Дмитрий Смекалин – Николас Бюлоф — рыцарь-дракон с тысячью лиц (страница 62)

Активировав «Отвод глаз», он буквально в два прыжка вернулся на место. Кажется, далеко не все заметили происшествие, а те, кто что-то заметил, не успели осознать и теперь ошалело крутили головами. Он тоже внимательно осмотрел все вокруг и прислушался к своим ощущениям. Похоже, по земле в сторону аскета от его места тянулся слегка влажный след. А ему, кстати, очень пить захотелось. Что еще? С какой стати он вообще с места вперед рванул? Действительно, что ли, туманом стал, и его легким ветерком так больно приложило? Ни хрена себе! Что же это за боевая форма, в которой ветром сдувает?! Впрочем, релаксировать лучше в другом месте. Подальше от посторонних глаз. Короче, линять пора! Наложил на ушедшего в нирвану по его вине философа очередное «Среднее исцеление» и, не убирая «Отвод глаз», тихо удалился. По-пиктански…

Следующую декаду Николас из своей комнаты выходил только в нионский ресторан поесть. Да и то делал это раз в сутки. Начав с третьих. Очень уж экспериментами увлекся. Сделал свою защитную сферу непрозрачной и стал новые «боевые» формы осваивать. Сначала ничего не получалось. Более суток настрой, который в ашраме случайно поймал, повторить пытался. Наконец, уже ночью, удалось стать туманом и заполнить собой всю сферу. Да чуть было сквозь сферу и не просочился, она же воздух пропускает! Хорошо, вовремя заметил, а сквозняка в комнате не было. Сумел обратно втянуться. А то, глядишь, полруки потерял бы. Или полголовы… Аккуратнее надо!

После этого долго учился себя контролировать. Типа — чувствовать себя не просто туманом, а относительно компактным облаком. При этом жадным облаком, которое водой ни с кем не делится. Самому нужна!

Наконец что-то стало получаться. Он уже мог вполне успешно сопротивляться порывам не очень сильного ветра (к счастью, в это время года здесь другого и не бывает) и даже не давать ему себя сдувать, а потихоньку ползти в нужном для него направлении, цепляясь за землю или другие неподвижные предметы. Воспринимать мир на ощупь было, конечно, неудобно и непривычно, но он и с этим стал справляться. Опять же опыт магических игрушек, которыми в подростковом возрасте увлекался, помог. Мысленно рисовал объемную картину того, чего успел коснуться. Вроде как от третьего лица за собой в виде тумана наблюдал.

Туман, как оказалось, форма не боевая, а какая-то шпионская. Видеть он в ней не может, а слушать все-таки научился. Ну и проникать куда угодно — не проблема. Раньше он замки телекинезом открывал, потом артефакт хитрый сделал, на тех же принципах работающий. А в виде тумана он сам может в любую щель просочиться. Хотя бы сквозь ту же замочную скважину. Даже сквозь стену получается, только очень медленно. И что интересно, носить с собой все, что пожелает, тоже получается. Для этого требуется в свою обычную форму перейти, нужный предмет в руки взять (или в сумку сунуть) и снова туманом стать. Так что унести с собой, равно как принести с собой и оставить, тоже можно все что угодно.

Наигравшись с новой формой до одурения, Николас вспомнил, что неплохо бы не только задачу по смене формы решить, но и местного гуру навестить. По душам поговорить, так сказать. А то что это он на него наехал?! Почему это кшатриям драконами быть нельзя?! Пусть объяснит, а лучше — изменит свою позицию.

Сказано — сделано. Так из своей хижины в резиденцию Сатьи-Саи туманом и полетел. Именно, что «полетел». Не снимая своей защитной сферы в комнате, просочился через ее оболочку, выскользнул в окно… Тут-то Николаса-облачко ветерок и подхватил. И куда-то понес. Ориентацию он сразу потерял, разве что по звукам снизу хоть что-то определить можно было. Вроде над городком пролетает, вот на какой высоте? Ясно, что выше крыш, иначе бы уже за стену какую зацепился. Видимо, надо форму на другую менять, имеющую способность видеть. А какую? Человеком стать и оземь грохнуться? Или драконом в небо улететь? Заодно всех жителей городка напугав и объявив для всех здешних кэров тревогу? Ути-Бабу они все немедленно защищать кинутся!

Вдруг что-то непонятное его по боку хлестнуло. Вроде материя какая на ветру плещет. Он в нее мертвой хваткой вцепился и стал обволакивать. Ткань… прямоугольная… к палке какой-то привязана… веревки вниз идут… А длинная палка какая! Скорее, мачта. Нет, флагшток! И куда же это его занесло?

Еле заметное облачко сползло по флагштоку на черепичную крышу небольшой башенки, скользнуло по ее стене и опустилось на открытую веранду внутреннего дворика. Чуть в стороне раздавались какие-то голоса. Мужские. Беседовали двое. Только говорили на местном языке, а его Николас не знал, общался-то он с помощью ментального артефакта, а как его в состоянии тумана задействовать? Отполз в уголок и, плюнув на конспирацию, вернулся к человеческой форме.

