Дмитрий Смекалин – Выпускник (страница 37)

Плиту Птахин подковырнул кинжалом. Вынулась легко. След от лезвия вроде небольшой остался, если не вглядываться, за обычную выбоинку сойдет.

Внутри в нише оказалось несколько полок с амулетами. Или, скорее, артефактами, настолько сильно они фонили. Наверняка дикое богатство, но брать не стоит. Во-первых, может быть заметно, а во-вторых, как объяснили Пете в свое время опричники, все шаманские артефакты в обязательном порядке подлежат сдаче в великокняжескую казну. Так что не стоит и облизываться. Но, обнаружив на одной полке целую пригоршню дымчатых камней-накопителей, кстати, заряженных, Птахин не удержался. Взял один. Среднего размера. Примерно с лесной орех.

Таких ниш-тайников в комнате оказалось несколько. Еще от одного участка стены сильно фонило жизнью. Было интересно, что там хранится, но Петя даже вскрывать нишу не стал. Раз решил, что грабить нельзя, то и не будет. Лучше и не смотреть, чтобы не расстраиваться.

На сем молодой маг эту пещеру сокровищ и покинул. Ночевать не рискнул. Караван жандармов уже должен был добраться до поселения ульта. Маловероятно, чтобы они стали с ними откровенничать, но сам факт их отъезда местные наверняка отметили. И вполне могут послать кого-нибудь проведать шамана. Встречаться с ними здесь в Петины планы никак не входило. Так что пришлось уходить голодным в ночь на мороз.

Куда? Сейчас почти все равно. Завтра к вечеру желательно выбраться к поселению казаков, которое он нашел на карте. А пока надо просто отъехать куда-нибудь подальше от населенных мест и почти сутки как-нибудь перекантоваться. Именно отъехать. Идти своими ногами по бездорожью Петя не собирался. Во время учений его дух рыси из болота вывез, вывезет и сейчас. Благо энергией он зарядился, а еще и накопитель прихватил.

Плохо, конечно, что еды нет, а вокруг мороз, но хотя бы с водой проблем нет, снег кругом лежит. А он маг жизни, должен выдержать.

Так и поступил. Снова призвал рысь и отъехал на ней верст десять в сторону казачьей деревни. После чего выкопал себе в сугробе лежку, завернулся в медвежью шкуру, да так и просидел до вечера следующего дня. В основном в медитации. Еще гонял энергию жизни по каналам всего тела и несколько раз накладывал на себя «среднее исцеление». В общем, перемогся.

Затем снова ночное путешествие на спине рыси, благо ей темнота не помеха. Как раз к утру нужную деревню отыскали. Самое обидное было снова удалиться от нее почти на версту и идти уже пешком, проваливаясь в сугробы. Радовало только, что снег снова повалил, так что его следы скоро скроются. А то вдруг кто по ним пойдет и обнаружит, что начинаются они из ниоткуда.

Где-то через полверсты выбрался на дорогу, по которой шел довольно неплохо накатанный санный путь. Идти стало легче и веселее.

Поселение оказалось для здешних мест довольно большим, с полсотни домов, то есть несколько сот жителей. Русских. Постучался в первый же дом и в этом убедился. Послали его по-матерному идти куда подальше. Спорить не стал. Домов еще много, а начинать знакомство с местными жителями со ссоры не хотелось. Тем более что шум привлек внимание соседей, и скоро на улицу стали выглядывать любопытные лица. А затем из дома вышел немолодой, солидного вида мужчина и спросил:

– Ты кто будешь, мил-человек? Каким ветром тебя к нам занесло?

Вид у Пети был действительно немного странный. Но он сбросил шкуру с плеч (до этого укрывался ею с головой), продемонстрировал шинель с приколотым академическим значком.

– Кадет магической академии. Был отправлен для сбора материала для диплома к местному шаману. Только вот жандармы из Дальнего, что меня к его пещере довезли, почему-то ждать не стали, а сбежали, бросив меня одного. А шаман, как мы поговорили, меня выгнал их пешком догонять. Только шкуру вот эту подарил от щедрот своих. Но я сани не догнал, потом с дороги сбился, два дня в снегу ночевал, наконец к вам вышел. Хотелось бы обогреться, поесть и нанять у вас сани, чтобы в Дальний вернуться. Я заплачу. Могу подлечить кого, если больные есть. Я маг-целитель пятого разряда.

Вроде изложил все достаточно кратко и, как самому казалось, доходчиво. Мужчина сразу растерял половину своей солидности.

– Маг-целитель, говорите? Вам бы к старосте надо, но сейчас прошу в дом, ваше благородие, нечего на морозе стоять.

В общем, Петя задержался в деревне еще на сутки. Лечил, ел – опять лечил, вымылся в бане – опять лечил. Еще раз поел – опять лечил. Наконец выспался – снова лечил, поел – вылечил еще одного напоследок и уехал. Когда не спал, еще и разговоры вел. Тех, с кем встречался полтора года назад, в поселке не оказалось. Но некоторых из тех, кого он тогда лечил, здесь знали. Или слышали о них. Или делали вид, что слышали.

