Дмитрий Сиянов – Тропы зверей (страница 4)

– Мда… С этого ракурса я ситуацию как–то не рассматривал, – усмехнулся я.

— Во-во, – кивнул Петросян. – А так за три дня все заражённые уже переродились, а у местных иммунных, сам понимаешь, шанс на выживание слегка повышенный. — Петросян снова криво ухмыльнулся, и добавил со вздохом: — Хорошо бы, конечно, всех спасать, но это нереально. Во всяком случае, пока нереально…

На базе подготовке спецвойск творился форменный бардак! Как, впрочем, и в любом другом населённом кластере, который недавно перезагрузился. По территории тут и там шарахались медляки, что–то где–то горело, кто–то кого–то ел.

Наше прибытие произвело эффект разворошённого муравейника. Заражённые со всех концов стали стягиваться на шум, а шуму мы производили много! Целая колонна военной техники, грузовики… Когда въезжали на территорию базы, ещё и пару очередей из бортового вооружения слышал – видимо, кого–то посерьёзнее бегунов успокаивали. Да ещё штабная машина, вооружённая «матюгальниками», принялась надрываться на всю округу: «Говорит полковник Савельев. Внимание, выжившие! Сохраняйте спокойствие. Проводится спасательная операция». О каком спокойствии можно говорить в недавно перезагрузившемся кластере?! Ничего не понимающие люди, недавно попавшие в Улей и оказавшиеся иммунными, вряд ли способны сейчас сохранять спокойствие, будь даже они трижды военными. Но спецуровцам виднее, как и что нужно делать – они этот кластер по расписанию зачищают.

Наш взвод последним покинул нутро боевой машины. Бойцы Спецуры уже начали рассредоточиваться по территории базы, походя успокаивая встречающихся заражённых. Видно, что все действуют по чётко отработанной схеме, каждый знает, куда бежать и что делать.

Не стали задерживаться и мы, Щит коротко скомандовал:

— За мной! – и мы двинулись к нашей цели.

Из-за угла склада ГСМ на нас выбежали два спидера, и, не успев толком даже заурчать, один получил в лоб томагавк от Маньяка, а другому я разнёс голову даром. Щит одобрительно хмыкнул, и мы пошли дальше.

Перед тем как заходить, Щит и Абрек надели на головы и включили налобные фонарики, и мы с Маньяком последовали их примеру. И не зря – окна в помещении склада были только под самой крышей, электричества не было, так что там царил полумрак.

Склад горюче-смазочных материалов никаких сюрпризов не преподнёс: обычный склад, по стенам стеллажи с канистрами, по центру – разделенные проходами ряды бочек, перед ними — лужа крови и пара трупов рядом с перевёрнутым письменным столом. Ничего необычного, в общем. Ну если не считать необычным то, что из-за перевёрнутого стала на нас очень резво выпрыгнул заражённый с окровавленной мордой – эффектно так выпрыгнул!

Эффектно, но не эффективно, да и эффектность, кроме меня, похоже, никто не оценил. Щит лишь поднял перед собой согнутую в локте руку — раздался глухой стук, и заражённый, не долетев до нашего командира метра полтора, ударился в невидимую стену и опрокинулся на спину. Подняться ему не дал Абрек, быстро и без затей пробив бедолаге голову клевцом на длинной рукояти.

— Скил, Маньяк, проверьте правую сторону. – Скомандовал Щит. – Мы с Абреком левую.

Больше на складе никого не оказалось, и вскоре мы снова собрались у перевёрнутого стола, рядом с которым лежал полуобглоданный труп. Глядя на него, Щит сказал со вздохом:

— Эх, опять Санычу не повезло. Хороший мужик и завхоз от бога, второй раз уже иммунным оказывается, видишь, как обглодали? – Он указал мне на тело невезучего Саныча. – Он, похоже, стол перевернул, отстреливаться начал – те два тела с огнестрелом лежат. А сзади ещё один подошёл. Ладно, здесь вроде всё.

С этими словами он щелкнул переключателем рации, висящей у него слева на разгрузке, и проговорил уже чётко, по–армейски:

— Щит четвертому. ГСМ чисто. Потерь нет, выживших не обнаружено.

— Четвёртый Щиту. – Донёсся из рации голос Петросяна. – Понял тебя. Двигайтесь к штабу.

— Есть! – ответил Щит и махнул нам рукой. – За мной.

Мы переглянулись с Маньяком. Парень пожал плечами и скорчил рожу, мол, такие они, спецуровцы эти… Но делали мы это уже на ходу – приказ всё-таки! Понимание имеем! Вообще–то, так даже хорошо иногда. Когда ни думать ни о чём особо не требуется, ни самостоятельных решений принимать… Хорошо! Но в меру!

— Щит, – окликнул я командира. – А что, заражённых на предмет трофеев проверять не будем? Вроде задачу выполнили и не торопимся никуда.

— Не, Скил. – Ответил Щит не прегрешая движения. – В Спецуре так не делается! Это рассеивает внимание бойцов, да и способности личного состава нужно применять правильно.

— То есть?

— Ну смотри! Сначала нужно зачистить территорию и взять её под контроль. Дозорных расставить, распределить технику – кто какие направления прикрывает, кто в резерве, куда какие машины для загрузки подгонять.

