Дмитрий Смекалин – Лишний на Земле лишних (страница 27)

Лично я в сказки не верю, равно как и в бесплатный сыр вне мышеловок. И не прельщает меня военная служба, ну совсем. Не люблю жить по часам и никогда не занимался спортом систематически. И от того, что он называется строевой или боевой подготовкой, милее он мне не делается. Командовать я не люблю, подчиняться — еще меньше. Я имею в виду подчиняться любым глупым приказам, если их отдал старший чином. И не пошлешь его, как научного руководителя, уйдя к другому, как я уже раз проделал на Земле. Это если за следующим званием не пошлют куда-нибудь на отдаленный пост где-нибудь на сопке, где до ближайшего поселка полдня ехать, а из всех развлечений — один спирт, зато его много… Не мое.

Сначала было подумал, что в Ордене все-таки знают об артефактном браслете на моей руке, но почему бы офицеру не сказать прямо, чего он от меня хочет? Или он хочет не от меня, а от Гали? Вон как она его слушает, чуть рот не раскрыла. Но тоже нет. Она не постеснялась спросить его в лоб о семейном положении. Женат. И жену любит. И сыночек у них замечательный.

Неужели просто так зашел потрепаться с незнакомыми людьми? Похвастаться захотелось? Пусть завидуют? Так что же он тогда на броневике по пустыне тащится, а не с семьей в поселке Ордена блаженствует?

Через некоторое время я стал слушать вполуха, а сам возобновил тренировки заклинаний, ожидая, когда привал закончится и гость вернется в свой броневик. Ну его, непонятен он мне.

Но Галя, похоже, этому Томми была искренне рада. Или не ему конкретно, а возможности пообщаться с кем-то из военной среды. Угостила и кофеем из кофе-машины, и слабоалкогольный коктейль со льдом намешала (мне не дала, я за рулем), и весь наш грузовичок ему показала. Потом в кабину повела ружья демонстрировать. Я тоже к дверям подошел, выглянул. Совсем их игнорировать счел неправильным, но в разговоре не участвую.

Вроде время стоянки к концу подошло, народ по машинам разобрался, но команды на старт еще не было. И лейтенантик все не прощается. Гале комплименты делает — как приятно, мол, было родственную душу встретить в таком неподходящем месте. Она ведь из семьи военных? В их городке совсем своей была бы.

Галя наконец не выдержала:

— Вы так говорите, как будто в вашу службу так легко всех берут! Думаю, к вам из РА каждый первый перейти не отказался бы.

— Нам каждый первый, естественно, не нужен. Только те, кто действительно по духу подходит. Вот вы бы подошли, жаль, что женщин у нас на военную службу не берут. Но вот если бы вы, например, своего молодого человека к нам привели, я бы, честное слово, вам рекомендацию дал. И поверьте, я хоть и не в высоких чинах, но служба у меня такая, что к моему голосу прислушиваются.

Улыбается при этом так искренне, по-американски. Получается, вроде серьезно говорит, а может, и в шутку. Проверять не буду, все равно не пойду проситься. Хотя, если Галя поверила, проблем в наши отношения этот офицерик добавил существенных. Жаль, дверь перед носом у него закрыть не успел.

Посмотрел я на эту «сладкую парочку», они как раз у пулеметной башенки стояли, и стало мне нехорошо. Не от их вида, хотя он меня тоже не радовал. Вдруг из кустов выскочили какие-то граждане в белых балахонах, и у каждого к плечу по ракетной мини-установке прижато. Если я правильно понимаю, их противотанковыми гранатометами называют. По одному-два таких «бедуинов» на каждую машину. В наш грузовичок двое целятся. Метров пятьдесят до них, с такого расстояния и я бы попал.

В общем, кастанул я на них «неловкость», которую сейчас тренировать пытался. Не знаю, правильно у меня получилось или какой-то новый вариант родился, но оба вдруг равновесие потеряли. И выстрелили. Один в небо запулил, а другой аккурат себе под ноги. После чего полетел вместе с товарищем в кусты. Далеко. По частям.

Любоваться я не стал, тем более что остальные явно удачнее выстрелили, ору:

— Томми! К пулемету!

Впрочем, тот и сам сообразил, уже люк открывал. И надо отдать ему должное, огонь по «бедуинам» открыл вполне профессионально. И то, что они отдельными группками стояли, их не спасло. Впрочем, их и было-то всего человек пятнадцать. Хотя нет. Еще в кустах остались. Это я «определением жизни» проверил. Эти одной группой стояли, человек десять. Как раз напротив инкассаторской машины. Ну, я на них «неловкость» на всякий случай кинул, а потом объяснил Томми, куда стрелять надо.

Как ни странно, он меня понял и спорить даже не думал. Полил кусты весьма основательно, две ленты извел. Только спросил через некоторое время:

— Теперь все?

Странный вопрос. Судя по «определению жизни» — все. В том числе и в машинах нашего каравана никого живого не осталось. Но что ему на это ответить?