Желающих получить бесплатную медицинскую помощь оказалось много, вся деревня. Пришлось строго предупредить, что в день может исцелить не более двух тяжелых или десять больных средней тяжести. И привлечь старосту в помощники. Но в целом Пете даже понравилось быть таким востребованным. Хотя понимал, что больше так позволять садиться себе на шею нельзя. Один день куда ни шло, а так должна быть строгая запись на прием. Учтет, когда академию окончит и порядок организует.

Зато кормили и в Дальний отвезли бесплатно. Вещи (шинель да форму) ему вычистили и отгладили. Прорезанный рукав зашили. Да еще чистым бельем разжился.

Затем было долгое и непростое объяснение со Штепановским. Петя придерживался той же версии, что и в казацкой деревне, только с некоторыми дополнительными подробностями.

Шаман его каким-то зельем напоил, после чего он до вечера проспал. Что за это время происходило, узнал только от опричника.

Шипов помер? Жалко, но помочь ему ничем не мог, так как сам в это время пребывал в бессознательном состоянии. К тому же предупреждал, что поездка сопряжена с опасностью. Из опыта общения с шаманами подозревал, что смерть Магаде они просто так не спустят.

Почему на Шипова дух напал, а Петя целый и невредимый вернулся? Так это опричники шаманова внука в академию пригласили, им и отвечать. Петя-то тут при чем?

К тому же он тоже пострадал. В результате проведенного ритуала Ульратачи не только не научил его шаманскую энергию вырабатывать, а наоборот, даже той слабой магии, что у него была, лишил. Духов он больше не видит.

Последнее обстоятельство Штепановского, кажется, расстроило больше всего.

– Совсем ничего не видите?

– В пещере ничего не видел. Шаман сказал, что так теперь всегда будет. Мол, нечего непосвященным в их дела лезть. И еще на мороз выгнал.

Опричник загрустил. Получается, попытка наладить взаимодействие с шаманами закончилась полным провалом. И с кого теперь за это спросят?

Петя прислушался к себе. Как-то все не слишком удачно сложилось, но он жив и вроде выкрутился. Но беспокойство осталось.

И тут он высказал идею, над которой уже думал в пещере, когда камень из ложа и костяной нож прибирал.

– Знаете, Александр Петрович, мне здешний Ульратачи с самого начала ненадежным казался. И у него, и у Магаде против магов какое-то предубеждение было. Зато полтора года назад мне с другим шаманом общаться довелось, который южнее, ближе к Ханке живет. Я ему шрамы с лица сводил, и расстались мы, конечно, не друзьями, но вполне доброжелательно. Может, стоит и сейчас его посетить? За спрос денег не берут. В крайнем случае, вернемся ни с чем. Хуже не будет.

Опричник оживился.

– Съездить? Почему бы и нет.

– Только мне свои вещи походные вернуть надо, которые жандармы увезли.

– Вот уж об этом можете не беспокоиться.

Глава 8

С шаманами просто не бывает

Вещи Пете и вправду вернули. Все, включая ордена, пистоль и амулеты. Только не сразу. Причем кадет так и не понял, была ли задержка связана с желанием кого-то что-нибудь из этого себе присвоить, естественной бюрократической волокитой или въевшейся в кровь кладовщикам установкой не выдавать просто так ничего из попавшего к ним в руки. Ибо Петино имущество сдали на склад найденного и конфискованного имущества при жандармерии Дальневосточной губернии.

То есть мало просто явиться на склад (который еще найти надо), еще требуется перечислить утерянные вещи, написать заявление на их возврат, получить на заявлении несколько подписей-согласований и наконец самую главную подпись-разрешение кладовщику выдать.

За три дня не управился. Мог бы и пару недель бегать из кабинета в кабинет (давать взятку Петя не хотел принципиально), но тут Штепановский обрадовал, что все готово к новой экспедиции. Петя его тоже «обрадовал», что ехать без вещей не может, и через час получил все свое имущество. Надо было сразу опричника за ним посылать.

Утром следующего дня перед дверьми гостиницы снова стоял караван из трех саней с жандармами на козлах. Дежавю какое-то. Только жандармы теперь все местные были, столичные уехали в Пронск, отчитываться. Тело Шипова увезли с собой. В артефактном гробу с наложенными заклинаниями «очищения» (дезинфекции) и «сохранения». Заклинания магии жизни, Петя их тоже знал, но здесь без него обошлись. Дорога дальняя, остается надеяться, что все сделано как надо. Жандармский офицер – маг огня, ничем помочь не сможет.

Наличие каравана Петю немного смутило, ехать до второго (или первого, если по времени знакомства с ним) Ульратачи совсем не близко. Но оказалось, никуда далеко сани ехать и не собирались, на них просто участники экспедиции приехали. А сейчас они только прихватили Птахина и его вещи и доставили через площадь к вокзалу. Можно было и пешком пройти.