Дмитрий Смекалин – Ловушка архимага (страница 69)
А вот на вопрос, что с моим баронством, Клеона не ответила совсем. Но явно смутилась. Так что я не стал на нее нажимать. Ясно по реакции, что все там плохо, но портить интересный и приятный день ссорой после потраченных трудов… Не стоит. Все равно ничего не изменю, а то, что возвращаться в Лавардию мне нельзя, и так очевидно.
В общем, устал, но все остались довольны. Даже очень довольны. В том числе и я. Откровенного разговора с принцессой, на который я надеялся и ради которого все затевал, не получилось, но осталось удовлетворение от хорошо проделанной работы, да и просто провести день вместе с девушкой, которая мне нравилась, тоже было приятно. Тем более что благодарила за доставленное удовольствие Клеона совершенно искренне. Даже поцеловала. В щеку, но слегка потискать на прощанье я ее успел.
Действие шестое
Вот это практика!
Эпизод 1
Курс на Пустыню
Окончание семестра прошло достаточно буднично. В основном учился, качал каналы и резерв, сдавал зачеты. Последнее было самым легким. Наиболее неприятный для меня предмет – история – неожиданно пролетел автоматом. Спасибо Эгрейн. То есть она не моей успеваемостью озаботилась, а закатила мне сцену ревности (или просто скандал), почему я экскурсию проводил для Клеоны, а не для нее. На мое недоуменное: «Вы же здесь с самого рождения живете!» – вразумительного ответа не получил.
В результате под давлением этой принцесски и, что неожиданно, завкафедрой истории, пришлось повторить экскурсию. Уже для группы. Но хотя бы выторговал, чтобы зачет по предмету поставили автоматом.
Еще имел продолжительную беседу с ректором по поводу практики и своих трофеев. В соответствии с принятым решением снизить градус напряжения с местными властями согласился переехать в общежитие академии (ограбят ведь, пока меня не будет, а тут хотя бы посуда из замка сохранится!). Кстати, оказалась вполне приличная двушка с удобствами, а не то, что у меня было в мансарде. И чего кочевряжился, спрашивается?
Решил пойти еще дальше и предложил провести взаимозачет: меня обучают бесплатно, а я, так и быть, передаю ректору свою добычу из Пустыни – с условием, что, если ее (или ее часть) продадут за сумму, превышающую стоимость обучения, половина денег пойдет мне.
Ректор сразу согласился и даже не очень старался показать, что делает мне одолжение. Точнее, не настаивал на этом. Проблемы возникли, когда я потребовал назад свою заплаченную за первый курс тысячу. Чувствовал по эмоциям, что рад был бы отдать, да вот денег таких у академии нет. И, что хуже, у самого ректора – тоже. Что-то у меня Леида вызывает все больше сомнений, если уж ректору собственные средства приходится на академию тратить. Как же тогда королева содержит армию? Или хватило ума эту статью бюджета сделать защищенной?
В общем, сумел стрясти только пятьсот экю (думаю, это все, что осталось от моей тысячи), в результате с теми семьюстами, что у меня сохранились от замковой казны, набралось у меня порядка тысячи двухсот экю, из них немногим более тысячи – золотом. Или, что в данный момент актуальнее, около пуда металла, который я на практике намеревался носить с собой. На всякий случай. К сожалению, моя интуиция говорила, что грядут большие перемены. Тут лишняя десятка монет в кошельке может оказаться дороже тысячи в академии или в банке. И почему-то возникла уверенность, что с деньгами в будущем у меня проблем не возникнет. Чего, к сожалению, нельзя сказать про проблемы вообще.
Таким образом, к окончанию учебного года я имел некоторую сумму, а также кучку, надеюсь, ликвидных амулетов. Не сделал никаких долгов и, как мне казалось, был готов к переменам судьбы.
В Пустыню на практику собралось гораздо больше людей, чем я ожидал. Помимо нашей группы туда отправились и почти все магистры, проводившие у нас занятия. А может, и больше. Отсутствовали только местные принцессы – и Эгрейн, и Хельгу королева решила оставить дома. Наверное, правильно. Пустыня все-таки место довольно опасное, в результате все станут не делом заниматься, а принцесс охранять. И все вместе во что-нибудь вляпаются. Проверено опытом поколений, даже память Витадхоциуса голос подала.
А вот какого хрена в экспедицию отправилась Клеона, я в упор не понял. Вроде девушка ответственная, к авантюрам не склонна. Так ее и спросил. Оказывается, королева Изольда настояла. Можно сказать, за руку из представительства вытащила и в дорожный экипаж впихнула. Нужно – и все. Без аргументов. Магистры тоже с ней поехали в полном составе, включая Фьерделина. Давно не виделись! Что-то мне все это сильно не нравилось. Тем более что не понимал, зачем королеве это надо? В чем интрига?
В общем, молодых магов собралось около тридцати человек при соотношении два к одному в пользу Леиды.
