Дмитрий Сиянов – Скил (СИ) (страница 32)

— Ну, такого не бывает! — перебил его уже сильно захмелевший Резон.

— Вот я, Резон, понять не могу, — сказал Клоп. — Тебе, похоже, в детстве сильно не повезло, и ты слишком рано узнал, что Деда Мороза не существует? А ты так в него верил, бедняга, и тут такое разочарование! Вечно ты во всём сомневаешься и во всё не веришь, может тебя в Фому перекрестить?

— Я тебя сейчас сам перекрещу! — Резон осенил мелкого азиата Клопа крестным знамением. — Сгинь, нечистая ускоглазая сила. Да, я люблю спорить, в споре рождается истина! — Резон поднял вверх указательный палец и со значением потряси им. Похоже, они с Клопом были вечными соперниками.

— А я и сейчас в Деда Мороза верю, и в Бабайку! — сказал Бурят. — Особенно в Бабайку. Вот ляжешь на край кровати, да ещё один, а он из-под неё кааак выпрыгнет! — при этих словах Бурят скорчил страшную рожу, хотя она у кваза и без того была не очень привлекательной, и показал, как означенный Бабайка должен выпрыгнуть из-под кровати. Надо сказать, очень убедительно получилось, такого Бабайку я тоже боюсь.

— Вот поэтому, — продолжал Бурят, — я с собой в номер всегда стараюсь девушку пригласить, чтоб вдвоём не так страшно бояться было.

— Так тебе с собой отряд бойцов в спальню брать надо, — отсмеявшись предложил Пляжник. — Или Грома.

— Ну уж нет! — не согласится с ним Бурят. — Лучше с Бабайкай в постели, чем с мужиками, а уж тем более с Громом. Проснёшься потом от взрыва по дороге на луну.

Все опять засмеялись, похоже, взрывоопасность Грома была одной из любимых тем для шуток в этой компании.

— А вообще, знаешь, Скил, — вернулся Леший к прерванной беседе. — Если тебе нравится охотиться на тварей и пока ты ещё не стал совсем крутым перцем со стальными яйцами, заходи к нам в Нору. В свою команду мы тебя пока взять не можем, сам понимаешь, у нас уже штат укомплектован и команда сработана, но там охотников много, и от нас тебе самые лучшие рекомендации.

— Спасибо.

Я задумался: а может, действительно перебраться в Нору, что меня здесь держит? Здесь есть казино и арена, но я не азартен, во всяком случае, не в таких делах, на деньги не играю. Здесь просто шикарный бордель, мне об этом не раз говорили, и я в этом даже лично убедился, хотя, если подумать, горячая встреча с Милой это ещё не доказательство, я ей вроде и так нравился, не по работе. В общем, бордель — это точно не тот фактор, который может меня здесь удержать. Меломан? Он, конечно, успел стать для меня хорошим приятелем, можно сказать, корешем, но и только, больше приятелей у меня здесь нет. Да и просто нравится мне в компании этих людей. Нет в них какой-то обречённости, как в местных снабженцах, или лишнего пафоса и высокомерия, которые я заметил почти у всех здешних вояк. Ходят такие важные и крутые, прям спасу нет, на других рейдеров смотрят свысока, мол, что с вас взять, серость и убогость, вот то ли дело мы, военные! Тоже мне, элита общества, не зря их все называют не военными, а именно вояками. Сколько среди них действительно кадровых военных, разбирающихся в военном деле? Хорошо если процентов пять, но мне кажется, что гораздо меньше.

А вот команда совсем не простых охотников — совсем другое дело. С людьми общаются нормально, на равных, ни перед кем пальцы не гнут, и я, вобщем-то, могу считать их своими приятелями — такое дело как совместная охота на элитника сильно сближает.

Мои полубухие, да что там — просто бухие приятели начали расползаться по залу бара. Историк и Гром затеяли соревнование в дартс с ещё двумя незнакомыми мне рейдерами. Успехи у них, правда, были так себе: они не то что близко к центру, а даже просто в мишень не всегда попадали, но ребятам было весело. Они о чём-то болтали с соперниками, смеялись и хлопали друг друга по плечам при особо фееричных промахах — их соперники были ненамного трезвее и, как следствие, ненамного точнее в метании дротиков. Бурят с Хищником пытались охмурить двух каких-то девиц, не без успеха, надо сказать, несмотря на то, что красавцем кваза даже с натяжкой назвать сложно. Видимо, кот, участвующий в процессе, давал неплохие бонусы к привлекательности: вряд ли Хищнику были интересны женщины, всё же этот кот не настолько человек, но напарнику он активно подыгрывал и старался казаться милым и плюшевым — ел с рук и позволял себя гладить. А может, этому коту всё же нравятся женщины — ну, бывают же всякие извращенцы, зоофилы там, — может, этот кот такой же, только кот, человекофил, в смысле… Мдя, я, однако, тоже неплохо набрался — такая хрень в голову лезет. А значит надо… Значит надо ещё выпить!

***

Всё было хорошо, вечер шёл своим ходом, а потом все неожиданно куда-то делись: Клопа и Резона унесли по номерам спать — устали ребята, вроде кто-то отправился в казино, кто-то в бордель. В общем, я остался абсолютно один и как-то особенно остро почувствовал себя очень одиноким и неприкаянным каким-то.

