Дмитрий Смекалин – Счастливчик (страница 95)

Затем с внешней стороны замка со стороны долины пришлось поднимать еще одну стену и строить внутри нее еще один дом-дворец. Существенно большего размера, чем первоначальный замок. Мое творение Нанна не то чтобы совсем раскритиковала, но минимализма не одобрила. Мол, такое пристало какому-нибудь барону, но никак не аристократам божественного происхождения. Получался, конечно, не Зимний дворец и не Лувр, но, во-первых, уже нечто двухэтажное, а во-вторых, с полусотней комнат на каждом этаже. Пока в планах. Это мне не на один месяц работы. Но за неделю флигель на десяток комнат все-таки возвел.

А потом в замок прибыли гости. Не совсем неожиданные: именно для этого случая я Шане местоположение долины и замка как раз и объяснял. Только это не гонец от нее прибыл, а она сама. Собственной персоной и в сопровождении чуть ли не большей части гвардии.

Пришлось срочно восстанавливать для них ворота на въезд, а потом смотреть, как в долине рядом с замком поднимается палаточный городок.

Увидав, что я в замке не один, королева-мать приняла официальный вид и придирчиво осмотрела имеющиеся строения и идущую стройку. Высказала пожелание, чтобы с внешней стороны был приращен еще кусок территории, так как она тоже хочет иметь здесь свое подворье.

После чего они с Нанной удалились на приватную беседу, дав мне задание не мешать им и не прерывать работы. Зато в помощь мне добавился архимаг Нергал и еще несколько магов послабее, так что стройка пошла веселей.

Не знаю, где пропадали девушки, но вернулись они только к концу дня. Шана сияла улыбкой, Нанна была сосредоточена, но тоже иногда улыбалась. Правда, от ее улыбки у меня мурашки по спине пробегали. Но подошла ко мне только одна королева Каруна.

— Божественный Ламашту, нам надо поговорить. Наедине.

Пожалуй, единственное место, куда меня никто не отправится сопровождать, это алтарь Абзу.

— Разговор не для посторонних ушей! — предупредил я личей и высших зомби. — Божественная, можете говорить спокойно.

Воины расступились, образовав вокруг нас и дерева пустое пространство.

— Что же, это даже символично. Я уверена, что великий Абзу возражать не будет.

Она несколько секунд помолчала и подошла ко мне вплотную.

— Видишь ли, дорогой, этот злокозненный Эллиль с помощью твоей знакомой из Академии Алезии магини Халы сделал так, что я потеряла ребенка. Мой личный целитель не смог помочь. Точнее, предупредил, что архимаг жизни Априм, возможно, и сможет спасти плод, но ребенок родится инвалидом. Причем умственно неполноценным. Я не стала рисковать и тихо сбежала к тебе, пока об этом не стало известно официально.

Она вздохнула и положила мне руки на плечи:

— В общем, ребенка больше нет, я снова здорова, и нам с тобой необходимо восстановить наследника престола, как будто ничего не произошло.

Я был немного растерян, но также ее обнял. Не уверен, что это правильно, но я ее поддержу. Тем более что предстоящее дело никак нельзя назвать неприятным. Только спросил:

— А сроки?

— В крайнем случае рожу семимесячным. Целители вы́ходят. Тем более что в этот раз я уже точно буду следить за здоровьем и никого к себе не подпущу.

— Ты хитрая. И я тобой восхищаюсь. А Абзу ты помянула потому, что собираешься сделать королем Каруна его потомка?

— Думаю, бог нас в этом поддержит.

Поцелуй был долгим и приятным. Потом она отстранилась и произнесла:

— Тем более что Нанна тоже хочет иметь от тебя ребенка.

Интерлюдия 18

Мобилизация

Трио деканов Академии Алезии шли по ее ботаническому саду, тихо переговариваясь на ходу. Наконец они подошли к странному огороженному месту.

— Уголок некроманта, — констатировала факт архимаг-целительница Инхурсаг. — Ты для этого просил своего мальчика-полукровку на нас заклинание «замирения нежити» наложить?

— Да, — откликнулся архимаг Гидаш. — Думаю, это единственное место в Академии, где ректор не смог разместить свои подслушивающие артефакты. Или разместил, но они здесь не работают.

— И о чем же ты хотел поговорить? — подал голос последний из собравшихся архимагов — Энки.

— Я хотел посоветоваться, как нам лучше уберечь своих студентов от авантюры, в которую неожиданно ввязался наш обычно рассудительный монарх.

— Его можно понять. Думаю, ты бы тоже захотел отомстить, если бы твоего сына и наследника загрызли зомби, — нейтрально сказал Энки.

— Особенно когда в этих зомби были превращены личные воины эфира короля. — Голос Инхурсаг тоже не выражал эмоций. Архимаги умеют скрывать свои чувства.

— Зато не были потеряны доспехи этих воинов. Правда, половину увезли как трофеи атраки, но они же теперь наши союзники. Как и Бибрат.

— Более того, по пришедшим буквально утром сведениям, объявивший себя регентом Каруна принц Эллиль тоже предложил свою помощь в борьбе с новоявленным самозваным императором.

— Который, кстати, никаких претензий на этот титул не предъявлял, и не думаю, что это сделает.

