Дмитрий Соколов-Митрич – Можно ли сделать из советского завода мирового лидера металлургии? Короткий ответ – «Да!» (страница 1)
Дмитрий Соколов-Митрич, Ирина Догадина, Борис Челноков, Александр Ивантер, Александр Рохлин, Евгения Пищикова
Можно ли сделать из советского завода мирового лидера металлургии? Короткий ответ – «Да!»
Можно ли сделать из советского завода мирового лидера металлургии?
Короткий ответ – «Да!»
Сотни книг написаны про ударные советские предприятия и человека труда. Тысячи книг рассказывают про «успешный успех» звездных компаний и предпринимателей. Мы не претендуем ни на то, ни на другое. «Короткий ответ – „Да!“» – это одна из немногих историй, которые произошли в уникальную эпоху и едва ли когда-нибудь еще повторятся.
Как мощный гигант советской металлургии не растерялся в совершенно новой для себя реальности, искал и обрел себя в рыночных условиях, и не просто выжил, а всего за 15 лет стал самой эффективной металлургической компанией в мире. Но вот секрет успеха от компании «Северсталь» универсален: достигать выдающихся результатов на фоне любых тектонических сдвигов, будь то смена формации, глобальные кризисы или санкционные удары, можно только с опорой на самый мощный источник энергии – на человека. Высвободить его энергию, вдохновить, заинтересовать, научить, дать возможность действовать…
Эта книга – про изменения и про людей, которые способны создавать перемены и управлять ими. Историю предприятия рассказывают сами участники этих уникальных событий, в том числе ее главный герой – глава «Северстали» Алексей Мордашов. Для кого эта книга? Только для сотрудников компании и соседей по отрасли? Короткий ответ: нет. Для широкой аудитории, для тех, кто хочет на своем предпринимательском, а может быть, и личном пути обрести ту самую движущую силу? Короткий ответ: да!
Предисловие
Приступая к предисловию этой книги, мы вдруг поняли, что какое-то важное понимание стиля жизни Череповецкого металлургического комбината мы взяли с потолка. С потолка городского кинотеатра «Комсомолец», который был открыт в 1957 году. Здание запроектировано было с привычной пышностью общественных пространств сталинского ампира: напольная мозаика, дубовые двери, люстры, расписной потолок. Кто традиционно плавает в облаках на такого рода живописных плафонах? Нимфы, музы и другие симпатичные обитатели полубожественных пространств. На советском потолке, разумеется, планировалось разместить образы советских девушек. Кого-то из пантеона кинобогинь?
Первые зрители были уверены, что художники – а расписывали потолок московские монументалисты Николай Ильин и Лев Веркман – изобразили актрис. Реальных или воображаемых. А молодые живописцы взяли моделями череповчанок – двух девушек-штукатуров, которые рядом с ними ровняли стены.
Главная нимфа, Ольга Васильевна Шукалова, говорит: «Хотели было ехать за натурщицами в Москву, но мы им приглянулись. И вот мы с мастерками трудимся, а они делают наброски. После смены надевали красивые платья и уже специально позировали. А ведь у меня тогда уже было двое детей».
И Ольга Васильевна стала в городе известной персоной – ее узнавали на улицах, здоровались. Потому что она плавала в небе перед каждым киносеансом, являя собой локальный случай обожествления маляра-штукатура.
К чему это лирическое отступление? К тому, что Череповец – город, в котором реально получилось создать особое отношение к людям труда. Остров Че. Здесь в кинотеатре или ресторане посетители могли встать, если в зал входили знаменитые сталевары или доменщики – особенно в те годы, когда те уже начали получать золотые звезды Героев Социалистического Труда.
Далеко не на всей территории Советского Союза такого рода отношение к рабочему статусу было искренним – чаще всего оно носило формальный характер, проходило по ведомству идео-
логического величания. А в Череповце стало реальной частью городского характера.
Комбинат Череповцу поначалу давался непросто. Строительство крупного завода для снабжения Северо-Запада России собственным металлом стало возможным после открытия в 1930–
1933 годах кольских железных руд и печорских углей. Но суровые климатические условия делали нецелесообразным строительство комбината в непосредственной близости от залежей руды и угля. В июне 1940-го постановлением Совнаркома СССР было решено расположить предприятие около Череповца – на перекрестке потоков руды, угля и готовой продукции, в месте пересечения железнодорожной линии Вологда – Ленинград с Мариинской водной системой. Несмотря на всю логичность этого решения, многие не верили в его успех – никто и никогда не строил предприятия так далеко от ресурсов. А потом была война, которая отсрочила строительство на долгих семь лет… Когда в 1955 году проходил первый выпуск чугуна, директор предприятия Семен Резников говорил: «Основная особенность Череповецкого завода – удаленность и от источников угля, и от источников руды, но, несмотря на это, завод будет рентабельным предприятием, так как на нем предусмотрены самые совершенные технологические процессы, новейшее оборудование и автоматизация».
Самое интересное, что это заклинание первого директора в итоге осуществилось – просто не сразу. Это стало возможным благодаря людям, имена которых навсегда вписаны в историю комбината и города Череповца, их смелым и совершенно инновационным для своего времени решениям. Одним из таких героев стал академик Бардин, который не просто поверил в комбинат, но определил его путь как путь предприятия полного цикла – от кокса до проката.
ЧерМК, который при своем рождении производил самый дорогой чугун в стране, таки прошел свою дорогу до предприятия, которое делает самую низкую по себестоимости сталь в мире.
И комбинат ведь по большому счету ничего и никогда не получал просто так, за красивые домны, не был особенно обласкан подарками свыше – ему приходилось бороться за каждую копейку, за эффективность каждого трудового процесса.
И когда нам повторяли (а в городе любят говорить об этом), что Череповец – уникальное место, потому что все заводы сидят либо на руде, либо на угле, иначе их неэффективно строить, мы поняли, что есть еще один неучтенный фактор, важный ресурс – этот завод сидел и сидит на людях. С череповецким характером.
Голландский исследователь бизнеса Ари де Гиус считал, что на любую компанию можно смотреть либо как на машину по зарабатыванию денег, либо как на живое существо. Опыт Череповецкого металлургического показывает, что это не взаимоисключающие, а взаимодополняющие взгляды: только компания-живое-существо и способна быть наиболее эффективной компанией-машиной-по-зарабатыванию-денег.
Подобно тому, как счастлив (а часто – и благополучен) человек, в жизни которого нашелся смысл, так успешна и компания, которая в ежедневной работе опирается на набор незыблемых ценностей. А ценности «Северстали» – это, пожалуй, единственное, что не меняется в этой неугомонной компании уже много лет – они лишь дополняются по мере того, как компания-живое-существо познает себя и мир вокруг.