — массово.

— И?.. — округлил глаза изобретатель.

— Условие приняли. Приказ по армии об этом уже подписан. Надо только не щелкать клювом, а то другие заводы тоже не дураки станочников получить.

— А патронное производство одиннадцатимиллиметровое?

— Тоже нам отдают. И здание цеха тоже. И пустырь между заводами теперь тоже наш. Безвозмездно… — сказал я с интонациями Совы из Винни-Пуха. — Бесплатно, значит.

— Как тебе все это удается, Савва?

— Очень просто, Имрич. Люди хотят легкие пулеметы. Так хотят, аж кушать не могут. И готовы за это дать нам все, что мы ни попросим. Надо пользоваться моментом. Я свое дело сделал. Теперь за тобой производство.

— А что ты еще им отдал? — спросил Гоч с подозрением.

— Твою 37-миллиметровую пехотную пушку. Нечего нам разбрасываться. Наше дело автоматика. Пистолеты и пулеметы. Возможно, еще пистолеты-пулеметы, но это потом.

Но прежде чем я смог отъехать из Будвица на фронт, произошло непредвиденное обстоятельство, смешавшее все мои планы. Из имперской ставки в Химери понаехала не только большая толпа артиллерийских генералов, отвечающих за принятие новых образцов на вооружение, но и конструктора других систем пулеметов с ними. Все на одном литерном поезде. Заявлены были сравнительные испытания новых пулеметных систем. Потребовали в общий ряд поставить и наш «Гочкиз».

И захватив меня, король отправился на полигон к Многану на большое ган-шоу. В своей карете я вез денщика, кучера, разобранный пулемет из последней партии и несколько ящиков кассет, снаряженных новыми патронами с остроконечными пулями. И короб с оптическим прицелом. А испытательная команда моя и так паслась на полигоне уже больше месяца.

Сам коротал дорогу в карете короля. По его настоянию, конечно. Даже Онкена не было в салоне. Он рысил рядом с каретой верхом.

— Не подведи меня, Кобчик, — устало заявил король. — Вся борьба тут произойдет не за лучшую систему пулемета, а за то, кто получит из казны много денег. Но ты уж постарайся не ударить в грязь лицом, а товар покажи с лучшей стороны. Бог с ними, с субсидиями, хотя они тоже не последнее дело, но мне нужен свой пулемет в королевстве, который производится у меня. Ты понял?

Я кивнул в знак согласия и в свою очередь спросил:

— Ваше величество, а чего вдруг все так возбудились-то ни с того ни с сего? То никого в ставке не волновал этот вопрос, все были довольны гатлингами и воротили нос от «Гочкиза», а то в одночасье вскочили и побежали к нам вприпрыжку на всех парах, будто рядом со ставкой нет полигонов вообще.

— На Западном фронте, Савва, пока только у островитян, появился новый пулемет автоматической системы. Его привезли сюда и всем покажут. Трофейный… Пока сказали только то, что он может выпускать двести пятьдесят пуль за минуту непрерывно. Если такой появится еще у их союзников-республиканцев, то дело пахнет уже плохо… И не дай ушедшие боги, они станут поставлять его царцам.

Король замолчал.

— Таким образом, ваше величество, нам требуется если не вывести из войны Восточное царство, то основательно потрепать его так, чтобы умерить их наступательный пыл?

— Именно так. Ты всегда схватываешь главное. Поэтому я отказался от генштабовского плана. Он отдавал главную роль имперскому корпусу, и приморская провинция в случае победы отошла бы под прямое правление империи. А нам бы достались только потери. Для меня это неприемлемо. Не говоря уже о том, что это исторически наша земля и живет там наш народ. До самой реки Ныси и даже за ней. И приморский Щеттинпорт, возможно, единственная наша артерия самостоятельного выхода к морю… Без чьей-либо «золотой мили» в конце.

Король помолчал и глухо обронил:

— В случае чего…

Король отвернулся от меня к окну и молчал. За окном шел красивый грибной дождик при ярком солнце. Над лесом сияла радуга.

— Теперь ты понял, Савва, что на тебя легло? — вдруг повернулся ко мне Бисер. — Выдюжишь?

— Я постараюсь, ваше величество. Все, что зависит от меня, будет сделано. Но от меня так мало зависит.

