Дмитрий Сиянов – S-T-I-K-S История Маньяка (страница 12)

Когтистый устроил ловушку на Маньяка, рейдер был практически уверен, что бегунами руководил именно Когтистый: есть у развитых зараженных такая способность - подчинять себе какое-то количество более слабых сородичей. Когтистый устроил ловушку, а Маньяк вывернулся! Он победил, и его переполняла эйфория!

Другой, нормальный рейдер сейчас матерился бы в голос, а то и вовсе подвывал от страха и думал только о том, как спасти свою шкуру, да может бы ещё сокрушался по поводу потери единственного нормального (с точки зрения разумного, современного человека) оружия. А Маньяк просто бежал к лодке и наслаждался жизнью.

Ну и развлекался по дороге как мог…

Маньяк перемещался прыжками по крышам машин, и при очередном прыжке смог достать только до капота следующей – в этот раз расстояние оказалось слишком велико, а с капота его достать, по понятным причинам, куда как проще, чем с крыши, чем и попытался воспользоваться очередной несчастный. И Маньяк не просто коротким тычком топора в лоб отправил жертву в нокдаун, а потратил чуть больше времени, чтоб нанести удар по шее и начисто отрубить бедолаге голову.

Кровавым деянием Маньяк не удовлетворился и, подхватив налету отрубленную голову, забрал её с собой. А в следующий раз, встретив рядом агрессивно настроенного заражённого, не стал его калечить, а со словами: «теперь колобок прикатился к тебе, позаботься о нем», швырнул бегуну голову собрата. Тот рефлекторно поймал голову и уставился на неё, будто и правда задумавшись, как они теперь будут жить вместе. А Маньяк в это время, конечно же, убежал дальше.

По правде сказать, Маньяк не сильно-то рисковал, дурачась по дороге, а не просто убегая во все лопатки: Когтистый на горизонте не появлялся, а те зараженные из его засады, что преграждали Маньяку дорогу, просто не успели начать вместе с остальными ломиться в здание, в котором он пятью минутами назад укрывался, то есть они были просто слабее остальных. Да и двигался Маньяк всё же очень быстро: ещё в бытность свою совсем уж зелёным новичком он однажды вполне успешно убегал от рубера. Правда, не очень долго. Ровно до того момента, как решил, что настало время рубера сжечь.

Уже немного оторвавшись от преследователей, Маньяк пробегал мимо вполне мирно настроенного, не подконтрольного Когтистому зараженного, который, загнувшись в позу копающего картошку человека, увлечённо ковырялся зачем-то в мусорном пакете, лежащем недалеко от, понятное дело, мусорных же контейнеров. Возможно, на глаза ему попалась мышь или крыса, которая при приближении опасности, конечно же, скрылась, а глупый зараженный так и продолжал её искать. Этот перерождённый не только ничем не мешал и тем более не угрожал Маньяку, а даже его не замечал, но Маньяк, поймав кураж, не удержался и крикнув:

- Не спи, замёрзнешь! – отвесил заражённому смачного пинка по пятой точке, от чего очередная жертва плоских шуток Маньяка, не успев разогнуться, ткнулась головой в мусор.

На этом Маньяк закончил с милыми шалостями и, как опытный легкоатлет выходя на финишную прямую, максимально ускорился, что позволило ему еще больше увеличить отрыв от возможного преследования, спокойно отвязать лодку и отчалить.

Что сказать о лодочно-речном круизе Маньяка? Он просто плыл по течению, в прямом смысле этого слова. Днём, наблюдая за медленно проплывающими берегами, готовил себе еду и чай на прихваченной в туристическом магазине горелке, благо воды вокруг хватало. Да и еды было с избытком, чем Маньяк, ни разу не обделённый аппетитом, и пользовался, получая от процесса уничтожения съестного под крепкий чай немало удовольствия. А ночью бросал якорь и с удовольствием же спал на дне лодки, укрытый спальником и убаюканный покачиванием на небольших волнах. Маньяк вообще умел и любил получать от жизни удовольствие. Нечасто встречающийся талант, надо заметить.

Избыток еды у Маньяка обнаружился при детальном обследовании наследства, оставленного прежними хозяевами лодки, благослови Стикс их запасливость. Обнаружился также и богатый арсенал рыболовных снастей. Маньяк даже воспользовался ими и даже поймал одну рыбу! Да, всего одну, но зато какую – красивого жирного ленка, весом не менее трёх килограмм. Эта рыба из семейства лососёвых весьма ценится за свои вкусовые качества, и Маньяку крупно повезло, так как в рыбной ловле рейдер Маньяк разбирался ещё хуже, чем в стрельбе, то есть не смыслил не бельмеса, и больше ни одна, даже самая глупая и голодная рыба его снастями не заинтересовалась. Но Маньяк и тут расстраиваться не стал, а наоборот, очень порадовался разнообразию рациона: то, что Маньяк не умел ловить рыбу, ещё не значит, что он не умел её готовить.

