Дмитрий Соловей – Живи и ошибайся 3 (страница 10)

В этот день ни о причине прибытия, ни о самих гостях толком узнать не получилось. Господа отдыхали от долгого путешествия, мылись и кушали в своих комнатах. Только на следующий день к обеду вышли, так сказать, в люди.

Разношерстная публика, присутствующая за столом, новых гостей удивила. Видимо, они предполагали, что встретит их помещик с семейством. А тут нате вам — графиня Новосильцева (одна из богатейших женщин в России), профессор Иноземцев, к нему в комплект семейство немцев и неугомонный Куроедов, сразу переключивший на себя всё внимание.

Именно Куроедову удалось получить больше всего сведений от гостей. Он так искренне восхищался самому факту их прибытия, что это подкупило в первую очередь Огарёва. Обед был завершён, но мы все неспешно продолжали попивать различные напитки, не торопясь покидать столовую. Секретарь англичанина тихо переводил общую беседу.

— А вы как раз тот автор, который про меня таким сочинительством занимался? — огорошил Огарёв Куроедова.

Сосед и сам был в курсе, что совершенно случайно герой первых трёх детективов имел эту примечательную фамилию. Лёшка выбрал её явно по ассоциации с будущим, когда на улице Огарёва д.6 располагались вначале НКВД, а позже МВД СССР. Сработали какие-то стереотипы и главный герой книг получил эту фамилию.

Куроедов с радостью подтвердил этот факт, попутно заверяя, что это всего лишь совпадение, да и имя другое. Но не по этому же поводу прибыл поручик?

Внятно цель своего визита Огарёв не огласил. Упомянул, что имеет пакет, который передаст лично в руки старцу Самарскому. Я пообещал устроить эту встречу на следующий день. Правда, у нас там ожидается демонстрация техники и прочие увеселения.

Упоминание локомобилей заинтересовало англичанина. Через своего переводчика он уточнил нюансы и высказал горячее желание посмотреть технику. Себя этот сэр представил как изобретателя и предпринимателя.

— Какие имеете изобретения? — ничуть не смущаясь, уточнил Куроедов.

А что? Может себе позволить подобные вопросы. Если быть объективным, то за соседом их числится уже немало. Секретарь-переводчик начал вещать, перечисляя достижения сэра. То, что Коул был ассистентом некого Роуленда Хилла, к достоинствам я бы не отнёс. Дальше вообще пошло упоминание чего-то странного. Ну напечатал он к Рождеству картинки, ну продал. И что в этом такого?

Повезло, что дед первым сообразил, в чём вообще фишка.

— Так вы изобретатель первой в мире почтовой марки и открыток? — уточнил он.

— Yes, yes, — покивал головой англичанин.

— Почтовая марка? — удивлённо переспросил Лёшка. — Её что, тоже изобретали?

— Алексей, глупый вопрос, — одёрнул я друга. — Конечно же, это мировое достижение.

Лиза попросила пояснить, поскольку не поняла ничего из сказанного, хотя переводчик доносил смысл речи Коула вполне внятно. Англичанин немного уточнил по поводу открыток. Пока это неполноценный коммерческий проект. Идея с почтовыми марками почти сразу вышла на государственный уровень, а вот открытки ещё предстоит вводить в обиход.

Не то чтобы раньше нигде не пытались ввести стандартизацию за оплату почтовых услуг, просто Роуленду Хиллу первому повезло ввести в употребление «Чёрный пенни». Каким образом Генри Коул примазался к этому изобретению, осталось за кадром. Но и истинную цель его визита ещё предстояло узнать.

За обедом англичанин много и обильно кушал, нахваливая нашего повара и русские традиции подачи еды. Сам мужчина был не слишком высокого роста и склонный к полноте. Предположу, что с такими аппетитами ему скоро придётся менять гардероб.

Наше домашнее общество восприняло Коула с большим интересом. Огарёв на его фоне совершенно потерялся, поскольку, кроме военной тематики, мог поговорить разве что про поэзию. Это сейчас модно.

Сэр Коул вещал о более практических вещах. К примеру, о введении стандартов в проектировании и промышленном производстве бытовых вещей. Графиня Новосильцева слушала его с некой долей скептицизма. Не принято сейчас у дворян заниматься торговлей. Одно дело справочник медицинский написать или организовать сбор лекарственных трав, и совсем другое — рассуждать о штамповке чайников в промышленном объёме.

Предположу, что на данный момент ни в одной стране мира невозможно то, что пытается внедрить Великобритания. Российская знать холит свои предрассудки и двигаться в сторону прогресса не собирается.

В очередной раз я подивился тому, насколько эти «акулы капитализма» хваткие. Ведь приехал же к нам этот сэр, преодолев немалые чиновнические трудности и сложные российские дороги. Что именно привлекло англичанина, я до сих не понял, но это не меняло самой сути его визита.

