Дмитрий Старицкий – Две свадьбы и одни похороны (страница 27)
— Жора, тогда скажи на милость, зачем я эту винтовку с собой таскаю, если я за пулемет отвечаю? — истошно вопила Антоненкова, когда ее носом в пустые магазины тыкали, как котенка в нечаянную лужу.
Пришлось отнять у нее американский автомат, засунуть в сумку и настоять на проверке РПК. Заодно заставил ее, в качестве наказания, набивать обе советские банки,[105] — там пружина тугая. И с каждым вставленным патроном становится все туже. Остальные магазины раздал по девчатам. Работайте. А то, смотрю, тут всем служба медом кажется.
— Нехрен было со сторонними мужиками заигрывать, вместо того чтобы магазины набивать, — рычу, аки лев в пустыне. — Десять минут на все про все, иначе ужинать будете в Макдоналдсе.
О! Зашевелились девки. Никого бигмачная не устраивает.
А Арам хохочет взахлеб.
— Цирк тебе тут, что ли? — обиженно обернулся к нему.
— Жора, давай я за руль сяду, — спокойно сказал ресторатор, отсмеявшись. — Давно я такой аппарат не водил. А ты пока отдохнешь, успокоишься, да?
— Я не против, — ответил, протягивая ему ключи.
А сам плюхнулся рядом с Розой.
— Что у нас в эфире?
— Много всего, но все не по делу. Про нас конкретно — пока никто ничего, если ты про это интересуешься? — отчиталась она, оттопырив наушники.
— Хорошая новость, — выдохнул я. — Молодец.
И в качестве поощрения погладил ее по коленке. И повыше немного.
Роза скосила глаза на мою руку и фыркнула:
— Все равно прямо сейчас не дам. Не подлизывайся.
— Вот так всегда, — сказал я «грустно». — Баб полно, а как дать, так сразу нет никого.
И постучал Арама по плечу:
— Шеф, трогай.
— Шеф потрогал и охренел, — ответил Арам словами из анекдота про штандартенфюрера Штирлица. Но мотор завел. — Его сколько греть надо? — Арам повернулся ко мне с вопросом про мотор.
— Да он, пока мы с антенной трахались, остыть еще не успел, — заверил его. — Двигай сразу, а то до темноты не успеем.
Настроение эта антенна всем испортила капитально. Даже стебаться по этому поводу никому не хотелось. Так и катили до русской Базы практически в молчании, отвлекаясь только на встречные колонны переселенцев. А их было на удивление много. Не так, как в тот день, когда мы тут появились. И все это напоминало мне колонны беженцев в горячих точках Старого Мира. По телевизору они примерно так и выглядят.
Большинство встречного трафика двигалось на обвязанных узлами легковушках — как внедорожниках, так и пузотерках. Реже кто был на грузовиках. Это, наверное, самые умные переселенцы были, судя по тому, что в кузовах на кучах вещей сидели суровые перцы с пулеметами, обмотавшись лентами поверх маек не хуже революционных матросов. Из-под широких полей шляп они провожали наш автобус подозрительными взглядами. Рэмбы, однако.
На крыше одного «унимога» вообще был закреплен на кустарном станке древний Максим MG-08[106] черного цвета. Всем экзотикам экзотик, даже краска местами облуплена. Музей они ограбили или еще что, но водяное охлаждение ствола дает им хорошую возможность на местных просторах поливать противника очень длинными очередями. Хоть на всю ленту.
Парни около этого раритета, несмотря на жару, надели черные же немецкие рогатые каски времен Первой мировой, хотя в остальной одежде были вполне пляжно цивильны, разве что излишне разукрашены нацистской символикой.
Из экзотики попался навстречу еще небольшой ярко-желтый самолет без крыльев (типа Як-18,[107] но не он), который везли на своих колесах прицепом, зацепив хвостом за крюк целого телескопического автокрана Manitex.[108] Которого, в свою очередь, на седельной сцепке тащил, попукивая солярным выхлопом из высокой трубы, огромный носатый трак дальнобойщика. С агромадным жилым купе за кабиной: аж с двумя окнами в ряд!
Крылья самолета торчали в следующем длинном грузовике из кучи баулов, нависая над дорогой. Над крыльями развевался флаг Техаса — штата одинокой звезды. А из окон огромного грузовика разносило по окрестностям нехилым сабвуфером старенькое кантри с преобладанием банджо. Сразу видно, что эти-то ребята готовились к переселению вдумчиво и не торопясь. С прицелом на будущий бизнес.
Интересно люди живут!
Теперь понятно, откуда в некоторых странах Старой Земли в конце XX века обнаружились демографические провалы. Разве что в США иммиграция перекрывает отток людей на Новую Землю. Но это для США иллюзия благополучия. Уезжают оттуда нормальные потомки тех трудоголиков, которые сотворили из дикого континента современную Америку, а вот рвутся нынче туда со всего мира в основном любители социальной халявы.
