Дмитрий Сиянов – Скил (страница 32)
– Ну, такого не бывает! – перебил его уже сильно захмелевший Резон.
– Вот я, Резон, понять не могу, – сказал Клоп. – Тебе, похоже, в детстве сильно не повезло, и ты слишком рано узнал, что Деда Мороза не существует? А ты так в него верил, бедняга, и тут такое разочарование! Вечно ты во всём сомневаешься и во всё не веришь. Может, тебя в Фому перекрестить?
– Я тебя сейчас сам перекрещу! – Резон осенил мелкого азиата Клопа крестным знамением. – Сгинь, нечистая ускоглазая сила! Да, я люблю спорить, в споре рождается истина! – Резон поднял вверх указательный палец и со значением потряс им. Похоже, они с Клопом были вечными соперниками.
– А я и сейчас в Деда Мороза верю и в Бабайку! – сказал Бурят. – Особенно в Бабайку. Вот ляжешь на край кровати, да ещё один, а он из-под неё ка-а-ак выпрыгнет! – При этих словах Бурят скорчил страшную рожу, хотя она у кваза и без того была не очень привлекательной, и показал, как означенный Бабайка должен выпрыгнуть из-под кровати. Надо сказать, очень убедительно получилось, такого Бабайку я тоже боюсь.
– Вот поэтому, – продолжал Бурят, – я с собой в номер всегда стараюсь девушку пригласить, чтоб вдвоём не так страшно бояться было.
– Так тебе с собой отряд бойцов в спальню брать надо, – отсмеявшись, предложил Пляжник. – Или Грома.
– Ну уж нет! – не согласится с ним Бурят. – Лучше с Бабайкай в постели, чем с мужиками, а уж тем более с Громом. Проснёшься потом от взрыва по дороге на Луну.
Все опять засмеялись – похоже, взрывоопасность Грома была одной из любимых тем для шуток в этой компании.
– А вообще знаешь, Скил, – вернулся Леший к прерванной беседе. – Если тебе нравится охотиться на тварей и пока ты ещё не стал совсем крутым перцем со стальными яйцами, заходи к нам в Нору. В свою команду мы тебя пока взять не можем – сам понимаешь, у нас уже штат укомплектован и команда сработана – но там охотников много, и от нас тебе самые лучшие рекомендации.
– Спасибо!
Я задумался: а может, действительно перебраться в Нору. Что меня здесь держит? Здесь есть казино и арена, но я не азартен, во всяком случае, не в таких делах, на деньги не играю. Здесь просто шикарный бордель, мне об этом не раз говорили, и я в этом даже лично убедился; хотя, если подумать, горячая встреча с Милой – это ещё не доказательство, я ей, вроде, и так нравился, не по работе. В общем, бордель – это точно не тот фактор, который может меня здесь удержать. Меломан? Он, конечно, успел стать для меня хорошим приятелем, можно сказать, корешем, но и только, больше приятелей у меня здесь нет. Да и просто нравится мне в компании этих людей. Нет в них какой-то обречённости, как в местных снабженцах, или лишнего пафоса и высокомерия, которые я заметил почти у всех здешних вояк. Ходят такие важные и крутые, прямо спасу нет, на других рейдеров смотрят свысока: мол, что с вас взять, серость и убогость, вот то ли дело мы, военные! Тоже мне элита общества, не зря их все называют не военными, а именно вояками. Сколько среди них действительно кадровых военных, разбирающихся в военном деле? Хорошо, если процентов пять, но мне кажется, что гораздо меньше.
А вот команда совсем не простых охотников – совсем другое дело. С людьми общаются нормально, на равных, ни перед кем пальцы не гнут, и я, в общем-то, могу считать их своими приятелями: такое дело, как совместная охота на элитника, сильно сближает.
Мои полубухие – да что там, просто бухие – приятели начали расползаться по залу бара. Историк и Гром затеяли соревнование в дартс с ещё двумя незнакомыми мне рейдерами. Успехи у них, правда, были так себе: они не то что близко к центру, а даже просто в мишень не всегда попадали, но ребятам было весело. Они о чём-то болтали с соперниками, смеялись и хлопали друг друга по плечам при особо фееричных промахах – их соперники были ненамного трезвее и, как следствие, ненамного точнее в метании дротиков. Бурят с Хищником пытались охмурить двух каких-то девиц – не без успеха, надо сказать, несмотря на то, что красавцем кваза даже с натяжкой назвать сложно. Видимо, кот, участвующий в процессе, давал неплохие бонусы к привлекательности: вряд ли Хищнику были интересны женщины, всё же этот кот не настолько человек, но напарнику он активно подыгрывал и старался казаться милым и плюшевым – ел с рук и позволял себя гладить. А может, этому коту всё же нравятся женщины – ну, бывают же всякие извращенцы, зоофилы там, – может, этот кот такой же, только кот-человекофил, в смысле… М-да, я, однако, тоже неплохо набрался – такая хрень в голову лезет. А значит, надо… Значит, надо ещё выпить!