Добавьте к этому охрану и слуг – в общем, кортеж получился очень внушительный. Одних конных повозок (от карет до телег) больше трех десятков. Куда столько?
Ехали в Мареон вдвое дольше, чем я с почтовой каретой ехал оттуда в столицу. Ночевали в шатрах, ибо такого количества мест на постоялых дворах попросту не было предусмотрено. Впрочем, принцесса и некоторые избранные ночевали под крышей. Я от этой чести сам отказался. Индивидуальную комнату в таких условиях не получишь, а при посторонних избавляться от кровососущих гадов с помощью «паралича» как-то не хотелось. У меня, правда, еще и отпугивающий амулет из трофейных имелся, но пусть он лучше комаров в шатер не пускает, а не клопов на соседей натравливает.
Хорошо хоть костры для приготовления пищи жечь не пришлось. Постоялые дворы предупреждали заранее, так что еда там уже была готова в нужных количествах. Качество, правда, довольно унылое. Не держали там приличных поваров.
В дороге общался фактически только с соседями по экипажу Рудоном Аскани и двумя леидскими графами из группы – Зальтенини и Кирксом, но и то только из вежливости и по минимуму, больше медитировал.
В Мареоне же нас ждал корабль. Целый крейсер Леидского военно-морского флота. Во главе с кем бы вы думали? Ортом Зейманом.
То есть капитан там тоже был, но главным, хозяином и командиром считался именно молодой архимаг. Который от нашей дуэли уже вполне отошел и теперь буквально прилип к Клеоне, окружил ее заботой и вниманием. Как умел, конечно. При первом подозрении, что принцессе может что-нибудь понадобиться, немедленно гнал ей на помощь не менее десятка матросов. А сам ублажал ее слух комплиментами, а взор – улыбками. Ради этого, что ли, королева ее в экспедицию выпихнула?
Со мной же мессир Орт взял тон покровительственный и слегка ироничный. Иначе как «грозным братиком» прекрасной, восхитительной, совершенной, божественной Клеоны он меня не называл. Очень хотелось спустить его за борт, но вроде как было не за что. И что еще больше злило, Клеоне его навязчивое внимание, похоже, нравилось.
Так что я с удовлетворением отметил, что шевелюра герцога свободно (или даже живописно) развевается на ветру. Обруча с артефактом Параментоса на нем не было.
Каюта мне досталась небольшая, одна на двоих с тем же Рудоном. В принципе, неплохой парень, ему столь явные ухаживания мессира Орта за принцессой тоже не нравились. Правда, по причине того, что нечего лучшему магу Леиды вокруг этой сучки из Лавардии прыгать. При этом Рудон старался держаться поближе к парочке, с восторгом пересказывал мне морские подвиги архимага, которых, с его слов, за последние три месяца набралось уже немало. Если ему верить, так пираты просто обнаглели, встречались чуть ли не каждый день. И бросались в позорное бегство, завидев их парус.
Слушать все это было противно, но одну неприятную закономерность я подметил. Вроде это были не обычные пираты, которых доблестный флот Леиды уже давно извел, а хавинги. То есть пираты, но не отсюда, а с севера.
Я уже говорил, что Внутреннее море с двух сторон обрамлено Пустыней. На юге за Пустыней шли земли Лавардии, по побережью – Леиды, княжества Свантинского, королевств Гростена и Валиссии, а на севере такая же Пустыня и тоже с большой буквы тянулась до самого пролива, ведущего в океан, а за Пустыней тянулись земли княжеств Гавела, Олеба, Калмара и каких-то совсем уже северных народов.
Так вот, тамошних пиратов называли хавингами. И были они не совсем пиратами, а просто безбашенными мореходами, которые в мирное время могли становиться обычными купцами, но не брезговали и каперством. А если собирались в стаи, могли грабануть и крупные поселения. В общем, не викинги, если проводить аналогии, ближе к новгородским ушкуйникам. Не самые приятные ребята. Но на крейсере столько магов, что пиратам ловить в принципе нечего. С них и одного Зеймана должно за глаза хватить.
Шли мы довольно ходко, но расстояние тоже было довольно приличным. Я из Эвронта в Мареон на купце неделю добирался, сейчас же мы за неделю уже и Мельгар миновали. В порты не заходили, воды и припасов на крейсер загрузили в избытке.
Честно говоря, к какому конкретно месту мы идем, мне было все равно. Видимо, куда-то поближе к Штрельским горам, по крайней мере, как я понял из разговоров моряков, мы собирались миновать все посты Лавардии и причалить к берегу, где никто регулярных разработок не вел.
На палубе, чтобы любоваться на далекий берег, я не сидел, там, как ни выйдешь, все сладкая парочка ошивалась. Ворковали о чем-то. Правда, целующимися я их тоже пока не видел, но что-то мне подсказывало, что к тому все идет. И мне это почему-то совсем не нравилось.