Дмитрий Соловей – На грани искры (страница 19)

Лежащая в нём стеклянная колба, наполненная чем-то серебристым, похожим на ртуть, не оставляла сомнений в причастности тёти к убийству советника Правителя.

— Клади осторожно назад. И поехали уже, — скомандовал я.

— Подожди, записку в привратницкой на всякий случай оставим, — немного притормозил меня друг.

Это он правильно сообразил. Мало ли как дело повернётся. Пусть в школе знают, где мы и почему не пришли на занятия. Мне бы ещё попить где-нибудь. Эту проблему решили просто, остановившись напротив кондитерской. Санни взял целый пакет булочек и кувшин морса. Заплатил не только за напиток, но и за сам кувшин, половину которого я сразу и выдул.

Пару раз по пути к управлению стражников мы умудрились не вписаться в повороты, оцарапав экипаж ещё сильнее. В последний раз чуть было колесо не потеряли, когда лошади особенно сильно дёрнули.

Возница, ехавший навстречу, крикнул нам вслед что-то нелицеприятное. Нам же было без разницы, главное довезти предполагаемых преступников, а их имущество не наша забота.

Колбу с зельем обездвиживания пришлось вынуть из мешка и приготовить для сдачи стражникам. Оставался невыясненным ответ на вопрос: зачем я его вообще с собой носил? Договорились с Санни, что я якобы хотел попробовать, как оно действует на собаках. Рецепт зелья, мол, нашли между страницами книги, купленной недавно в лавке, и решили сварить.

Такой листок с записью действительно имелся. Санни для себя переписал. Причём он указал там не золотые нити, а прожилки листьев ленивца, зарисовав, в какой последовательности их нужно складывать. Мы были готовы показать этот листок любому проверяющему. Главное, чтобы нам вообще поверили и не выгнали взашей.

Санни оказался прав. Стоило сказать, что эти люди могут быть причастны к смерти советника Правителя, как все вокруг активно забегали.

Особый упор я сделал на то, что Санни хоть и племянник этой женщины, но её поступок осуждает и привёз тётку к стражникам. Сам Санни особо отметил, что его родственница маг иллюзий. Когда очнётся, сможет принять вид хоть самого главы стражи, хоть Правителя.

Это тоже учли, пообещав нам, что преступников продержат под таким хорошим зельем оцепенения до самого утра, пока не прибудет команда из столицы. Посыльного с сообщением туда уже отправили. Оставалось лишь ждать.

Наши показания записали, но отпускать нас никто не собирался. Мы так и просидели всю ночь на скамье в стражницкой, доедая булочки и прикидывая варианты развития событий.

Про посещение бабушки Санни лишь немного рассказал, пояснив, что там всё сложно, а в свете новый ситуации и вовсе непонятно.

Глава 11

Сонных и не выспавшихся, нас в сопровождении столичных магов из отряда Правителя провели через портал в столицу. Там сразу разделили, посадив в разные помещения и заставив снова и снова повторять нашу историю.

Собственно, опасаться было нечего — мы ведь рассказали чистую правду, только умолчали, как раздобыли рецепт оцепенения.

По поводу него вопросов почти не возникло. Проверяющих больше интересовало, как мы попали в старый сад. Тут я с Санни заранее договорился: от стены не отходили, по кустам не лазили. Услышали крики мальчишек, предупреждающие об опасности, постояли немного и пошли вдоль стены. Потом в саду появился человек с рыжими волосами, и дальше уже честно рассказывали, как всё было.

Вернули нас в школу спустя сутки, настоятельно порекомендовав никуда не выходить. Смешно, конечно, будто мы до этого часто за пределы школы выбирались.

Люди из отряда Правителя снова заполнили территорию. То ли проверяли наши слова, то ли что-то ещё искали. Но вопросов о нашем с Санни появлении в саду не задавали — за это я больше всего переживал. Ну как начнут пацаны выспрашивать, попробуй потом ото всех отмахнись.

Санни наконец-то смог подробно рассказать, как прошло празднование бабушкиного дня рождения.

— Фрукты засахаренные и орешки сразу на блюдо насыпал. Там ещё леденцы лежали и пастила. Служанка десертный столик накрыла. У нас такой всегда на веранде стоит, когда тётя Бенни с дочками приезжает.

По его словам, сладости попробовали почти все ещё до начала торжественного обеда, кроме самой именинницы. Санни и забыл, что в последние годы бабушкапредпочитает свежие ягоды и фрукты.

Рецепт зелья правды мы выбрали не тот, где человек через пятнадцать минут забывает, что наговорил, а с более слабым и длительным действием, аж целых полсуток.

Всё получилось очень удачно и естественно. Когда гости уселись за стол, родственницы уже были готовы говорить честно и без прикрас. Тут ещё и тема подходящая нашлась.