Путешествие по реке, каким бы безопасным оно не казалось, на самом деле не являлось таковым. Да, подавляющее большинство зараженных не любит воду и плохо плавает, но из этого правила бывают исключения. Крокодилы, например. Крокодил в наших широтах и долготах животное, мягко говоря, не самое распространённое. Но есть ведь и зоопарки, где такие животные могут найтись. И любители экзотических животных, у которых хватает средств, чтоб содержать достаточно крупную для перерождения особь, хоть и не часто, но встречаются. И в мире Улья зверю с такими изначальными характеристиками успех практически гарантирован. Ещё ходят слухи, что очень крупные рыбы тоже могут перерождаться, но тех, кто проверил бы это предположение, Маньяк не знал, и даже о таких не слышал.

Но заражённые, хоть они и являются основной проблемой при передвижении по Улью, не единственнвя проблема. Водоёмы, и реки в том числе, всегда являлись источниками жизни и одновременно границами. Улей живет по своим законам, и у него свои источники жизни, какой бы эта жизнь не была, но вот что касается границ - тут всё в силе, причём даже в большей мере, чем в родном мире Маньяка.

А к границам любят стягиваться люди, и люди эти бывают разными. Маньяк раньше всерьёз не сталкивался с мурами, этими отщепенцами и ренегатами Улья. У пекла они не встречаются, а в рейды к внешке Маньяк ездил один раз, и больше его не брали, оставляли охранять базу по причине его косых рук и неумения вовремя выключить своё неуёмное чувство юмора. Одна стычка с мурами в этом рейде произошла, но это не в счет: серьёзная группа стронгов просто обнаружила отряд муров, занятый своим любимым грязным делом - потрошением иммунных в полевых условиях. После чего обнаруженная группа была безжалостно истреблена умелым отрядом Нерва: эти мясники даже пострелять в свою защиту толком не успели, и Маньяк вблизи живого мура и не видел никогда.

Однако раньше Маньяк находился в сильном и хорошо экипированном отряде стронгов, а теперь он один и даже без огнестрельного оружия, и сейчас даже для мелкого отряда отморозков, любящих потрошить иммунных, он может показаться лёгкой добычей.Потому Маньяк вёл себя тихо. Завидев возможную угрозу, любых людей на берегу, если в них нельзя сразу было узнать заражённых, или подозрительные машины, он тут же прятался за борта лодки. Если не видно человека, то лодка да лодка, дрейфует себе по течению… мало ли?

Подстерегала на водоёмах Улья путешественника и ещё одна опасность – перезагрузка. И дело тут не в тои, что можно попасть под неё и погибнуть, как и на любом другом стандартном кластере – это само собой разумеется. Дело в том, что водоёмы, как и всё остальное на кластере, загружаются из разных миров, и уровень воды в них может быть самым разным, что может вызвать настоящее речное цунами. Но к этой опасности, как и к вероятности встретить водоплавающих зараженных, Маньяк отнёсся со здоровой долей фатализма: будет, так будет - там и будем решать, от всех опасностей загодя не укроешься.

Почти доплыв до моста, Маньяк заметил неподалеку от него подозрительную активность, причём именно на том берегу, куда собирался причалить. Вроде было какое-то движение, а может и показалось. И машины у въезда на мост стоят как-то неестественно – очень напоминает засаду. А что? Очень вероятно, ведь где ещё устраивать засаду, как не в том месте, где ни вправо, ни влево даже пешком не уйдёшь, не то что на машине, и развернуться на мосту сходу не получится.

Маньяка будто что-то подталкивало изнутри, будто внутренний голос говорил: «пора сматываться, там засада, там точно засада, и ничего хорошего от засевших там ни одному иммунному ждать не стоит, уходи, Маньяк».

В общем, Маньяк решил, что наплавался – пора бы и ноги размять. Аккуратно, стараясь не создавать лишнего шума и не привлекать внимания, он причалил к берегу, быстро собрал вещи и немедля двинулся от реки, не забыв при этом оттолкнуть лодку от берега – в случае, если у выезда с моста действительно засада, там точно заметили одиноко плывущую вниз по течению лодку, но не факт, что заметили в лодке человека, и тогда, быть может, проплывающая мимо пустая лодка притупит их бдительность.

Скрываясь за кустами и складками местности, где-то в полуприсяде быстрыми рывками перебегая открытые участки, Маньяк по широкой дуге обогнул выезд с моста. В наличии засады там он почему-то уже и не сомневался. А выбравшись на дорогу, когда мост скрылся из видимости за поворотом, припустил по ней со всех ног. Застоявшееся за время бездействия последних дней тело радовалось движению, Маньяка переполняла энергия. И услышав звук моторов, Маньяк зайцем бросился в сторону от дороги и ещё ускорился, хотя, казалось, и так выкладывается на все сто.