Дмитрий Соловей – С чем вы смешиваете свои краски? 3 (страница 3)
Вообще-то тёща сама заинтересовалась такими странностями: отчего отменили концерт, что за ерунда показывается по телевидению, но ответов она не получила.
— Завтра в десять утра узнаете, — повторил я. — А пока смотрите фильм «Депутат Балтики».
— Шурка, а сведения точные? — недоумевал отец. — Седьмого ноября Брежнев всех приветствовал.
Я демонстративно закатил глаза, отвечая таким образом на все вопросы сразу и выражая мнение о той речи, где «сосиски сраные»*** чередовались с не менее изысканными перлами «дорогого Леонида Ильича».
Примерно как в том анекдоте: «Правда ли, что Брежневу собираются присвоить звание генералиссимуса?»
«Правда. И если он это слово сумеет ещё выговорить, ему также дадут народного артиста».
— А кого выберут вместо Брежнева? — не отставала Сашка с расспросами.
— Андропова.
Так-то его ещё только двенадцатого ноября изберут генеральным секретарём, но я выложил эту информацию.
— И что же будет? — поохала Саша.
«Что будет и как нам дальше жить?» — задавались вопросом многие. Не то чтобы все поголовно любили Брежнева, но он давал людям иллюзию стабильности. К переменам и чему-то активному наш народ пока не привык. Тут ещё всяческая траурная символика на улицах создавала гнетущее впечатление. На зданиях различных организаций, школ, вузов крепили красные флаги с чёрными лентами.
Имеющиеся специальные крепежи для флагов предусматривали немного другое расположение древка. Стоя на светофоре в ожидании зелёного сигнала, я наблюдал, как мужики пытались на фасаде какого-то НИИ закрепить флаг строго горизонтально к поверхности. Получалось у них не очень, но работники старались привязать флаг под нужным углом.
У нас в управлении тоже чёрных ленточек и портретов развесили. Илья как член парткома провёл собрание в коллективе. Формальность полная. Невольно я смотрел на это действо как бы со стороны. Вроде и правильные слова говорят люди, но не верю я в их искренность. С Ильёй-то всё понятно. Он рвётся по служебной и партийной лестнице, пока есть такая возможность. А другие коммунисты произносили речи именно потому, что так положено.
По негласному правилу, действующему в КГБ, весь офицерский состав должен быть партийным. Как будто это влияет на характер или суждения человека! К началу восьмидесятых годов вера в идеалы коммунистического строя сошла на нет. Безусловно, истинные и ярые партийцы переживут девяностые годы. Компартия будет существовать и двадцать первом веке. Другой вопрос, что вступать в коммунистическую партию будут по желанию, а не потому что так надо и в обязательном порядке.
Пока же мы слушали выступление Ильи о «пламенном борце, дорогом и любимом Леониде Ильиче».
* Бугримова являлась первой в СССР женщиной-дрессировщиком. В её группе животных было около 80 львов, восемь лошадей, двенадцать собак.
** Шотландский анекдот про англичан: «Правительство обеспокоено тем, сколько англичан имеют пенис размером меньше среднего, поэтому они просят всех мужчин, у которых имеется эта проблема, вывесить из окон флаг Святого Георгия». (Белый флаг с красным крестом — флаг Англии)
*** Руководство мясокомбината в панике: по слухам, товарищ Брежнев в последнем выступлении подверг резкой критике качество продукции комбината. К счастью, тревога оказалась ложной. Как выяснилось, Леонид Ильич сказал вовсе не «сосиски сраные», а «социалистические страны».
Брежнев читает доклад на съезде партии: — Социалистические государства идут на говно… (задумывается) — На говно… (хмурится) — На говно… (тут ему шепчут: переверните, мол, страницу) — Нога в ногу со временем…
Глава 2
Андропов за преобразования страны взялся сразу и серьёзно. Советский народ сильно удивился, когда генеральный секретарь заявил, что надо укреплять дисциплину, стимулировать хорошую работу рублём и наоборот:
— Плохая работа, бездеятельность, безответственность должны самым непосредственным и неотвратимым образом сказываться и на материальном вознаграждении, и на служебном положении, и на авторитете работников, — заявил новый руководитель страны.
Чем это всё закончится, мы с Ильёй давно обсудили. Больше волновал вопрос, кто встанет «у руля» после смерти Черненко. В прошлой реальности это был Горбачёв. Тогда он имел должность секретаря ЦК КПСС. По логике, кто занимает эту должность сейчас, тот будет следующим претендентом. На самом деле всё гораздо сложнее и запутаннее.