С Арамом простились у ворот русской Базы, задержавшись на ставший уже традиционным в нашем кругу поцелуйный обряд, который девчата нарочно провели с ресторатором на улице, вызвав активный интерес и завистливое улюлюканье «подосиновиков» на КПП.
Заодно и ноги размяли.
Дальше до базы «Западная Европа» вел автобус уже сам. Но приключений никаких не было, колонны переселенцев стали попадаться навстречу немного реже. Даже зверья, обычно кишащего тут стадами, в этот раз вообще не видели. Усиленный трафик переселенцев сегодня всех распугал от дороги. Только птицы и бабочки, которых в Порто-Франко почему-то намного меньше, чем здесь, носились над дорогой в том же количестве, что и раньше.
Эфир был довольно разнообразен, в основном перекрикивались орденские патрульные между собой. Нас же никто не искал на предмет похитить. Что напрягало даже больше того, как если бы про нас кто-то переговаривался. Моя паранойя цвела и пахла несмотря на то, что чуйка молчала. Мля, я же так тут с ума сойду раньше, чем до Одессы доеду.
Наконец, с матерками сняв и привязав антенну на соответствующие крепления, въехали на Базу «Западная Европа».
Как же хочется жрать!
Ближе к ночи всех, кроме Сажи — была ее очередь по гарему меня обслуживать, — отпустил на танцы в местный бар: пусть оттянутся напоследок. Нельзя постоянно держать личный состав в напряжении. Тем более — бабский. Но не удержался и еще раз вдолбил им в головы, что завтра, с самого утра, с первым лучом солнца, отбываем в Порто-Франко, где нас ждет московский конвой в Одессу.
И напоследок, вынув из кармана свернутую ленту презервативов, стал отрывать по одному и раздавать девчатам, вызвав недоуменный ажиотаж в массах.
— Не то, что вы подумали, — пояснил я, когда оделил каждую, — этим завтра замотать ствол вашего оружия, чтобы внутрь не попала пыль, которая тут обильна, как видите. А в ваше добропорядочное поведение я и так верю.
Сам же схватил под мышку Сажи и, не обращая внимания на ее робкие писки о том, что ей тоже хочется танцевать, поволок к себе в номер.
Заселились мы в гостиницу «Тихая лагуна» на первой линии пляжа, где брали номера у старой карги Розмари из расчета: один с двойной «королевской» кроватью, остальные девять — одноместные пеналы, в которые только узкая монашеская койка втиснулась, плоский шкаф и душевая кабинка. Но нам тут не жить, а только переночевать. Да и привыкать пора уже к походным неудобствам.
Самый лучший номер (который достался нам с Сажи) тоже был размером чуть больше платяного шкафа, но при этом общеевропейцы умудрились вместить в него полуторную кровать (которая только по недоразумению называлась «королевской», не видели они «королевских» кроватей у Саркиса), малюсенький письменный стол с лампой, стул и полку для чемоданов. За узкой сдвижной дверкой ютилась кабинка санузла, где душ в лучших европейских традициях размещался прямо над унитазом, возле которого нашлось в уголке только место для крохотной раковины, больше похожей на писсуар. И узкое зеркало на стене. Шкафа в номере не было — зато на двери висел в целлофане белый махровый халат с вышитой золотом на груди эмблемой отеля.
Один.
Понты, мля, корявые.
Зато стоило все это безобразие целый тридцатник за ночь.
В номере сразу обломал Сажи, прекратив исполнение ею военно-полового стриптиза, и для скорости раздел ее сам. Быстро и грубо. Что там раздевать, в полевой униформе? Главное — из ботинок вытряхнуть. Остальное все — на «липах» и пластмассовых защелках.
Вытряхнул и поставил ее голенькой на унитаз под душ.
Да, совсем забыл, в «Робинзон и Кук» — нашу главную цель мы все же попали, отловив владельца в последний момент — он уже закрывал двери магазина. Но у того на упущенную прибыль жаба подписи не дала, и он снова открылся. Персонально для нас.
Но то ли настроение у меня было плохое, то ли действительно особенно брать тут было нечего. Полевая форма британской армии в ассортименте Второй мировой войны в основном. Много. Немного британских трофеев от корпуса Роммеля[109] и Кригсмарине.
Фляги, котелки, малые пехотные лопатки, ручные походные кофемолки, подсумки, ремни, кобуры, компасы, бинокли, штыки с ножнами от самых разнообразных винтовок — хоть коллекцию собирай, мачете и пробковые шлемы. Последние были и немецкие, и французские, и британские. Обуви было много, но вся она с очень длительного хранения, а в наше время давно делают для полевых выходов обувку лучше и удобней. Если брать от правильного производителя.
Правда, девчата нашли для себя высокие брезентовые сапоги на шнуровке, где союзка, задник и полосы для шнуровки сделаны из рыжей кожи, и были им очень рады. Стильная обувка, и не жарко в ней. Я для себя ограничился защитного цвета брезентовыми гамашами на зацепах с резинками. От щиколотки до колена. И дышат, и от змей спасают, и снять легко.