Дмитрий Спицын – Функциональные аспекты постковидного синдрома. Как снять 50% симптоматики за время чтения этой книги (страница 2)

Светлана перенесла тяжёлую ковидную пневмонию – 80% поражения лёгких, была на кислородной поддержке в больнице 21 день. По приезду домой не могла подниматься на второй этаж к спальне и спала на диване в гостиной на первом этаже. Одышка ухудшалась при малейшей нагрузке – поход в туалет за 6 метров от дивана требовал остановиться и отдохнуть. Готовка еды и поддержание порядка в доме повисли на муже, хотя раньше Светлана с этим справлялась сама.

При осмотре выявилось, что грудная клетка практически не участвует в дыхании – раздутая, как бочка и жёсткая, как кираса. Голова не поворачивалась на шее, Светлане приходилось поворачиваться всем телом, чтобы посмотреть в сторону. Мышцы поясницы были зажаты так, что на ощупь напоминали камень, только живот слегка двигался в процессе частого поверхностного дыхания.

Также были явные проявления энцефалопатии – сложность с памятью на ближайшие события, снижение критики, неспособность чётко сформулировать жалобы, шаткость при вертикализации, неуверенность в выполнении координаторных проб, наличие патологических рефлексов.

Соматика хорошо помогает людям, которые имеют сохранный интеллект и сами стремятся к изменениям. Здесь же вероятность помочь обучением была низкая, но я взялся попробовать, поскольку при таком шаблоне дыхания никакие медикаменты не дали бы эффекта.

Когда Светлана улеглась на кушетку – я положил руки на подреберье и занялся замещением усилия в главной дыхательной мышце – диафрагме. Через пару минут Светлана внезапно сделала свой первый глубокий вдох и задышала реже.

Со второй стороны эффект произошёл быстрее. Одышка в покое перестала беспокоить. Померил сатурацию – 98%. Муж засиял, когда увидел результат.

Дальше пошла работа с рёбрами. По одному ребру получилось напомнить нервной системе, что грудной клеткой также можно пользоваться при дыхании. К тому времени, когда я подошёл к верхним рёбрам, Светлана порозовела и заснула на кушетке.

Важно дать этот момент дрёмы человеку, чтобы полученный результат сохранился в долговременную память. Я оставил Светлану дремать, пока мы с мужем обсуждали как дальше организовать лечебный процесс.

В какой-то момент муж спросил – «а сколько она ещё будет спать». Светлана встрепенулась, сонно сказала «я не сплю, не сплю…», с трудом открыла глаза, и я завершил сессию работой с верхними рёбрами.

Уходила Светлана сама, без опоры на мужа, одышка ушла, голова стала поворачиваться на шее.

Через неделю муж приехал без неё. Благодарил за то, что жена смогла спокойно спать, смогла подниматься по лестнице в спальню, снова занялась готовкой и уборкой. Беспокоила одна проблема – память на ближайшие события и критика оставались слабыми.

Это не создавало проблем, пока жена была малоподвижной. Теперь же она забывала, что час назад приготовила поесть и снова готовила, потом ссорилась с мужем, почему он не ест. Муж пробовал привезти её ко мне на приём, но она наотрез отказывалась – «я уже здорова и в своём уме».

Пришлось скорректировать медикаментозное лечение, добавить курс нейропротекторов и ноотропов, дать антипсихотические препараты. За 2 месяца получилось стабилизировать состояние и сделать поведение более адекватным, но до прежней нормы состояние так и не вернулось.

Сталкиваясь с органическим поражением, эффект от лечения и обучения не всегда оказывается удовлетворительным, каждое маленькое улучшение требует больших усилий. В то же время функциональные нарушения возможно скорректировать быстро, получить эффект уже на первом занятии и за несколько занятий добиться стабильного результата.

Во время чтения этой книги, помните об этом – функциональная часть нарушений постковидного синдрома начнёт уходить уже в процессе делания тестовых заданий. Органическое поражение мозга или лёгких восстанавливается далеко не так быстро.

Евгений и его панические атаки

Евгений обратился ко мне по рекомендации психотерапевта. Через месяц после перенесенной ковидной пневмонии, у него начались приступы тревоги, одышки, страха смерти, сердцебиения, озноба, холодного пота, повышения артериального давления до трёх раз в сутки.

К моменту обращения он уже принимал четыре препарата – два от повышения артериального давления, антидепрессант и транквилизатор. Результат был посредственным – уменьшилась частота и сила приступов, но всё равно осталось один-два слабых приступа в сутки.

