Дмитрий Смекалин – Фэнтезятина (СИ) (страница 58)

Магистры в ложе тоже губами зашевелили, запоминают? Зачем?

И, вообще, хватит позволять Клеоне меня расспрашивать. У нее свои цели, но мне-то информация тоже нужна:

— А ты, наверное, с детства по театрам ходить привыкла?

Принцесса ответила не сразу:

— Знаешь, меня, наверное, можно назвать дочкой старшего брата. Отец умер, когда мне пяти лет не было, у королевы-матери только один свет в окошке, Отон. А Альзен мне, действительно, разрешал делать все, что угодно, в том числе и в театр ходить. Ты ведь это хотел спросить?

— Спасибо, — совершенно искренне сказал я. А младший брат у нее, действительно, раздражение вызывает, ревнует она его к матери. До сих пор ревнует. Вот только дает мне это знание совсем немного. Или очень много. Раньше-то я о королевской семье Лавардии вообще ничего не знал.

Но из непонятного положения надо выбираться:

— Ты в Лаварде в театр просто ходишь, или есть театр, которому ты покровительствуешь?

— Официального королевского театра у нас нет, это только дед нынешнего князя Свантинского такой завел. Не слышала, чтобы это сильно улучшило театр.

— Знаешь, в нашем замке в библиотеке было несколько странных книг. В том числе одна с необычными пьесами. Гастон из Валиссии (я назвал наугад самую далекую страну, о которой вспомнил) был то ли составителем, то ли автором. А может, был он вовсе не из Валиссии, а просто под таким именем сочинял, стесняясь огласки. В общем, если будет время, могу попробовать что-нибудь из этого записать. Не уверен, что дословно получится, но будет немного в другом стиле, чем мы сейчас видим. Тебе как, интересно?

— Гастон Валисский говоришь? Ну, ну. Конечно, интересно. Стихов он еще не сочинял?

Н-да, явно она на меня подумала, а я искренне хотел местную галиматью на что-нибудь достойное из классики заменить. Как бы мне тут вместо мага не пришлось в поэты-плагиаторы переквалифицироваться. Этак я совсем самоуважение потеряю. Но в отношении ко мне принцессы какие-то позитивные нотки стали проскакивать. Тоже неплохо.

— Стихи вспоминать надо. Пьесу можно своими словами пересказать, а со стихами так не пойдет. Но я постараюсь.

— Ты уж постарайся. И вспомни, пожалуйста, стихотворение или сонет, который он Клеоне посвятил. Договорились?

Принцесса явно пришла в хорошее настроение и стала просто развлекаться. Никогда не понимал женщин, хотя у Димы Беркова кое-какой опыт был. Как он считал, положительный. Теперь — не уверен.

В результате я просто стал рассказывать забавные истории из жизни Валиссцев, переиначивая анекдоты про английского лорда и его дворецкого. И даже иногда комплименты Клеоне отпускал. Осторожно, чтобы чего не подумали.

Наконец, стук молотков прекратился, и это было воспринято публикой, как звонок к началу нового действия. Действительно, зачем еще в гонг бить, если и так от молотков в ушах звон стоит?

По дороге к моему месту ко мне неожиданно подошел служитель и с поклонами и ужимками передал, что принцесса Эгрейн ждет меня в следующем антракте в своей ложе. Вот обрадовал!

Театральное действие я опять же промедитировал, заодно вспоминая анекдоты, которые можно было бы рассказать уже этой принцессе. К моменту моего попадания, жанр этот в России, практически, умер. Пропал флер запретности, а юмористов на эстраде развелось столько, что все бородатые шутки в дело пошли и в тираж вышли. Но кое-что подобрал. В поэты меня уже записали, в драматурги сам напросился, теперь в острословы попасть стараюсь. Вот такой из меня неправильный прогрессор получился. Нет бы паровой двигатель смастерить. Но — не хочу и не буду. А стихами и анекдотами я местным жизнь, надеюсь, не испорчу.

Эгрейн меня, однако, огорошила вопросом:

— Рассказывайте, когда у вас с Фьерделином дуэль? На каких условиях?

Ректор, похоже, как и я, такого вопроса не ожидал. Так что мы даже переглянулись с недоумением.

— Простите, прекрасная принцесса, но разве Фьерделин тоже в театре? Я его до сих пор не видел.

— Не может быть! — Удивилась принцесса и повернулась куда-то вглубь ложи: — Пьетро, сходите, пожалуйста, узнайте, куда это Фьерделин исчез в этом антракте? Пьесу вы все равно уже видели, вы же сюда часто ходите, я знаю.

Один из молодых людей, не знаю его, не из студентов, быстро поклонившись, вышел из ложи.

— А с чего вы решили, свет очей моих, что Фьерделин собрался вызвать меня на дуэль? То, что он меня недолюбливает, я заметил, но причина так и осталась мне непонятной.

