Дмитрий Смекалин – Ловушка архимага (страница 41)

– Мессир, принцесса! – отвесил еще один поклон, при этом посмотрел принцессе в глаза. – Как я понял со слов уважаемого мессира Лориса Силуана, я должен сейчас продемонстрировать свои магические возможности, а также рассказать о себе и о том, почему я прошу вас принять меня в Академию Леиды. Если позволите, я бы мог совместить свой рассказ и демонстрацию, так как, добираясь сюда, мне пришлось пересечь пустыню, одному в лодке проделать часть пути по морю, так что использовать различные заклинания приходилось достаточно часто.

Ректор промолчал, ответила принцесса:

– Это было бы интересно, так и поступим. Но сначала расскажите немного о себе.

– Как прикажете, принцесса, от вас ничего не утаю. Хотя до недавнего времени ничего примечательного в моей жизни не происходило. – Я изобразил на лице счастливую улыбку. Надеюсь, не до идиотизма. – Бриан Стонберг, родился в замке баронства Стонберг двадцать второго дня месяца дозена в год две тысячи четыреста семьдесят восьмой от начала летоисчисления.

Про первый год правления короля Лавардии Альзена V я, по понятым соображениям, говорить не стал. Вместо этого попытался пошутить:

– По крайней мере, так написано в документах, лично я этого момента не помню.

Принцесса благожелательно улыбнулась, тем самым поощрив меня и дальше вести себя раскованно. Я продолжил:

– В замке пережил Первую инициацию и стал изучать магию под руководством матушки, урожденной графини Видрской, которая считалась довольно сильным магистром.

Тут я, понятно, врал, но не говорить же им, в самом деле, что никакой инициации у меня не было и никто в замке меня ничему не учил! К счастью, именно такого рассказа от меня и ждали, так что никто в моих словах не усомнился. А я, признаться, боялся, что маги и без «эмпатии» могут отличать правду от лжи. Оказалось, не могут. И это хорошо! Можно спокойно рассказывать дальше.

Я и рассказал. В общем-то, всю свою историю с момента нападения на замок, пропуская то, что относилось к «проклятому месту» и ментальной магии и периодически демонстрируя применявшиеся заклинания.

По моей версии я никуда не бежал прятаться, просто проворонил засаду прямо у выхода из замка и словил несколько арбалетных болтов. Но не умер, а прибил нападавших «огнешарами». При этом я не только показал оба примененных вида «огнешаров», но и уничтожил прихваченный с собой наконечник болта «разрушением». А вместо заклинания «исцеления» подарил принцессе сделанный накануне амулет с «универсальным лекарем».

Рассказывая о погибших, я не скрывал эмоций, меня буквально трясло, и это была не игра.

– И вы просто поднялись по потайной лестнице в кабинет барона, обнаружили там спящих магов и зарезали их всех по одному, предварительно сняв с них амулеты? Неужели такое возможно?

– Наверное, мне просто повезло, что они так напились и совсем не ждали нападения. Я тогда плохо соображал. Но когда надо, я умею ходить очень тихо. В детстве мне это помогало избегать наказаний за шалости и добывать всякие вкусности на кухне. – Я слабо улыбнулся.

Принцесса тоже улыбнулась, но мага я явно не убедил.

– Хорошо, я шел примерно вот так.

Я резко бросил в сторону «шарик света», так, чтобы ректор невольно задержал на нем взгляд, а сам тем временем наложил на себя «отвод глаз». Пожалуй, надо продемонстрировать одно из своих «особых свойств», как я решил называть проявления ментальной магии. В данной ситуации лучше предстать необычным, чем вруном.

Поскольку я находился рядом с принцессой, да еще и рукой слегка ее задел, потерять меня из вида она не могла. «Отвод глаз» – заклинание ментальной группы, если человек уже видит тебя, обмануть его заклинанием не получится. Если он сам не отведет глаз. Поэтому я стал по-всякому гримасничать, чтобы привлечь внимание принцессы, делал страшные глаза, прижимал палец к губам, складывал губы бантиком или кровожадно улыбался. К счастью, идти было недалеко, и через пяток шагов я уже кашлянул за плечом мессира Ортори, заставив его вздрогнуть. Принцесса захлопала в ладоши:

– Стебьен, ты правда его не видел?

– Н-да, очень необычно, – несколько растерянно ответил ректор, вызвав у девушки новый приступ веселья.

Дальнейшая часть рассказа пошла проще. Я основательно подготовился (полночи убил), так что на глазах ректора и принцессы «склеил» из принесенных щепок модель своей рикши. Воду из воздуха тоже сконденсировал в прихваченный с собой серебряный стакан, отметив, что он еще из замка и все время со мной. На примере высыпанных из мешочка камешков продемонстрировал действие заклинания «укрепления пути».

Показал и даже дал подержать в руках паучка с муравьем, а также несколько чешуек от черепахи. Одну чешуйку подарил принцессе.