Всё было хорошо, вечер шёл своим ходом, а потом все неожиданно куда-то делись: Клопа и Резона унесли по номерам спать – устали ребята; вроде, кто-то отправился в казино, кто-то – в бордель. В общем, я остался абсолютно один и как-то особенно остро почувствовал себя очень одиноким и неприкаянным каким- то.
Я обвёл взглядом зал бара – ни одного знакомого лица. Хотя нет, вон Быча со своими приятелями сидит, как всегда какой-то мрачный и злобный, как будто хроническим геморроем страдает. Правда, в Улье это, вроде, невозможно, иммунных такие проблемы не беспокоят, но у него он, похоже, ментальный.
Ага! А вон в углу Лена притаилась со своими вечными спутниками – кружкой кофе и ноутбукам. Пойти к ней, что ли? Мне очень нравится эта девушка, если не сказать больше. Я часто о ней думаю, и когда Меломан сказал, что она обо мне спрашивала и, похоже, волновалась из-за меня, мне это было очень приятно. Да что там – я был тогда почти рад тому, что наш рейд попал в засаду и мне пришлось три дня выбираться обратно в стаб. Подойти или нет? С одной стороны, если она обо мне беспокоилась, значит, я ей нравлюсь… наверное. С другой стороны, я уже изрядно выпил, а это ей вряд ли понравится. Вот ведь, блин! На лотерейщика с голыми руками нападать не так страшно, как подойти к девушке, в которую влюблён. Да, влюблён, чего себя-то обманывать.
Я всё же решился к ней подойти – не так сильно я пьян, скороговорку выговорить ещё могу, не без ошибок, правда, но могу. Да и вообще, не съест же она меня.
– Привет, Лена! – сказал я и, не дожидаясь приглашения, подсел к ней за столик.
– Привет!
– Я заметил, что ты часто здесь бываешь, и всегда одна.
– Ну, здесь неплохо готовят, и кофе здесь вкусный.
– А почему всегда одна? – улыбнулся я.
– Мне нравится быть одной.
– Всегда? – удивился я.
– Да, – кивнула Лена. – Всегда.
– Хм… мне сложно такое понять, мне, конечно, тоже иногда нужно побыть одному, но…
– Скил, ты не понял: мне не нужна компания. – Кажется, меня собираются отшить. – У тебя ко мне какое-нибудь дело? Если нет, то…
– Да, дело, – быстро проговорил я. – Лена, ты мне нравишься.
– Я рада, – без намёка на радость сказала Лена. – Ну, что за дело?
Атака в лоб не удалась, но я так просто не сдамся!
– Лена, ты любишь стихи? Можешь послушать? Мне очень важно твоё мнение. – Бровь Лены удивлённо приподнялась, и я поспешил развить успех: – Они как раз касаются темы нашего разговора.
– Стихи о делах? – с сомнением проговорила девушка, выделив голосом последнее слово.
– Нет, об одиночестве:
– Это хорошие стихи, Скил, – немного помолчав, сказала Лена. – И ты хороший парень, симпатичный, но я не та девушка, которая будет развеивать сегодня твоё одиночество. Сходи к девочкам в бордель, они будут тебе рады, а Мила с тебя даже денег не возьмёт. – С этими словами она встала, убрала ноутбук в сумку и вышла из бара.
Облом! Полный и безоговорочный.
Проснулся я глубоко за полдень, а точнее, ближе к вечеру. Даже утренний звонок не смог меня поднять. Я просто вытащил подушку из-под головы, положил её сверху и снова уснул. Видимо, сказалось то, что я уже без малого неделю нормально не высыпаюсь. «Ага, и бухал за это время уже два раза», – добавил внутренний голос. Я не стал с ним спорить: и это тоже.
Я рассчитывал пойти куда-нибудь поесть и, что самое главное, попить – желательно побольше, желательно чаю или рассолу. Но моим планам не суждено было сбыться, во всяком случае, не так скоро. Обломал мне их вахтёр.
– Скил! – окликнул он меня, когда я шёл к выходу из казармы. – Зайди к Марте, он хотел поговорить с тобой.
– Может, я позже зайду? – поморщился я.
– Он сказал: срочно.
Вот ведь блин! Было бы срочно, никто бы не стал ждать, пока я сам проснусь, меня бы просто разбудили, и всё. Голова болит, и пить хочется – разговаривать с Мартой сейчас никакого настроения нет. Тем не менее, я поплёлся в кабинет к своему пока ещё начальству: не стоит накалять отношения.
– Привет! – сказал я, заходя в кабинет к Марте. – Вызывал?