Дмитрий Смекалин – Хорошо быть богом (страница 64)

— Я рада приветствовать героя, спасшего империю от захватчиков, а ее императрицу — от горького заточения, — почти пропела она мощным, но неожиданно приятным голосом. Настоящее контральто!

Услыхав о «горьком заточении», Боня с подозрением покосился на целую толпу дворян, продолжавших выходить вслед за Алехеей, но ничего не сказал, а только слегка поклонился.

Императрица в свою очередь внимательно оглядела Боню, задержалась взглядом на его абсолютно лысой голове, даже сощурилась при этом. Но потом кивнула сама себе, видимо удовлетворенная осмотром. Боня с некоторым беспокойством вдруг осознал, что если не считать полного отсутствия волос, то в остальном он вполне соответствует стандарту внешности здешних придворных: весьма молодо выглядит и даже выше и худее большинства. Свету, кажется, посетили те же мысли, так как она пододвинулась к нему поближе и закинула голову ему на плечо, выжидательно глядя на императрицу.

Боня решил, что пауза затягивается и пора взять инициативу в свои руки.

— Багрянородная, — начал он, — алы разбиты, деморализованы, а их руководители взяты в плен. Но нужно закрепить успех. У меня просто нет солдат, чтобы контролировать весь город. Да и пленных нужно куда-то девать.

— Казнить бы всех гадов, — мечтательно произнесла императрица. — Но ты прав, лучше получить с них выкуп. Весь город разрушили и загадили. А тут еще и хумы того и гляди нагрянут…

— Давай решать задачи по порядку. С хумами еще успеем разобраться. Пока алов куда-то девать надо. У тебя стражники в городе какие-нибудь есть? Где вообще имперские войска? Дворяне, наконец? Хотя дворян я вроде вокруг немало вижу. — Боня покосился на миньонов. — Ну так приспособь их к делу. Я с ними своих гвардейцев для силовой поддержки послать могу, но собирать силы и восстанавливать порядок в Визе — твоя задача. В конце концов, это твой город!

— Да, ты абсолютно прав. Сейчас возьму себя в руки. Все-таки столько переживаний было. Прямо выть хотелось от бессилия.

Алехея неожиданно развернулась, быстро подошла к герцогу Бульманскому и еще раз со всего маха пнула его ногой. На сей раз попала по копчику. Затем императрица столь же быстро вернулась и перешла на деловой тон:

— Патриций Клодий! Возьмите десять человек и немедленно проверьте состояние арсенала. Вооружитесь сами и вооружите всех дворян, которых найдете во дворце! Патриций Дециус! Немедленно соберите всех слуг, которые здесь остались!

Команды так и сыпались. Боня даже заслушался. А вот Иситай возник рядом и иногда стал подсказывать Алехее. Та сначала не обратила на него внимания, но к советам прислушалась и соответствующие распоряжения дала. Потом подняла глаза на советчика, но ограничилась только тем, что застыла на несколько секунд и пару раз моргнула. Затем медленно перевела взгляд на Боню, увидела, что тот улыбается, и продолжила распоряжаться дальше в прежнем темпе.

Когда дело дошло до размещения пленных, Боня, вспомнив опыт Пиночета, решил вмешаться:

— Алехея, у вас тут ипподром есть?

— Есть, конечно. Только зачем он тебе понадобился? Хочешь поднять дух у народа, игры устроить?

— Да нет. Тут пленных алов, даже с учетом всех потерь, больше пяти тысяч будет. Ни в одну тюрьму не влезут. Я вот и думаю их на ипподроме пока запереть. И места много, и охранять легко.

Возражать никто не стал. Порученцы побежали готовить арену и трибуны. Заодно обсудили приятную (как отметила императрица) тему — как получить от пленных максимальную выгоду. Боня подкинул еще пару идей.

— Выкуп только с богатых требовать можно, — сказал он. — Но ты и простых солдат как-нибудь к делу приспособь. Пусть как минимум отработают. А если кто в веру по вашему обряду перейти захочет, так можно будет и в качестве поселенцев принять. Народу-то у вас в империи почти не осталось, одно название.

— Какое же это поселение из одних мужиков? — удивилась Алехея.

— Ничего, с бабами, в случае чего, хифчаки помогут, я договорюсь. Они в полон в основном женщин берут, так что могут и вам продать по дешевке. А у тебя как раз деньги от выкупа пленных аристократов появятся.

Идея императрице не то чтобы очень понравилась, но к сведению она ее приняла.

— Не забудь квартал алов в порту вместе с причалом в свою пользу конфисковать и тоже включи в качестве части выкупа, — продолжил Боня. — А то потом деньги разово заплатят и будут имущество назад требовать, ибо мир между вами. Зачем же вы тут конкурентам такие преимущества раздаете? У самой небось по городам алов своих кварталов нет? Понятно, что нет. Так и к себе пускать незачем. Они у вас всю торговлю перехватят. А на Внутреннем море основным торговым флотом должен быть флот империи.