— Барон, неужели вы настолько не от мира сего, что даже не полюбопытствовали, кем был Фьерделин-старший, чей меч вы столь демонстративно носите на поясе?

— Эгрейн, наверное, не следует обсуждать здесь наших гостей из Лавардии, — недовольно поморщившись, попытался остановить ее ректор. Но принцесса уже закусила удила:

— Тоже мне, тайна! Огаст Фьерделин — сын коннетабля Лавардии, которого один барон сделал его преемником. Но не во всем. Самое ценное имущество барон забрал себе в качестве трофея, в чем я его полностью поддерживаю и одобряю. Так что все только и спорят, когда же, наконец, вы разрешите ваши разногласия дуэлью. Я уже вам свой шарф хотела подарить на время поединка — повязать на руку, которой вы его сразите. А дуэли все нет. Вам-то его вызывать, особого резона нет, но почему медлит граф? Мне говорили, что сегодня в театре он был намерен устроить вам скандал и вызов! И где он?

Я рассыпался в благодарностях. За шарф и веру в меня, разумеется.

Но это я удачно в театр сходил! Совсем не за этим сюда собирался, но, неожиданно, очень многое узнал. Кстати, а почему я сам до сих пор не выяснил причину негативного отношения к себе Фьерделина? На самом деле, спросить было некого. Ален Дерк никого из высшего света Лавардии не знает, а с местными аристократами я до задушевных бесед не сблизился. Надеялся нужную информацию без расспросов узнать. Вот и узнал! Только что мне с ней делать? Хотя, если дуэль неизбежна, придется этого Фьерделина просто убить. По возможности так, чтобы никто применения мною ментальной магии не заметил. Скажем, войти в клинч, наложить на него "паралич" и прирезать по-тихому, как папашу. Не по благородному, но жить хочется. Впрочем, видно будет, тактика может быть разной, в зависимости от условий дуэли. Вызов на которую я, между прочим, так и не получил.

Меж тем вернулся посланный на разведку Пьетро. Он даже не скрывал своего презрения и не приглушал голос:

— "Благородный" Фьерделин весь антракт просидел за кулисами у какой-то актриски! И сейчас снова отправился к ней!

Ложу аж заштормило от всеобщего возмущения в эмоциях. Даже мессир Ортори был шокирован. А принцесса — больше всех:

— И это лавардский аристократ! Я тут лучшего дуэльного мастера вам в качестве секунданта привела, кстати, познакомьтесь, — принцесса кивнула мне и этому Пьетро: — а он родовую честь у какой-то актриски забыл! Какой позор!

Интерлюдия 9. Счастливая Мерта

Молодая актриса на самых скромных ролях в Первом городском театре была этим вечером абсолютно счастлива. Надо же, какая удача!

Сначала этот милый мальчик из студентов Академии прислал корзиночку цветов с целыми пятью экю! Никогда ей столько не платили. А потом в антракте вместо него неожиданно явился совсем другой господин. Постарше и целый граф. Вел себя немного странно и напряженно, но говорил вполне правильные комплименты.

Мерта было заикнулась ему, что ждала другого юношу. Щедрого юношу. Который ей пять экю прислал. Так этот граф ухмыльнулся и целых десять ей отсыпал! Просидел весь антракт в ее закутке, а потом явился в следующем и после спектакля.

В антракте она вежливо объяснила ему, что боится опоздать к началу представления, но если бы он настаивал, конечно бы смирилась. Но душка-граф не настаивал. Только посадил ее к себе на колени и даже почти не лапал. То есть положил ей по-хозяйски руку на попу, но дальше не пошел. Так и сидели оба антракта и некоторое время после спектакля. Он, практически, не шевелился, а она только водила пальчиком по его груди. Удивительно твердой, как будто у него под камзолом был доспех надет.

А потом он просто стряхнул ее с колен и ушел. Даже сексом заниматься не пришлось. И мальчик из Академии так и не пришел, деньги никому возвращать не надо. Целых пятнадцать экю за вечер! Это — счастье! Лучше могло бы быть, только если кто-нибудь из них захотел стать ее покровителем. Мальчик, правда, слишком юн. А граф — иностранец, но, возможно, в Академии он тоже задержится? Так что еще не все потеряно.

Радостно напевая, Мерта стала прикидывать, на что можно потратить свалившееся богатство.

Эпизод 38. Праздник Дня династии

Месяц до празднования Дня династии Церингов (вот какая у Изольды фамилия, оказывается!) прошел неожиданно спокойно, можно сказать, позитивно. Фьерделина я, вообще, ни разу не видел, он, похоже, совсем из Представительства все это время носа не высовывал. Не сочувствую, сам во всем виноват и упертый придурок по личным качествам. К сожалению, окончательная проблема с ним еще ждет своего решения.

А вот с одногруппниками у меня отношения стали налаживаться. С теми, которые из Леиды. Лавардские "графья", как смотрели на меня волками, так и продолжают. А Лятен, наоборот, смотрит с испугом и седьмой дорогой обходит. Земляки, называются!