На торжество к Адре Вега съехались все, кто считался роднёй, в том числе и мама Санни. Дамы выпили немного вина, и кто-то вдруг сделал замечание Резе Вега, что та сына сама не растила, на бабушку все заботы свалила. Мол, могла бы хоть деньгами помогать, а не элитных лошадей скупать.

— Лучше бы я его, как щенка, сразу утопила! — неожиданно выпалила мать Санни, ошарашив всех за столом.

Слово за слово — и вспыхнул небывалый скандал! Многие попросту не смогли промолчать о том, что раньше считали семейными тайнами. Кто попробовал наше зелье, вываливал всё, что накипело. Остальные хоть и удивились, но тоже молчать не стали.

В итоге скандал получился куда лучше, чем сам юбилей. Санни ни разу такого не видел и даже забыл, что вся эта затея задумывалась им ради одного — узнать имя своего отца.

Кстати, мать Санни вскользь упомянула пропавшую сестру. Санни толком не понял, о чём речь, но пересказал мне, как запомнил. Что-то про доверие бабушки, которое «змея Ирфани не оправдала». Насчёт змеи я был полностью согласен — именно таким мне показался взгляд тётки Санни.

— Приостановим пока опыты, — решил друг. — Один раз бабушка поверила в случайность скандала, но если подобное случится снова, точно заподозрит меня. Главное, что ты зелье обездвиживания проверил.

Проверил-то я проверил… И понял, насколько легко в него самому вляпаться.

— Нужно что-то вроде футляра, как у твоей тётки, сделать и в мешке хранить. На самый крайний случай, — предложил я.

— Закажем, когда снова сможемвыходить в город, — согласился Санни.

Несколько дней в школе прошли спокойно, и мы уже поверили, что всё закончилось. А потом снова объявился представитель Правителя и сообщил, что нас вызывают во дворец… для награждения!

Мало того, вид мы должны иметь достойный. Поэтому отправимсяв столицу прямо сейчас, чтобы успеть пошить приличные наряды. О самой церемонии было велено не болтать. Преподавателям сообщили, что нас вызвали по семейным делам Вега, и больше никто знать ничего не должен.

— За чей счёт наряды? — первым делом уточнил я и сразу успокоился, когда услышал, что их пошив оплачивает казна.

Это правильно. Тогда можно с серебряным, а то и золотым шитьём сюртуки заказать!

Увы, ни мои пожелания, ни фантазии Санни никто учитывать не стал. В портновском доме с нас просто сняли мерки и сказали, что через два дня всё будет готово. Без промежуточных примерок и обсуждения фасона.

Впрочем, в столичной моде я совсем не разбирался, а в каком виде полагается являться пред светлые очи Правителя, и вовсе не знал. Так что эти два дня мы с Санни зубрили этикет. Книжку сопровождающий нас мужчина выдал сразу, как поселил в гостинице. Сообщил, что питание в местной ресторации бесплатное и лучше её не покидать.

Мы и не ходили. Тут бы успеть хоть немного выучить, как себя вести и не опозориться.

В назначенный день с утра привезли заказанные наряды и обувь.

Как только я тот «костюм» надел, так сразу загрустил — никто из родни ведь меня в нём не увидит. А зрелище было что надо! Костюм полностью белоснежный, как я и мечтал, с серебряным шитьём и парчовым жилетом. Плотный шёлк костюма не выглядел воздушным, но всё равно господский до невозможности! Даже исподнее белое да шёлковое. Носить такую роскошь повседневно я так и не привык. С трудом сдерживался, чтобы не начать поправлять тонкую ткань на том месте, на котором сижу.

Когда мы с Санни нарядились, то встали перед большим зеркалом и дружно констатировали, что теперь ещё больше напоминаем братьев. Раньше только светлые волосы делали нас похожими, а теперь, когдав одинаковых костюмах, никто и не усомнится в нашем родстве.

— Не… не могла моя мамка в качестве отца купца выбрать, — через какое-то время выдал Санни. — Пусть и похожи, но точно не родня.

Остальным же было глубоко безразлично, являемся мы братьями или нет. Суровым сопровождающим надо было одно — доставить нас во дворец и представить Правителю.

Я волновался так, что думал — в обморок грохнусь. Да ещё Санни по пути вспомнил, что у меня на запястье мешок-невидимка висит. Ну как кто увидит? Я не один такой уникальный, наверняка в столице тоже есть замечающие. И что тогда делать? Снять не проблема, но куда деть? Оставить в экипаже? А вдруг обратно нас в другом повезути мешок вместе со всем добром пропадёт?

Сопровождающие заметили моё шебуршение. Я успел у одного спросить, в эти же двери во дворце мы будем выходить или другим путём пойдём.

Дядька не понял, чего я к нему привязался, но снисходительно ответил, что вход для посетителей и просителей один, а через парадные двери нас в любом случае не поведут.

Ну и отлично! Успел кинуть мешок в уголок, а потом уже шагал по дворцу, немного успокоившийся.