Обсудили мы с господами и время демонстрации чудо-машины нашего производства. Тянуть не стали, договорившись устроить просмотр уже на следующий день, пока хорошая и солнечная погода.

Кого-то ещё специально приглашать смысла не было. У нас и без ближайших соседей не протолкнуться, и в гостиницах свободных мест нет. Дополнительно у крестьян в домах проживают паломники. Летом их прибывает значительно больше. И это не считая идущих пешком прямо через поля и леса. Многих заворачивают на границе моих земель, но это половина от общего числа желающих посетить пророка.

К тому же я точно знал, что все соседи увидят локомобиль, и не один раз. Куроедов так точно застолбил поездку в своё имение. Отрабатывать навыки и выискивать проблемные места техники будем всё лето. В любом случае пароход в этом году не отстроим. Был бы у нас изначально готовый завод с толпой рабочих, проблем не возникло бый. В нашем же случае приходилось начинать всё с нуля и тестировать все этапы.

Отец Нестор по поводу локомобиля долго у меня уточнял. Я рассказывал ему перспективы, пояснял, что это не панацея, а неплохое подспорье. Но проповедь и освящение этой техники планировали устроить по полной программе.

Лиза с помощниками заготовила разноцветные ленточки и букеты цветов. С подачи деда российский флаг привязали к локомобилю, простыми разноцветными флажками украсили возведённую временную трибуну с подиумом, где поставили кресла для уважаемых господ.

Мероприятие решили устроить с размахом. Зрителей и собирать не пришлось. Сами набежали послушать старца. Обычно в церкви больше ста человек не помещалось. Здесь же на площадке собралось как бы не под тысячу.

Несмотря на то что мы специально никого не звали, приехали и Гундоровы, и кто-то ещё не из самых близких соседей. Кто верхом, кто на колясках. Своего управляющего я послал к тем господам предупредить, что на постой никого не приму. Пусть уверяет в отсутствии свободных мест и невозможности остаться на ночь.

На самом деле места бы в усадьбе хватило. Только я уже опытный в этом деле. Хорошо знаю, чем подобные визиты заканчиваются. Вытурить обратно гостей из числа соседей ох как непросто! Они могут по месяцу тусоваться в доме на всём готовом, и по местным правилам приличий я не могу пинком под зад разогнать халявщиков.

Если быть объективным, то приезжают это господа вовсе не за тем, чтобы бесплатно питаться. Благодаря моим стараниям у всех соседей дела идут неплохо. Многочисленные паломники проходят по их землям, скупают продукты и фураж по завышенным ценам. Причём покупают буквально всё.

Однако от скуки соседей это не спасает. Развлечений у господ не так много. Раньше Куроедов всех веселил, устраивая периодически то охоту, то балы. За последние несколько лет произошло много изменений. Ксенофонт Данилович реально не успевал развлекать соседей. На нём не только производство красительных пигментов, но много чего другого завязано.

Про нас с Лёшкой и говорить нечего. Тут только успевай крутиться и не разорваться от всех проектов. Куда там скучать!

В общем тех, кто приехал на демонстрацию локомобиля, я в любом случае домой не приглашал. Даже Лёшкину супругу Софию в имение Похвистневых сошлём. И резон найдём достойный. Прежде всего локомобиль скоро уедет в Александровку. Желающие могут последовать за ним. А на обратном пути, если ничего не случится с техникой, паровик проедет по границе моих и дедовых владений. Оттуда до усадьбы Похвистневых на коляске не более получаса пути. Вот и отправим Софию в то имение.

— Речь толкать будешь? — прервал мои размышления Лёшка.

— Да, нужно что-то сказать, — поморщился я. — Формально-то локомобиль на моём заводе произведён.

— Про мудрое правительство не забудь упомянуть, — хмыкнул друг и удалился в сторону каретной.

Локомобиль уже должны были раскочегарить и вскоре перегнать на площадь перед трибуной. Ориентировочно через час будем демонстрировать его публике. Наша охрана и отряд Огарёва уже заняли свои места по периметру. Я выступил перед людьми, кратко поведав суть мероприятия. Дальше все ждали батюшку и его сопровождение.

Вышел на старец из церкви так, словно собрался крестный ход устраивать. Помощники не отставали и несли какие-то вымпелы и прочие церковные регалии. Следом двигался хор, распевая нечто религиозное. Отец Нестор был в привычной серой дерюжке. Ни парчой, ни золотом он себя не украшал, а голову прикрыл шапчонкой. На мой взгляд, он предварительно потоптался по ней, а после водрузил на голову. В целом благообразный облик соблюдал.

От своего окружения батюшка не требовал подобного минимализма в одежде. Федор красовался в ярко-красной косоворотке. Тыранов, который у нас отвечал за диагностику, имел приличный костюм и белоснежную рубашку с галстуком.