Машеров не погиб два года назад в аварии, и Брежнев его приблизил. Симпатии и антипатии Брежнева к Петру Мироновичу напоминали качели. Леонид Ильич то проявлял лояльность, то, напротив, опасался усиления власти Машерова и отдалял его. К тому же Петра Мироновича не любил Суслов, курирующий идеологию. Но через месяц после смерти Суслова Машеров стал секретарём ЦК КПСС. Считалось, что выдвинул его на эту должность Леонид Ильич. Лично я сильно сомневался в том, что Брежнев в этот период самостоятельно принимал какие-либо решения.
Машеров за годы своей деятельности неплохо поднял народное хозяйство республики. Белоруссия по уровню благосостояния населения стояла на пятом месте среди союзных республик. На первом месте была Эстония, на последнем — Туркмения.
Отношение Андропова к Машерову было ровным. Тот не видел в нём ни конкурента, ни преемника. Сам Юрий Владимирович, судя по первым неделям работы, рассчитывал править страной долго и плодотворно. И конечно же, он собирался прижать и приструнить недругов. Давний конфликт структур КГБ и МВД нашёл своё воплощение в противоборстве руководителей. Позиция Щёлокова конкретно пошатнулась ещё в 1980 году.
Убийство «на Ждановской» всё же случилось. Пусть я и предоставил Владимиру Петровичу данные, но не указал конкретной даты. Написал, что это будет конец декабря. Поскольку это дело никак не было завязано со шпионажем, наше управление не могло выделить людей. Генерал так и не придумал, под каким предлогом задействовать личный состав. Последние две недели перед Новым годом кто-то дежурил, но, судя по результату, без особого рвения.
Последующий сценарий этого дела прошёл всё же по-другому. Комитетские службы мгновенно отреагировали на исчезновение майора КГБ. Из плюсов моего предсказания было то, что не пришлось гадать кто и чего и строить ложные версии. Милиционеров арестовали в тот же день и начали раскручивать дело. Ожидаемо было много препон со стороны руководства МВД и лично Щёлокова. Дальше стали вскрываться такие факты, что никакой авторитет главы МВД не смог их прикрыть. Не помогли и дружеские отношения с Брежневым.
И если этот случай Андропов мог «забыть», то за подготовку собственного ареста мстить собирался серьёзно. С этим несостоявшимся арестом история случилась мутная. Тут как раз стоило задуматься на тему того, кто от лица Брежнева мог отдавать распоряжения. Возможно, сам Брежнев под воздействием тех лекарств, которыми его пичкали, менял свои решения, проводя «игру», перетасовывая людей на руководящих постах, одобряя действия тех или иных лиц, и в частности Щёлокова.
После переселения Андропова на Старую площадь и заступления на новую должность произошли некие события, породившие много разговоров. Якобы Брежнев дал добро на арест, когда ему предоставили некие доказательства того, что к задержанным сотрудникам милиции (по делу на Ждановской) применяются изощрённые пытки.
Допустим, не совсем корректными методами допроса в нашей среде никого не удивить, да и Брежнев прекрасно знал, как работает КГБ. Но в данном случае МВД втиснуло данные о подготовке антиправительственного мятежа. Ошибка Щёлокова состояла в том, что он не учёл очевидного. Несмотря на нового главу КГБ, столичные комитетчики продолжали добросовестно доносить обо всём подозрительном не Федорчуку, а Андропову. В частности, сообщили о том, что коммунальщики обрезали ветки деревьев у дома Андропова на Кутузовском проспекте, создавая идеальные условия снайперам.
Когда десятого сентября к дому Юрия Владимировича выдвинулись три группы милицейского спецназа, их уже ждали. Только одной из групп удалось прорваться к нужному адресу, завязался бой, в ходе которого было убито два милиционера, но дело быстро замяли.
Изначально предложение Андропову от Брежнева перейти на Старую площадь вызвало много вопросов. Никто так и не понял, видит ли Леонид Ильич замену Суслова или ему нужен ещё один секретарь. Среди комитетчиков поползли слухи, что это только предлог, а реально Андропова просто хотят убрать из КГБ.
Владимир Петрович присутствовал на прощальном собрании, где генералы благодарили Андропова за совместную работу. Заместитель Цинёв сказал проникновенные слова о совместных годах, проведённых на Лубянке.
Вот что интересно, были у Андропова два зама: Цвигун и Цинёв. Оба ставленники Брежнева. Доверенные люди, хорошо разбирающиеся в своём деле. Цвигун покончил жизнь самоубийством, а Цинёв якобы тяжело заболел. В результате оставить свой пост кому-то из Москвы у Андропова не получилось, пришлось передавать дела тому, кого прислал Брежнев.
В ответной речи перед комитетскими генералами Юрий Владимирович ни слова не сказал о борьбе со шпионажем, контрразведке и других не менее важных областях деятельности. Основное внимание он уделил диссидентам.