Дмитрий Скирюк – Драконовы сны (страница 26)
Потом явился посланник от гильдии ростовщиков с намереньем напомнить о заложенном Рудольфом доме, который откупил себе Жуга, который в свою очередь исчез неизвестно куда, не выплатив проценты по закладу и не уладив какие-то формальности, и Телли начал сатанеть.
– Да что они там, с ума посходили?! – кричал он, в бессильной ярости бросаясь на Рудольфа. – Что же это творится?
Но настоящие неприятности, как выяснилось вскоре, ещё только начинались.
Весть о случившейся в корчме резне распространялась со скоростью пожара, обрастая всё новыми подробностями, и к вечеру о ней уже знал весь город. Едва стемнело, к улице Синей Сойки двинулась большущая толпа, вооружённая лопатами, факелами и дрекольем и распалённая пивом и злобой.
– Думаю, вам лучше уйти, – сказал Рудольф, выглянув в окошко и запирая дверь.
– А ты? – опешил Бликса.
– Вряд ли они за мной.
– Ты думаешь, они будут разбираться?
– Чего спорите? – угрюмо вмешался Телли. – Всё равно уже поздно.
Рудольф не ответил.
Старый тополь уже давно не был преградой – и сами обитатели Рудольфова особняка, и разные бродяги растащили на дрова все ветки и макушку. Толпа запрудила улицу, по крыше дома загремели камни.
– Эй, душегубцы! А ну, выходите, лекаришки поганые!
– Отпирай, Рудольф!
– Где энтот, Лис который? Пушшай выйдет!
– А не то дом сожгём!
– Верно! Петуха им пустить. За «Петуха»!
– Эта… красного!
Прогнившая балка тараном ударила в ставни, оконное стекло со звоном лопнуло. Кто-то влез на крышу, кровлю разобрать побоялся, но от злобы помочился в трубу. Угли в камине противно зашипели, комнату наполнила вонь. Шутку на улице встретили хохотом и улюлюканьем и с новой силой набросились на дверь.
Рудольф встал:
– Я выйду.
– С ума сошёл! – вскочил Телли.
– Должен же им кто-то сказать, что Жуги здесь нет! Пусти.
Решительным движеньем отстранив мальчишку, старьёвщик снял засов и распахнул дверь. Толпа невольно притихла, только пламя факелов, потрескивая, трепетало на ветру. Взгляд Рудольфа медленно скользил по серым, в сумерках почти неразличимым лицам.
– Чего пришли? – сказал он наконец. – Это мой дом. Вы все меня знаете. Я вам зла не делал.
Толпа зашевелилась.
– Где этот… рыжий?
– Да, иде он?
Рудольф нахмурился.
– Его здесь нет. Стражники сегодня уже обыскивали дом.
«Врёшь, тута он! – загомонили люди. – Негде больше…», «Выйдет пусть только… сами разберёмся…».
Из толпы вылетел камень. Ещё. Рудольф шатнулся, ухватился за косяк и медленно осел на ступеньки. Едва соображая, что делает, Телли выскочил и едва успел подхватить старика. Закусил губу и обернулся к толпе:
– Вы что творите, гады?!
И в этот момент наружу высунулся Рик.
Толпа охнула и сдала назад. Взревела:
– Вон он!
– Вона!
– Бесовское отродье! Бей его!
– Бей! Бей!
Одни спешно проталкивались в тыл, другие, наоборот, лезли вперёд, толпа сливалась в серое бесформенное месиво – свет факелов в глазах, оскаленные зубы, палки, камни, кулаки… Рудольф с неровной ссадиной на лбу… Слёзы мешали смотреть, Тил чувствовал, как нечто злобное, отчаянное поднимается в груди, комком клокочет в горле. В один короткий миг в голове будто открылась дверь, он вскинул руки – не то заслоняясь, не то для удара, и… стал выкрикивать:
Народ сперва по-прежнему шумел и наседал, потом вдруг притих. В молчаньи, незнакомо, звонко падали слова:
– Да заткните же его! – закричал костлявый длинноногий парень, выхватил у соседа факел и подбежал к крыльцу. Замахнулся – пламя с гулом разорвало воздух.
Рик гневно пискнул, вскинулся и растопырил крылья, а в следующий миг ударил нападавшего мордой в живот. Драконья шея распрямилась, как таран, парень отлетел шагов на пять, выронил факел и шлёпнулся в грязь. Телли осёкся и умолк на полуслове, ошеломлённо глядя на толпу. Потряс головой, избавляясь от наваждения. А Рик внезапно раздулся, как бочонок, напрягся…
И выдохнул.
Две длинные струи оранжевого пламени с шумом вырвались из узких – щёлочкой – драконовых ноздрей, прошлись широким веером над землёй, опалив передние ряды, взлетели к небу и распались язычками синего огня на мостовой. Все замерли, кто где стоял, лишь костлявый парень выл и метался на земле, сбивая пламя со спины.
А после началась паника. Толкаясь, падая, люди с криками мчались прочь. Улица быстро пустела. Телли, Бликса и Рудольф ошарашенно глядели, как Рик невозмутимо прошествовал обратно в дом и улёгся на любимый коврик у камина. Поёрзал там, устраиваясь поудобнее, зевнул и закрыл глаза.
– Высморкался… – невпопад сказал вдруг Бликса. – А я его веником гонял… – Он выглянул на улицу. – Может, не стоит ему это… у камина спать? Полыхнёт ещё.
Рудольф медленно поднялся и долго смотрел на спящего дракона. Перевёл взгляд на Телли.
– Раньше с ним бывало… такое? – Мальчишка помотал головой. – Ты смог бы это повторить?
– Да я ж не делал ничего! – вскричал Телли. – Он сам!
Старик нахмурился.
– М-да, – он вытер кровь со лба. – Коль так пойдёт и далее… Эй, ты чего?
Бликса, разинув рот, смотрел в сторону стола.
– Это… – пролепетал лудильщик и указал рукой. – Доска…
– Что «доска»?
– Доска… шевелится.
Рудольф мгновение стоял, соображая, что к чему, затем метнулся к столу.
– Телли! – вскинулся он. – Кто передвинулся?
Тот вгляделся в костяные фигурки. Поднял на старика растерянный взгляд.
– Дракон… вроде бы.
– Точно – дракон?!
– Ну… вроде бы.
Все посмотрели на Рика – тот спал как ни в чём не бывало.
Рудольф пошарил под стойкой, вынул коробку, а из коробки – кусок мела. Аккуратно пометил на доске все клетки, где стояли фигурки, вытер пальцы о накидку и, ни слова не говоря, отнёс доску на камин. Все молчали. Без слов было ясно: происходит странное.