— Думаю, что все, — сказал я нейтрально. — Кусты не шевелятся, и чувство недоброго взгляда тоже пропало. Но лучше проверить.

Посмотрел он на меня как-то странно, не скажу что по-доброму, но ничего не сказал. Оставили Галю у пулемета, сами наружу полезли.

Ничего хорошего мы нигде не увидели. Одни трупы и покореженные машины. Даже те, на которых бандиты приехали. Оказались за кустами два обычных грузовика, оборудованных под перевозку людей. Даже без брони. Так что крупнокалиберный пулемет в них не только борта, но и двигатели разнес.

Что за гадостью они по машинам конвоя стреляли… у меня слов нет. Даже не думал, что такое возможно. В броне — дыра с оплавленными краями, внутри не просто взрыв, а Армагеддон какой-то. Покореженные обгорелые трупы, в которых и опознать никого невозможно. Томми Аткинс ходил мрачнее тучи. Томми я его называть перестал. По эмоциям видно, что отношение его ко мне изменилось далеко не в лучшую сторону. Он что, меня в смерти своих товарищей винит? Потому что наша машина единственная уцелела? Глупо. Нападение явно не на нас, а на инкассаторов было. Их машина получила наименьшие повреждения. Или он о моих способностях знает, или догадывается и злится, что я заранее о нападении не предупредил? Наверное, действительно стоит впредь все места стоянок проверять. Но вообще-то я не подряжался конвой охранять, а наоборот, за право ехать под охраной заплатил. И почему военные сами охранения не организовали и кусты не проверили — не ко мне вопрос. Хотя на душе тоже гадостно.

Хоронить мы никого не стали. Лейтенант сказал, что вышлет сюда отряд из Суз, куда мы ехали. Только трупы бандитов в их грузовики загрузили. Гиен и прочих хищников тут вроде нет, но — на всякий случай. А вот сейф в инкассаторской машине Аткинс вскрыл. Не знаю, как он это сделал, при этом не присутствовал. Ключ нашел, что ли? Или у Ордена свои способы? Не мое дело. Попросил у нас пустую сумку (пришлось освободить от вещей) и забил ее содержимым сейфа. Деньгами или что там еще лежало. Опять же интересоваться не стал. Не убивать же его в самом деле ради возможного лута? Не так воспитан.

Дальше ехали на нашем грузовичке уже втроем. Он рядом с Галей на пассажирском сиденье (оно в принципе на двоих как раз и рассчитано), но оживленного разговора между ними уже не было. Лейтенант явно переживал, а Галя проявляла тактичность. Невольно про себя отметил, что вид трупов ни на нее, ни на меня уже сильного впечатления не производит. Адаптировались к местным реалиям? Не нравится мне это. Не наша адаптация, а реальность. Сколько уже трупов по дороге было? Жуть.

В Сузах мы с Аткинсом расстались вновь почти друзьями. То есть он опять старался быть приветливым, но только внешне. Внутренне так и остался зажат. Подумалось, что вообще-то у парня вполне могут неприятности быть. Отрядом он командовал, но не довез. Вряд ли такое начальству понравится. Это не считая того, что семьям погибших сослуживцев отчет давать придется.

Так что на прощанье даже «оттранслировал» ему спокойствие и немного «силы жизни» подкачал. Возможно, он и неплохой парень, но дружбы у нас не получилось. Хотя Галя у него старательно все координаты на свой планшет записала. Думает, пригодятся? Сомневаюсь.

Чем у него закончились разбирательства — не знаю. В Сузах мы только ночь в гостинице провели. Оказалось, что караван в индийский Майсур уже завтра отходит. Так что помылись в человеческих условиях, заправили машину, прикупили немного еды и новую сумку вместо подаренной Томми — и утром бодро отправились к месту формирования колонны. Более подробного знакомства с местной Персией у нас не сложилось. В этот раз по крайней мере.

Персидские военные, в отличие от арабов, хотя бы в нормальную форму одеты были. От европейцев не отличишь, разве только по лицам солдат. И порядок, вопреки опасениям, поддерживали нормально. Немного состав колонны напрягал — одни цистерны с разными нефтепродуктами. Если кто по дороге нападет, хорошо гореть будут. Но никто не напал, доехали благополучно, чему я был очень рад. Хватит с нас дорожных приключений, тем более со стрельбой.

Майсур, в отличие от своего земного тезки, никакими памятниками архитектуры украшен не был. Современный маленький городок из камня и бетона. Здания в основном в два-три этажа, с плоскими крышами и балконами вместо коридоров.

Нам, чтобы попасть в номер, надо было подняться по лесенке на второй этаж, выйти на балкон, пройти по нему пол-этажа и открыть стеклянную дверь в свой номер. Как следствие — на всех окнах непрозрачные шторы. Но все равно неприятно, что мимо твоих окон регулярно кто-нибудь ходит.