— Но все равно согласитесь, какая собирается сила. Когда-то объединенные войска наших народов разрушили Империю, а теперь такой союз против одного некроманта!

— Не надо иронии, Энки. Твое чувство юмора мы знаем и ценим. Но лично я не так уж уверен в успехе.

— Ты всегда был пессимистом, Гидаш. У Ламашту нет шансов. Но я понял, почему ты нас сюда привел. Рядом с алтарем Абзу светлая магия слабеет, а силы некроманта, наоборот, возрастают. А подобный алтарь в своем замке Игорь наверняка вырастил.

— Кстати, а откуда стало известно о местоположении замка? Ламашту же тщательно избегал разговаривать на эту тему.

— Как ни печально, мои ученики расстарались, — вздохнул Гидаш. — Сначала Хала умудрилась подслушивающий артефакт подсунуть не куда-нибудь, а в кабинет королевы Шаны. Авантюристка. И неожиданно оказалось, что Шана и Игорь чуть ли не любовники. По крайней мере, близкие союзники. Вот он ей и описал, где его родовые земли находятся. На карте их нет, но по прозвучавшим названиям поселений рядом уже можно было начать предметный поиск.

— И нашли. — Инхурсаг вновь не столько спрашивала, сколько утверждала.

— Даже не понадобилось. Я же сказал, мои студенты постарались. Помните такого — Тургуша? Стал играть в скаутов и попытался проследить за Ламашту. И представьте себе, это ему удалось. Точнее, не за ним, а за отрядом из пятидесяти некромантов из Шима, который его почему-то преследовал.

— Да, князю Агуму появление Ламашту, который куда родовитее Думузи, не должно было доставить радости.

— Так догнали Ламашту эти некроманты или нет?

— Догнали. Теперь стоят у алтаря Абзу стройными рядами и его охраняют.

— Однако!

Первым после потрясенной паузы заговорил Энки:

— Согласен с тобой, бойня у замка будет знатная. Даже не сомневаясь в победе, согласен, что посылать на смерть в первых рядах наших детей будет преступлением. Сколько у нас есть времени? Дней десять? Всех, кого смогу, срочно по родовым имениям отправлю.

— Я тоже с этим согласна, — задумчиво произнесла Инхурсаг. — Только я, как ты, еще и в безоговорочную победу не верю. Какое-то нехорошее предчувствие. Так что советую и вам вперед ни в коем случае не лезть, если не удастся от похода совсем отвертеться. Ректору надо — пусть сам и воюет.

Глава девятнадцатая

Без кавалерии — никуда

— Д-дорогая, при чем здесь Нанна? — Я чуть заикаться не начал. — Девушка приехала отсидеться на время размолвки с отцом. Возможно, с моей стороны было легкомысленно предлагать ей для этого свой замок. Но никаких других обязательств я на себя совершенно точно не принимал. Никаких особых чувств не испытываю, да и она ко мне тоже. О каких детях может идти речь?

— Ты так и не понял, зачем она именно к тебе сбежала? Ребенок от тебя — ее единственный шанс стать правительницей Шима. Сейчас князь — ее отец. Наследник — ее брат, за здоровьем которого, можешь не сомневаться, следят не только местные маги, но и нанятые светлые целители. А уж охраняют его куда лучше, чем государственную казну. Так что шансов у Нанны нет. В обычных условиях. Но Шим — последний осколок Империи, и его жителей очень угнетает заискивание Думузи перед светлыми соседями. Ты знаешь понятие «национальная гордость»?

Я-то как раз знаю, а вот то, что она сама такими понятиями оперирует, неожиданно. Все-таки образование здесь явно на более высоком уровне, чем в земном Средневековье.

Молча кивнул.

— И вот представь себе, у княжны Думузи сын — имперский принц. Прямой потомок Абзу. С которым князю и его сыну родом ну никак не тягаться. Шансы, что народ поддержит именно ее, — очень велики.

Ну да. Это как у иудеев в начале новой эры очень популярна была идея мессии, то есть возвращения и воцарения прямого потомка царя Давида над независимым народом. Хотя последний зафиксированный в документах потомок рода Давида — Зоровавель — сгинул полтысячи лет назад. (Кстати, его имя переводится как «семя Вавилона», так что и его чистокровность по мужской линии вызывает сомнения, а потомки, которые в принципе могли и быть, наверняка ассимилировались в Двуречье.)

Интересно, а здесь в священных книгах об этом что-нибудь сказано? У светлых — точно нет. А существуют ли книги культа Абзу, просто не знаю. Еще один повод заняться раскопками пещеры Каштилиаша.

— Теперь понятно? Не беспокойся, я не ревнивая.

А вот последнее заявление Шаны меня совсем не обрадовало. Не скажу, чтобы был в нее сильно влюблен, но нравилась она мне, без сомнения. И собственнические инстинкты заставляли напрягаться, когда вспоминал, что она — чужая жена. Хотя там, судя по всему, семейные отношения были далеки от идеала в моем представлении. Теперь мужа нет. Кто его отравил, предпочитаю не задумываться. По всему получается, что сама Шана, но не хочу ее за это осуждать, так что пусть лучше сохранится неопределенность.