Дмитрий Соловей – Будет вам и белка, будет и сурок (страница 25)

— Да что ты будешь делать! — возмутился Фалулей и замер неподвижной статуей, когда растение выкинуло шипы.

Своё магическое лассо он, конечно, потерял, и жертва нашего нападения получила возможность перемещаться.

— Бей его копьём! — крикнул мне Кир.

Он тоже умел их делать, но медленно. Тем не менее одно он запустил и пробил им плечо врагу. Я тоже кинул копье, потом второе. Мага инерцией отнесло к стене и буквально прибило к ней. Следующее копье стало решающим. Защита, что была у мага, истончилась. Кровь и мозги полетели ошмётками по обоям.

Кир заметно позеленел. Смертей он видел достаточно. Я убивал многих, на ком тренировал ментальную магию, но таких кровавых жертв у нас ещё не было. Неприятное зрелище. Главное, что убили. И снова мы упустили из виду, к кому пришли. Тот букет, что выбросил парализующий шип в Фалулея, валялся на полу. И мы не сразу заметили, что кровавый ручеёк от тела главы рода Харченко продолжает течь по полу. А затем случилось такое, что если бы я не видел столько фильмов ужасов в своём мире, то заверещал бы так же, как это сделал Кирилл.

Нечто несуразное начало подниматься с пола. Из веток сложился каркас. Розовая декоративная ленточка, вплетённая в букет, вдруг увеличилась в размере и, словно бинты мумию, перевила ветки. Монстр рос с невероятной скоростью. Я метнул в него стрелу, затем копье. Мои снаряды прошли насквозь, поскольку это месиво из веток не имело плотного тела.

— Не вздумайте водой, — предупредил Фалулей. Он так и стоял не шевелясь, но, оказалось, мог говорить.

Мы с Кириллом продолжили осыпать чудовище стрелами, постепенно смещаясь к двери. Идей, как ему противостоять, у нас не было. Прости, Фалулей, но придётся тебя оставить.

— Может, запустить огненное?! — запаниковал Кир.

Я только открыл рот, чтобы запретить ему, как парень уже пустил что-то из того, что демонстрировал на экзамене в Центре наследников.

— Идиот! — завопил я.

Тварь увеличилась ещё больше в размере и хлестнула меня ветками словно плетью. Грудь обожгло болью.

Кирилл не иначе как от испуга снова что-то кинул. Если я не напутал, то это плетение, которым он забор на руднике ставил.

Ко всеобщему изумлению (твари в том числе) заклинание сработало. Монстр дёрнулся и выстрелил шипом, но Кир продолжал его сжимать, формируя классическую форму фрагмента забора. Думаю, что ему удалось справиться с монстром. Только мои раны оказались смертельными. Последний шип ударил в горло. И поскольку моё тело основное, то следом за собой я утянул на новое перерождение и компаньонов.

Глава 12

«Полезно сходили, — радовался Фалулей. — Язычников плохо берет обычная магия, но из плетения форм они не могут выбраться».

«На магах мы ещё не пробовали, — возразил я. — Там был монстр».

«В любом случае перспективное решение. Малыш молодец, ещё бы не визжал и был бы настоящим воином».

«Предполагаю, он пробовал свалить монстра ультразвуком», — подначил и я Кирилла.

«А можно навесить на себя такую сетку, подойдёт она вместо защиты? — не повёлся Кир на наши подколки.

«Будем пробовать», — согласился я с новой идеей.

«Вначале раскачиваем силу тел наследников. Убийственные эксперименты — в конце цикла», — напомнил Фалулей.

Привычно в комнату зашла ключница. Я также привычно рыкнул на неё. А чего она каждый раз без стука заходит? Далее в сопровождении доктора и управляющего поехал в поместье. Обычная рутина. Я уже сбился со счёта, сколько раз выслушивал приказы Василисы. Раз десять точно. Печалил тот факт, что если я не менял что-то в самом начале, то все эти «куклы» ни на слово не отходили от прописанного Вселенной (или кем там ещё?) сценария.

Снова слушал о тех «няшках», что мне перепали от мачехи, и вдруг Кирилл зашипел. Не сразу я понял, чем он недоволен. Я помню этот чахлый букет на столе, но никогда не задумывался о его предназначении, решив, что это бабская прихоть, и больше не задавался этим вопросом. На Кирилла же сильное впечатление произвёл тот монстр из икебаны. Да и венок мы не забыли. Тут начнёшь неадекватно реагировать на любой горшок с цветами.

«Букет слишком засохший, не выглядит живым», — уверял Кирилл.

«Лучше перебдеть, чем недобдеть, — согласился я, тем более мы предполагаем, что Курьян Матвеевич, семейный юрист, как-то связан с язычниками.

И он, и мачеха — маги, ментальному воздействию не поддаются. Придётся устроить слежку. С этим я сам разберусь, без компаньонов. Им нужно силу раскачивать, чтобы нормально использовать левитацию и телепортироваться.