Что называется, удачно зашел! То, что над резиденцией Сатьи-Саи реет государственный флаг, Николас знал. И на то, что принесло его именно к центральному зданию резиденции, надеялся. Но в такую удачу верилось слабо. Закон подлости гораздо чаще срабатывает. Однако повезло!

На веранде сидели двое немолодых мужчин — сам Ути-Баба и какой-то еще более толстый господин в чалме. Проходило так называемое интервью. Только в толстом «чалмоносце» священного трепета не наблюдалось. Активировав, наконец, ментальный артефакт и подключившись к их аурам, Николас понял почему.

Гуру уговаривал толстого сделать пожертвование на больницу. Ни много ни мало — миллион золотых! Золота по весу целого десятка мужчин! Вот со спонсора весь трепет и слетел. Открыто не хамил, но обещаний никаких не давал, кроме как «подумать». По ауре Ути-Бабы было видно, что он сам сожалеет, что такую сумму запросил, но сбавить положение не позволяло. Аватары богов не торгуются. И если кто их слова как руководство к действию воспринимать не хочет, его проблемы. Сам почувствует свою ошибку. Это если аватар от имени бога говорил, а не развести его пытался… В общем, сложившейся ситуации оба были не рады.

Николас плавно выскользнул из своего угла и подошел к ним. Увлеченные своими проблемами, собеседники его приближения не заметили, а увидев вдруг выросшую перед ними фигуру, оба сделали вид, что ничего другого и не ожидали.

— Позволю себе рассказать вам одну притчу, уважаемые! — спокойно произнес Николас, усаживаясь на ковер подле них. — Жил, как гласит легенда, рядом с храмом Викши святой аскет Баларама. Жил в полнейшей бедности, укрепляя свою прану и занимаясь духовными практиками. И достиг уже седьмого круга святости. Сидел он сутками напролет перед храмом, медитировал и громко славил Викшу. Однажды в этот храм зашел богач Вишал и, к своему изумлению, услышал разговор богов. Божественная супруга Викши, прекрасная Амрита, уговаривала того наградить Балараму за преданность. И обещал ей могучий исполнить любую просьбу аскета, с которой тот обратится к нему завтра.

Услыхав об этом, хитрый Вишал немедленно вышел из храма и подошел к Балараме.

— Беден, но достоин облик твой, — обратился Вишал к Балараме, — я предлагаю тебе договор. Я дам тебе сегодня десять золотых, а завтра ты отдашь мне все, что подарят тебе боги!

Удивился Баларама такому предложению. Много лет сидел он перед храмом и никогда не получал в день подаяния больше одной серебрушки. Сказал он об этом богачу, но тот настаивал. Тогда согласился аскет, чтобы не раздражать этого важного господина, и даже принес в этом клятву богами по его настоянию.

После этого богач побежал к хижине аскета и стал уговаривать его жену заставить Балараму завтра войти в храм и попросить Викшу дать ему миллион золотых. Но женщина была не так наивна, как святой, и выпытала у Вишала всю историю, после чего они долго торговались. Договорились, в конце концов, поделить деньги пополам. Богач сегодня даст ей полмиллиона золотых, а завтра получит от бога миллион.

На следующее утро Вишал, даром что был очень толст, бегом прибежал в храм и спрятался сбоку в одной из ниш. И вдруг почувствовал, что не может пошевелиться. Зато снова услышал разговор Викши и Амриты.

— Ну вот, миллиона золотых твой Баларама у меня еще не просил, а я его просьбу уже выполнять начал. Полмиллиона его жена уже получила. А того, кто даст оставшиеся полмиллиона, я сейчас держу за ногу!

— Это известная история, — не выдержал толстый «чалмоносец», — но к чему ты ее сейчас рассказал?

— Так кто даст полмиллиона на больницу? — спросил Николас, одновременно прижимая ступни ног задавшего вопрос телекинезом. Тот дернулся, попытался встать и не смог.

— Значит, полмиллиона? — упавшим голосом спросил он.

— Полмиллиона, и сегодня! — подтвердил Николас.

Толстяк послушно согласился и даже расписку написал.

После чего удалился действительно бегом. Захват Николас, естественно, отпустил.

— Как я понимаю, вторые полмиллиона давать мне? — спокойным голосом спросил Ути-Баба, после того как убедился, что встать он тоже не может. — Или все-таки мой вклад может быть не деньгами?

— Деньгами, если только на строительство больницы. Хотя, по-моему, полумиллиона не на одну больницу должно хватить. Нет, меня всего лишь интересует отмена глупого запрета драконам быть кшатриями. Вы меня поняли?

Лицом Сатьи-Саи владел великолепно, ни один мускул не дрогнул на его лице, разве чуть-чуть бледнее стал.