Я обвёл взглядом зал бара — ни одного знакомого лица. Хотя нет, вон Быча со своими приятелями сидит, как всегда какой-то мрачный и злобный, как будто хроническим геморроем страдает. Правда, в Улье это вроде невозможно, иммунных такие проблемы не беспокоят, но у него он, похоже, ментальный.

Ага! А вон в углу Лена притаилась со своими вечными спутниками — кружкой кофе и ноутбукам. Пойти к ней, что ли? Мне очень нравится эта девушка, если не сказать больше. Я часто о ней думаю, и когда Меломан сказал, что она обо мне спрашивала и, похоже, волновалась за меня, мне это было очень приятно, да что там, я был тогда почти рад тому, что наш рейд попал в засаду и мне пришлось три дня выбираться обратно в стаб. Подойти или нет? С одной стороны, если она обо мне беспокоилась, значит я ей нравлюсь… наверное. С другой стороны — я уже изрядно выпил, а это ей вряд ли понравится. Вот ведь, блин! — на лотерейщика с голыми руками нападать не так страшно, как подойти к девушке, в которую влюблён. Да, влюблён, чего себя-то обманывать.

Я всё же решился к ней подойти — не так сильно я пьян, скороговорку выговорить ещё могу, не без ошибок правда, но могу. Да и вообще, не съест же она меня.

— Привет, Лена, — сказал я и не дожидаясь приглашения подсел к ней за столик.

— Привет.

— Я заметил, что ты часто здесь бываешь и всегда одна.

— Ну, здесь неплохо готовят и кофе здесь вкусный.

— А почему всегда одна? — улыбнулся я.

— Мне нравится быть одной.

— Всегда? — удивился я.

— Да, — кивнула Лена. — Всегда.

— Хм, мне сложно такое понять, мне, конечно, тоже иногда нужно побыть одному, но…

— Скил, ты не понял. Мне не нужна компания, — кажется, меня собираются отшить. — У тебя ко мне какое-нибудь дело? Если нет, то…

— Да, дело, — быстро проговорил я. — Лена, ты мне нравишься.

— Я рада, — без намёка на радость сказала Лена. — Ну, что за дело?

Атака в лоб не удалась, но я так просто не сдамся!

— Лена, ты любишь стихи? Можешь послушать? Мне очень важно твой мнение, — бровь Лены удивлённо приподнялась, и я поспешил развить успех. — Они как раз касаются темы нашего разговора.

— Стихи о делах? — с сомнением проговорила девушка, выделив голосом последнее слово.

— Нет, об одиночестве:

Одиночество как состояние души.

Одиночество как мировосприятие.

Одиночество как способ жить.

Одиночество моё проклятие.

Одиночество — не надо лгать себе.

Одиночество — не надо прятать силу.

Одиночество поможет выжить мне.

Одиночество сведёт меня в могилу.

Одиночество идущего в ночи.

Одиночество парящей в небе птицы.

Одиночество не плачет, не кричит,

Одиночество порой приходит быстро.

Одиночество сбивает спесь.

Одиночество срывает маски.

Одиночество не любит лесть.

Одиночеству не надо строить глазки.

Одиночество спокойно и легко.

Одиночество, крепки твои объятья.

Одиночество — благословение моё.

Одиночество — моё проклятие.

— Это хорошие стихи, Скил, — немного помолчав, сказала Лена. — И ты хороший парень, симпатичный, но я не та девушка, которая будет развлекать сегодня твоё одиночество. Сходи к девочкам в бордель, они будут тебе рады, а Мила с тебя даже денег не возьмёт, — с этими словами она встала, убрала ноутбук в сумку и вышла из бара.

Облом! Полный и безоговорочный.

***

Проснулся я глубоко за полдень, а точнее ближе к вечеру. Даже утренний звонок не смог меня поднять, я просто вытащил подушку из-под головы, положил её сверху и снова уснул. Видимо сказалось то, что я уже без малого неделю нормально не высыпаюсь. «Ага, и бухал за это время уже два раза,» — добавил внутренний голос. Я не стал с ним спорить, и это тоже.

Я рассчитывал пойти куда-нибудь поесть и, что самое главное, попить, желательно побольше, желательно чаю или рассолу. Но моим планам не суждено было сбыться, во всяком случае, не так скоро. Обломал мне их вахтёр

— Скил, — окликнул он меня, когда я шёл к выходу из казармы. — Зайди к Марте, он хотел поговорить с тобой.

— Может, я позже зайду? — поморщился я.

— Он сказал срочно.

Вот ведь блин! Было бы срочно, никто бы не стал ждать, пока я сам проснусь, меня бы просто разбудили и всё. Голова болит, и пить хочется — разговаривать с Мартой сейчас никакого настроения нет. Тем не менее, я поплёлся в кабинет к своему пока ещё начальству, не стоит накалять отношения.

— Привет, — сказал я, заходя в кабинет к Марте. — Вызывал?

— Да, здорово. Садись, — Марта указал на стул. — Ты как, когда на работу выходить думаешь? Понимаю, тебе нужен отдых, но всё же.