Как только я разобрался с текучкой (со слугами в доме на руднике и кристаллами, положив в банк на сто тысяч), отправился привычным маршрутом к особняку Высоцких. Первым делом отвод глаз, затем левитация, чтобы преодолеть окружающую владения стену. Дальше телепортация под окно спальни наследника. Снова левитация, и так далее. Фалулей меня хвалил, заверяя, что я этим комплексом владею всё лучше и лучше. А разделять сознание научился не хуже опытного мага из другого мира.

Оставив компаньонов, я вернулся в поместье Анохиных. Давно собирался проследить за ближниками, да все отвлекался на другие дела. Через неделю я заскучал. Курьян Матвеевич вёл себя образцово-показательно. Ездил на завод, оформлял документы с поставщиками, проверял управляющего заводом, выполнял незначительные поручения мачехи.

Изредка я переключался на казначея. Тот меня тоже ничем не порадовал. В смысле противозаконных действий за ним не было замечено. Если он и воровал, то немного. Я не стал оказывать на мужчину глобальное ментальное воздействие. Чуть-чуть надавил на зону, способствующую желанию говорить правду. Казначей как раз отчитывался Василисе. И снова «пустышка». От Кирилла не ждали каких-то доходов, всё внимание было сосредоточено на консервном заводе. Управляющий заводом жаловался на старое оборудование. Казначей заверял, что свободных денежных средств у них не имеется. Как закончится контракт с охраной, так сразу перебросит деньги.

— В нашем поместье других язычников, кроме тех, что знаем, не обнаружено, — доложил я Кириллу и Фалулею при встрече.

Те, в свою очередь, жаловались на скуку. Кирилла ещё донимал бывший владелец тела. Они то и дело затевали споры на тему родовитости. Я рекомендовал Кириллу больше читать и изучать обстановку у Высоцких. Но к середине июня оба моих компаньона взвыли и попросились на рудник. Мне не жалко, только к ним же толпа телохранителей прилагается.

— Ты бегай по своим делам, а мы здесь сами управимся, — заверил Фалулей. — Ничто так не раскачивает силы, как наша любимая стена из отработанной руды.

Тела наследников уже получили как минимум пятнадцатый уровень сил. Этого было недостаточно для наших планов. Зато в Центре парни точно произведут фурор, когда артефакт зафиксирует предельную силу для местных магов.

Слежку я продолжил. Теперь объектом пристального внимания стал Мартын Игнатьевич. Наблюдать за управляющим оказалось непросто. Точнее, толку от той слежки в поместье не было. Он занимался обычными делами и почти каждый вечер ездил к Харченко. Туда мне вход закрыт: Фалулей рекомендовал в одиночку к язычникам не соваться. Василиса же была не в курсе того, как проводит вечера один из ближников. Ей без разницы, типа должна быть у мужчины пусть даже такой непрезентабельной внешности личная жизнь.

Еле дождались начала экзаменов. Компаньоны с обретением статуса наследников получали немного больше свободы. Фалулей рычал, что его уже задолбала опека родни. Бывший хозяин имел репутацию разгульного парня, а отдувается за это маг. Отмечать получение звания наследников никто из друзей не собирался. Родня немного удивилась, но настаивать не стала. Для обоих родов оказался сюрпризом высокий уровень магии у наследников. Теперь на занятия рядом с рудником родичи смотрели более благосклонно. Пусть раньше выбранные кандидаты считались не особо подходящими, зато теперь все, кто был не согласен, заткнулись.

На самом деле у Высоцких и Бобровских не имелось особого выбора, кого назначить наследником. У Любомира две старшие сестры. Обе замужем. Высоцкие имели парней, подходящих по возрасту, но это были дети братьев главы рода. Он, конечно же, предпочёл выдвинуть своего сына. Высшие баллы на экзаменах и предельный уровень сил наследника успокоили главу Высоцких. Он даже предложил мне оплатить меблировку дома, поскольку телохранители доложили ему, как я скромно живу.

На самом деле мне было лень в это вникать. Да и к чему, если в новом цикле всё повторится? У нас другие цели и задачи. Кирилл в очередной раз удивил своей фантазией. Он давно хотел попробовать любимое плетение на стене Харченко. Задевать самого хозяина опасно. Так можно и умереть, но мы давно хотели исследовать незнакомую магию.

Днём соваться в особняк с такими экспериментами не стоило. С другой стороны, ночью наследникам проще уйти из дома. Телохранители не заметят, как мы исчезнем. Заодно друзья попрактикуются с телепортацией. Занимательной получилась эта тренировка. Мы почти сразу потеряли друг друга из вида. Сила у всех разная, скорости тоже. Плюс ночь, скудное освещение. Где там трасса, где кто — ни черта не видно!

Удачно, что мы заранее договорились о встрече. Дуб, росший неподалёку от владений Харченко, часто выручал нас при наблюдении за особняком. Возле него и было назначено место сбора. Первым, как ни странно, прибыл Кирилл, затем Фалулей и я замыкающим.