— Это тебе так только кажется. Ты наставление по пулеметному делу дописал?

— Не успел, ваше величество. Хотел кое-что проверить на фронте. С пулеметчиками пообщаться.

— Жаль… — протянул король. — Сейчас это был бы козырь.

— Могу по старому знакомству сделать так, ваше величество, что конкурентам выдадут старые патроны. Из первых партий с бездымным порохом.

— А сам чем стрелять будешь?

— Своими патронами. Фирменной выделки. Заявку на патент в военное ведомство я еще не подавал. Оформили его как охотничий боеприпас. Для охотничьего карабина Шпрока.

Я достал из кармана демонстрационный патрон без порохового заряда и дал его в руки королю.

— Хм-м-м-мр-р-р, — промурлыкало его величество, вертя латунную игрушку в пальцах. — И чем она лучше старой пули?

— Стреляет дальше и точнее. Траектория пули более настильная. Пустотелая головка оставляет страшные раны. Испытывали на свиньях. Главное, чтобы комиссия согласилась на манекены, а не на фанерные мишени. Тогда будет наглядней.

— Попробую продавить, — повеселел король, возвращая мне патрон.

Как мало человеку надо для счастья, всего лишь осознать возможность сделать гадость ближнему своему.

15

— …те, кто непосредственно эксплуатирует стрелковое оружие и чья жизнь напрямую зависит от него, хотят, чтобы оно габаритами и весом было поменьше, а по устройству и техническому обслуживанию проще, — выступал я после стрельб перед высоким собранием в полигонном павильоне. — Емкость системы питания, скорострельность и живучесть конструкции они желают иметь повыше, а вот бункеровать пулемет боеприпасами — пореже. И удобней. В том числе имеется в виду удобство рабочей позы стрелка и его помощников. Носимый боекомплект желательно иметь по весу маленьким, а по числу выстрелов большим. И мы не вправе говорить солдатам, что они в своих суждениях не правы. Ведь именно они эксплуатируют нашу технику на переднем крае фронтов. Наша задача дать солдатам такую технику, которая при своей убойности была бы еще технологичной в производстве и удобной в пользовании. У меня все, господа. Вопросы?

Уложился я в двадцать минут регламента. Мне было проще выступать, чем другим конструкторам. Я все-таки настоящий пулеметчик, обученный воинской профессии в Российской армии. На совесть обученный, с учетом опыта двух мировых войн и кучи локальных конфликтов. А все остальные тут пока, как слепые кутята — в каждый угол тычутся на ощупь. Вот я и не стал тупо рекламировать наш аппарат, а заострил внимание на тактике применения пулеметов в современной войне.

— Каково главное преимущество автоматических пулеметов перед механическими, по вашему мнению? — Вопрос задал полковник из ставки, сделав интонационный нажим на «моем мнении».

— Главное?.. — Я на секунду задумался. — Главное преимущество в том, что автоматический пулемет на станке-треноге сократил для врага пулеметчика с ростовой мишени до грудной. Даже если считать, что все остальное равноценно, то мы имеем меньшие потери обученного личного состава.

И чую, не убедил… Да они там в ставке и генштабе не военные, а бухгалтера. Ей-богу! Для них солдаты всего лишь цифра в дебите с кредитом. Зла не хватает. И понять их можно, воспитаны так, а вот простить…

— В чем вы как конструктор видите преимущества вашей машинки перед трофейным образцом? Ну, кроме габаритов, конечно. — Ого… целый генерал-лейтенант удостоил меня вопросом.

— В том, что мой пулемет имеет в три раза меньше деталей.

— И что это нам дает? — не понял он.

— Грубо… в три раза меньше занятых рабочих и станков. Меньшую материалоемкость. Соответственно — я опять же грубо округляю — позволяет сделать три пулемета вместо одного. За то же время.

Вундервафля островного короля больше всего мне напомнила первые пулеметы Хайрема Максима на своем орудийном лафете. Правда, большим пуленепробиваемым щитом этот лафет они обустроить озаботились. Кожух водяного радиатора латунный, гладкий и блескучий. Лента холщовая, проклепанная латунными полосками. Затвор бронзовый. Автоматика с «максимкой» похожа — отдача короткого хода ствола. Но вес… больше полутонны. И это еще без зарядного ящика. У нас с Гочем пушка пехотная легче получилась.