— Все ты правильно говоришь, — вздохнула Алехея, — только нет у нас флота. Когда-то был, а потом все меньше и меньше становился. Теперь Гальбади и вовсе оставшиеся корабли сжег.

— Дело поправимое, — стал утешать ее Боня. — Тридцать галер у вас, считай, уже есть.

— Каких галер? — спросила императрица дрогнувшим голосом.

— Тех, на которых твой Гальбади удрать пытался с награбленным. Мы корабли пока вместе с людьми и грузом на берегу сложили, мои гвардейцы стерегут. Немного, конечно, поцарапали мы эти галеры, но починить можно.

Императрица открыла рот и забыла его закрыть.

— И еще. — Боня решил добить Алехею окончательно. — Ты же говорила, что на вас хумы с большим флотом идут. Кораблей двести. Если хотя бы половину из них захватить, то просто замечательно получится…

ГЛАВА 3

Император?

День завершился в организационных хлопотах. Придворные вооружились и носились туда-сюда как угорелые. Императрица решительно, но с улыбкой гоняла их по всему городу с поручениями, строя глазки, а некоторых даже целуя. К Бониному удивлению, как правило, с поручениями дворяне справлялись. Может, этому и не надо было удивляться, нормальные молодые аристократы, которых крашеными блондинами сделали только введенные Алехеей правила игры при дворе.

А вот с вооруженными силами империи дела шли туго. Ни одного стражника до конца дня так и не нашли. С трудом наскребли пару сотен военных, и то за счет личных знакомств придворных с офицерами. Остальные все как сквозь землю провалились. Даже простые солдаты. Видимо, от алов где-то по домам попрятались, а то и вовсе из города драпанули.

Но для охраны ипподрома все-таки людей хватило. Поставили часовых, Боня выделил полк пикси. Те, правда, похулиганить норовили, периодически постреливая по каменным трибунам (пленных согнали в центр, на скаковую дорожку), но зато никто ни бунтовать, ни бежать не пытался.

Переправка пленных с галер на ипподром заняла всю ночь. Из придворных и пикси сформировали двадцать «досмотровых бригад». Пикси вытаскивали моряков по одному и тащили к дворянам, те осматривали пленных, отбирали оружие и сортировали по уровню возможного получения выкупа. «Сосчитанных» сгоняли в колонну и под конвоем отводили на ипподром. Наиболее ценных пленных императрица отправила в казематы в подвалах дворца.

При извлечении с галеры дожа Гальбади императрица пожелала присутствовать лично. В отличие от герцога Бульманского ногами его пинать не пыталась, но очень долго молча рассматривала с высокомерной презрительной улыбкой. Боня ее за это даже зауважал.

Алы несколько раз пытались прорваться через городские ворота, но все эти попытки легко пресекались пикси и гаргульями. Правда, одному довольно большому отряду удалось-таки спуститься со стены по веревкам вдалеке от ворот. Даже добычу с собой кое-какую прихватили, но не очень много, так как уходили пешком. Перекинуть через стену еще и лошадей они то ли не смогли, то ли не пытались. Поскольку узнали об их бегстве не сразу, посылать погоню Боня не стал. Ищи их потом по округе… Вот если мародерствовать по дороге начнут и сведения об этом дойдут до столицы… А пока не до них.

Следующий день ушел на отлавливание по городу оставшихся на свободе алов. Но дела пошли уже лучше. Местные жители на иноземцев охотно стучали, да и в задержании помогали. Все-таки алы были оккупантами и симпатий не вызывали. К тому же до горожан дошло, что власть полностью переменилась и императрица снова правит. В результате за полдня объявились и все стражники, и оба гвардейских полка. Сами прибежали, горя рвением служить любимой государыне. Так что удалось и патрули по всему городу отправить, и «зачистка» пошла бешеными темпами. Заодно и все купцы-алы под раздачу попали. Вместе с товарами. Бывает…

Чиновников и придворных тоже набежало полный дворец. Столь же рьяных и жаждущих оправдать высокое доверие, как и военные. Боня им субботник устроил, порядок в своих департаментах наводить (во дворце, как ни странно, все слуги на месте остались, так что своими силами справлялись и такие помощники им бы только мешали). Ну а из старших чинов императрица сформировала комиссию по разбору награбленного и возвращению имущества владельцам. Рвались в комиссию все, чуть до драки дело не дошло. Боня настоял, чтобы ее председателем стал Иоанимус, все-таки свой человек и вроде не вор. Алехея не возражала. Оказывается, Иоанимус был произведен в митрополиты и в Синод вошел, так что чин имел достойный.

Разбор имущества, оставшегося на галерах, стал чуть ли не главным занятием в городе. Охрану выставили, чиновников набежало, императрица лично ходила дважды проверять в течение дня.