При осмотре бросалось во внимание, как дышит Евгений. Частое и поверхностное дыхание без использования живота – типичный шаблон дыхания, провоцирующий панические атаки. Такое приспособление при ковидных пневмониях не редкость – повреждение лёгких требует в качестве компенсации учащения дыхания и включения вспомогательной мускулатуры. Длительный период такой компенсации меняет шаблон дыхания на неэффективный.

Я рассказал о связи частого дыхания с запуском механизмов панической атаки, предупредил о том, что как только восстановится глубокое дыхание, дышать нужно будет реже.

Евгений лёг на стол, и я начал с исследования работы диафрагмы. Сначала с одной, потом, с другой стороны, получилось восстановить полноценное диафрагмальное дыхание. Евгений с радостью стал пользоваться возможностью глубоко и свободно дышать, что спровоцировало начало панической атаки.

Словесная команда дышать реже, короткий вдох и длительный выдох, не дала результата, тревожность не позволила уредить дыхание. На этот случай у меня есть одноразовый дыхательный тренажёр – отрезок толстой трубочки для питья 8 сантиметров длиной.

Я выдал Евгению трубочку и попросил вдыхать как обычно, а выдыхать весь воздух через трубочку. За 5 минут такого дыхания приступ паники ушёл. С дыханием через трубочку мы провели остаток занятия. За это время я показал, как пользоваться рёбрами, научил дышать в поясницу.

Через неделю мы встретились снова. Дыхание через трубочку дало свой эффект – Евгений самостоятельно научился удлинять выдох при первых предвестниках приступа и отменил один из гипотензивных препаратов, так как давление стало низким. Ни одного развёрнутого приступа панической атаки за неделю не было.

На этот раз мы поработали с шаблоном напряжений в теле, возникающих в состоянии тревоги, я выслал аудиоуроки для самостоятельной работы и назначил следующее занятие через 2 недели.

Через две недели Евгений пришёл довольным, принёс подарок – ручку Паркер. За это время трубочкой он воспользовался только один раз и перестал принимать таблетки, кроме антидепрессантов.

Ещё три месяца раз в две недели он приходил ко мне за уроками для качества движения, дисциплинированно раз в день делал домашние уроки. Занятия завершились из-за отъезда Евгения за границу, у него там всё хорошо, периодически он отписывается, просит подобрать партию новых уроков для самостоятельной работы.

Алексей и его боли в грудной клетке

Алексей – массажист, перенёс коронавирусную инфекцию в лёгкой форме, но затяжной сухой кашель во время болезни привёл к болям в грудной клетке. В покое эти боли мало себя проявляли, но во время работы, под нагрузкой, боль заставляла принимать анальгетики и мазать кожу спортивными мазями.

Три недели боли были умеренными, после неловкого движения усилились и стали препятствовать работе.

При осмотре оказалось, что 4-5-6 рёбра при дыхании практически не двигаются и выступают над остальной грудной клеткой. Пять минут работы над подвижностью этих рёбер – и две трети боли прошло. Остаток болезненности локализовался в месте крепления малой грудной мышцы. Ещё три минуты – и расслабление этой мышцы привело к исчезновению болей.

Благодарная работа – за 10 минут от диагностики к избавлению от боли. Функциональные проблемы часто решаются быстро. Когда человек имеет хороший контакт со своим телом – достаточно намёка на правильный шаблон движения, чтобы проблема разрешилась.

Анна и её нарушение обоняния

Анна – врач-терапевт, часто берёт дежурства в нашей больнице. Однажды она пропала из поля зрения на два месяца – перенесла ковидную пневмонию средней тяжести.

В очередное дежурство я заметил, как она зашла в приёмный покой с хорошей одышкой. Анна отказалась от предложенной мной помощи. Такое часто бывает с врачами – мы с настороженностью относимся к методикам, не применяемым в практике медучреждений.

Она немного подумала и предъявила другой запрос – после коронавирусной инфекции всё ещё не восстановилось обоняние. Она могла чувствовать только сильные запахи, любимый кофе уже два месяца не приносил удовлетворения. Вот если бы у меня была волшебная методика восстановления обоняния…

Ещё семь лет назад для курса «Косметическая соматика, как получить эффект ботокса без ботокса» я создал методику тренировки вкусовых рецепторов, в которой важное значение давалось дифференцировке запахов. Ссылку на записи этого урока я и скинул Анне.

Дежурство выдалось отличным – до утра меня не вызывали, с Анной мы пересеклись на следующем дежурстве через неделю. Она зашла ко мне в ординаторскую с коробкой конфет и бутылкой коньяку – запах кофе снова стал её радовать по утрам.

Даже если у вас нет нарушений обоняния после ковидной инфекции, рекомендую вам сделать этот урок из книги – благодаря тренировке вкусовых рецепторов вы сможете самостоятельно подбирать именно те продукты, которые максимально закрывают текущие потребности вашего тела.