— Угу. – Кивнул я.

— Дальше. Нужно оказать помощь раненым, если таковые имеются, погрузить нужное… И тут начинаются детали! – Щит сделал паузу, видимо, чтобы подчеркнуть важность этих самых деталей. — Вот ты, Скил, двухсотлитровую бочку бензина упрёшь в одно лицо?

— Ну, укатить разве что, потихоньку смогу…

— А Абрек упрёт! – торжественно заявил Щит. – А Маньяк при этом, наверно, даже не вспотеет. Так что тебя эффективнее поставить загружать патроны. И на сбор трофеев с заражённых людей выделят – это ведь тоже добыча рейда и сдаётся, как и всё остальное, под отчёт! А под отчёт – это значит с ментатом!

— Даа… Всё серьёзно!

— Ну так! На то мы и Спецура, блин! – Хохотнут Щит.

За разговором дошли до штаба. Петросян встретил нас хмурой рожей.

— Командир, что–то не так? — поинтересовался Маньяк.

— Не так. – Буркнут в ответ Петросян. – У нас потери, причём глупые!

Командир четвёртой роты чуть помолчал, а потом решил объяснить:

— Попался тут один из выживших. Резкий как понос! Забаррикадировался, мы к нему – он сразу стрелять! Мы ему: «Сохраняйте спокойствие, проводится спасательная операция от штаба округа», всё такое. А он нам: «Врёте, суки! Не знаю как, но чувствую, что врёте!». Дар, видать, прорезался… Я к нему Копача отправил, чтоб тот его скрутил – так он его завалил!

— Как завалил?

— Наглухо!!!

— У него же дар был… как его, ээ… каменная кожа. Даже из «калаша» пятнадцать секунд не пробивало… — удивился Щит.

— Ага, то–то и оно, что кожа! А этот ему из ПМа в глаз!

— Да, дела…

— Вот думаю, как его скрутить сподручней. Для того тебя и вызвал.

Щит кивнул, а у меня в голове родился план, простой как лом – а значит, надёжный!

— Щит, эта невидимая стена, которой ты бегуна остановил, — насколько я понял, пули её не пробивают?

— Не пробивают. – подтвердил Щит. – Даже из крупного калибра.

— А двигаться ты с ней можешь? – продолжил расспрашивать я своего непосредственного командира, но ответил мне Петросян:

— Может. Щит прикрывает область шириной метр на два перед собой в течении пяти секунд Защита практически абсолютная, даже танком не сдвинешь, Щит никакого воздействия с внешней стороны не чувствует. Правда, и сам двигать может только то, что сдвинул бы руками…

— Это не важно. – Перебил я Петросяна. — План такой: заходим к вашему резкому, Щит, потом я, за мной Маньяк; я бью по большой площади даром – воздействие так не такое резкое, но это его отбросит и ошеломит; Маньяк, он самый быстрый из нас, спелёнывает пациента! Мне за щит только руку выставит надо и цель видеть, куда бить.

— Не надо руку выставлять… и командира перебивать тоже не надо. Щит у Шита, простите за тавтологию, односторонне проходимый. А так план одобряю.

— Ещё и односторонне проходимый! – буркнул себе под нос Маньяк. – Вообще имба какая–то!

— Чего? — Не понял Щит

— Забей! – отмахнулся Маньяк. – Мысли вслух. Пойдём уже к резкому вашему, что ли? А то пока мы тут думаем, он уже куда-нибудь передислоцируется. Я бы на его месте так сделал.

С резким новичком всё прошло как по нотам – зашли, ударил, спеленали. Петросян решил его отдельно от остальных выживших везти, ибо не хрен!! Вот она, основная великая армейская мудрость – не хрен, и всё!

Остаток дня заняла погрузка, в которой мы с Маньяком наряду с большинством бойцов Спецуры принимали активное участие. Мне и вправду пришлось таскать патроны, а Маньяку бочки с бензином.

Обратно в стаб ехали почти тем же составом. Иммунных, которые, как говорил Петросян, являлись нашей первоочередной целью, нам даже не показали, их сразу отвели в специально отведённую для них машину, где их и взяли в оборот специально подготовленные для этого люди. Спецура, блин, и всё у них специально! Иммунных, кстати, спаслось довольно много – человек двадцать. Всё же у военных на первых порах больше шансов выжить в Улье.

Наш резкий поехал с нами – видимо, как особо тяжёлый случай. Сидел в уголке, связанный по рукам и ногам, и смотрел на всех волком, или, скорее, хорьком – сложения парень оказал совсем не богатырского, а уж на фоне плюхнувшегося рядом с ним Маньяка так и совсем мелкого.

Маньяк сочувственно поглядел на нашу жертву и спросил:

— Пить хочешь?

Тот молча кивнул. Сняв с пояса флягу, маньяк попытался напоить парня, но в немилосердно трясущейся военной машине получилось разве что облить.

Мой друг не печатно выругался и предложил Петросяну:

— Давай его развяжем.

— А если чудить начнёт? – с сомнением глянул на резкого новичку Петросян. – Парень то резкий, и нашли мы его не в песочнице.