Ориентируясь на настроение принцессы Хельги, я временами начинал откровенно дурачиться. Придумал ящеркам веселую походку вроде ламбады, показал несколько основных движений и пообещал научить наследницу такому шагу как-нибудь позже.

В общем, как мог, старался завоевать расположение принцессы, и вроде вполне успешно, пока не заметил, что ректора это раздражает все больше и больше.

Пришлось извиниться, что увлекся и забыл о серьезности мероприятия, посмотреть в глаза ректору и виновато улыбнуться принцессе. В дальнейшем я сбавил напор, и про путешествие зайцем из Эвронта в Мареон рассказывал, ориентируясь уже больше на реакцию начальства.

Наконец закончил. В целом, думаю, успешно. Мессир Ортори, судя по эмоциям, был заинтересован и озадачен, но особого негатива ко мне не испытывал. А идеальная принцесса Хельга (по ходу рассказа я успел выразить восхищение в ней всему, до чего только смог додуматься, от тонкого вкуса до изящного маникюра), так и вовсе была довольна весело проведенным временем. Я ее явно заинтересовал и сумел понравиться. Не влюбилась, конечно, но мне этого и не надо. В смысле совсем не надо!

Так что свои планы я, можно сказать, воплотил в жизнь успешно. Произвел приятное впечатление, а магические способности продемонстрировал на уровне, подобающем не новичку, а выпускнику академии. О чем мне ректор и сообщил. И еще сказал, что в академию он меня принимает, но вот на каких условиях, придется еще уточнить. И подождать ни много ни мало – решения королевы. Он будет ходатайствовать, чтобы с меня денег не брали вообще, а мой опыт выживания в Пустыне очень хотел бы использовать на благо вверенного ему учреждения. Есть насчет меня и другие мнения и планы, но, опять-таки, озвучит он их только после одобрения королевы.

Похоже, я перестарался. Конечно, мне хотел привлечь внимание к своему случаю, но почему вопрос приема в академию должна решать сама королева Изольда? Потому что здесь была принцесса? Так она мне сама сообщила, что сейчас готовит магистерскую диссертацию, а ректор лично ей в этом помогает (почему я не удивлен?).

Я даже посмел вякнуть, что, может быть, не стоит так высоко обращаться? Я благодарен за желание снизить оплату, но существуют же и другие пути. Например, заключить какой-нибудь договор, позволяющий мне работать в академии, а вопросы оплаты решить в форме взаимозачетов? В конце концов, деньги за год обучения я могу заплатить хоть сейчас. А если ректор будет так любезен и подскажет мне, как лучше реализовать добытые в Пустыне трофеи, вопрос финансов вообще может стать неактуальным.

Но ректор был непреклонен. Послезавтра королева прибудет с инспекционным визитом в академию, побеседует с ведущими преподавателями, а заодно и объявит свое решение по моему вопросу. Официальное. И почему-то именно так для меня лучше всего.

Видимо, на моей роже было явно написано «почему?» и «за что?». Принцесса улыбнулась и, не обратив внимания на осуждающий взгляд мессира Ортори, произнесла (перейдя при этом на «ты»):

– Я не могу обещать, но очень может быть, что матушка предложит тебе остаться в Леиде навсегда и пожалует какое-нибудь баронство. Я даже догадываюсь какое. И поверь, оно куда лучше того, что было у вас в Лавардии. По крайней мере, я ее об этом попрошу. Жалко потерять такого кавалера! – и принцесса стрельнула глазками.

Я сделал вид, что падаю, сраженный наповал. Не перспективами, а ее взглядом.

В целом такой расклад меня очень устроил бы. Никаких особых чувств к баронству во Фрозии я не испытывал, патриотом Лавардии никогда не был, так что смена страны стала бы для меня шагом вперед, а не назад. Это, кстати, понимала даже та часть меня, которая осталась от Бриана, и считала большим карьерным ростом. Что еще? Бриан-старший просил отомстить? Так отсюда сделать это даже легче, чем находясь во Фрозии. Соседям-баронам спускать нападение, конечно, не следует, но для архимага они не противники. Как-нибудь заеду, прибью и уеду. Никто не заметит. А вот королеве-матери из Фрозии я ничем досадить не смогу. Не факт, что смогу отсюда, но шансов больше. Хотя бы ославить ее можно капитально.

К сожалению, на получение «подарков» я мог рассчитывать только послезавтра, а свое принцесса и ректор с меня стребовали прямо сейчас. Хельга неожиданно захотела взять себе кольцо с печаткой, которое, как оказалось, уже успела забрать у мессира Силуана. Что-то с этим кольцом нечисто. Но ведь не возразишь. Тут мне новую жизнь в хороших условиях предлагают, а я буду спорить из-за какого-то трофея? Пусть и ценного, но с баронством не сравнить. А заклинания «зажигалки» и «воздушного лезвия» я когда-нибудь сам вставлю в свое кольцо. Не так уж и сложно это сделать. За год точно научусь создавать и более сложные артефакты.