Дмитрий Силлов – Закон клыка (страница 20)

В баре Винт уселся на прежнее место. Я последовал его примеру, сев напротив и положив рядом рюкзак, к которому прислонил свои стволы – мало ли что, пусть под рукой будут.

Рядом, придвинув табуретку к столу, сел товарищ Винта.

– Мрачный, – представился он, протягивая руку. – Или просто Мрак, если коротко. В той жизни, на Большой земле был Семеном Степановым. А в этой только позывной и остался…

– Снайпер, – проговорил я, пожимая жесткую ладонь сталкера. – Или просто Снар, если коротко. В той жизни был Иваном… Хотя предпочитаю о ней не вспоминать.

– Это правильно, – кивнул Мрачный.

Ну, если руки жмут, значит, за своего приняли. То есть, в ближайшее время мочить не планируют. Хотя в любой момент все может перемениться.

– Так кто ты и откуда, Снайпер? – без предисловий начал Винт, пристально глядя мне в глаза.

– Ну, уж точно не из пробирки, – хмыкнул я. – Мама с папой были, так что оттуда же, откуда и все.

– Я серьезно, – нахмурился Винт. – Ладно, не хочешь о себе говорить, начнем с другого конца. У твоих отца или матери были какие-то необычные способности?

Настал мой черед нахмуриться.

Не люблю я копаться в своем прошлом, а уж когда это делают другие, мне оно все равно как ножом по сердцу. Но зачем ему знать о моих родителях, которых я видел лишь на выцветшей от времени фотографии, которую показывал мне как-то покойный дед Евсей Минаич? Потом она исчезла после того, как нашу квартиру перевернули вверх дном. Но в памяти остались рассказы деда Евсея о том, что мой отец мог слышать мысли других людей, а мать была настоящей деревенской знахаркой.

– Ну… были, – нехотя произнес я.

– А ты, значит, умеешь замедлять личное время, – задумчиво произнес Винт. – Правда, не знаешь, как это делать намеренно, по своему желанию. Замедление происходит спонтанно вместе с выбросом адреналина. Плюс ты наверняка умеешь еще что-то. Например, бегать быстрее олимпийского чемпиона, драться круче победителя восьмиугольника, стрелять без промаха, владеть каким-нибудь на фиг не нужным оружием типа меча или копья. И способности эти у тебя в Зоне проявились. Так?

Признаться, Винт меня слегка удивил.

– Тебе б не в сталкеры идти, а в телешоу прорицателей, – усмехнулся я. – Был бы звездой номер один. Ну, допустим, и тут ты угадал.

– И еще колбасит тебя не по-детски на движуху, – проигнорировав мой сарказм, продолжил Винт. – Ходишь ты по зараженным территориям, сам себе цели ставишь, сам их достигаешь. А потом новые цели и новые достижения, которые лично тебе в материальном плане почти ничего не приносят. Другие вон за артефактами гоняются, надеясь разбогатеть, на домик у речки накопить, или на дворец во Флориде – это уж у кого какие запросы. К тебе же порой редкие арты чуть ли не сами в руки прыгают, но тебе на деньги плевать. Ищешь ты чего-то, а чего ищешь сам не знаешь, оттого и цели эти придуманные за тобой волочатся как дырявый плащ за обедневшим рыцарем. Так?

А вот это было уже серьезно. Это Винт очень глубоко копнул. Так глубоко, куда я сам заглядывать опасался. Надо же так завернуть, «придуманные цели». А у кого они не придуманные-то? Сами себе мечты создаем, и порой ради этих своих иллюзий готовы идти до конца, хоть ценой жизни, но достичь… Хотя, Винт не это имел в виду. В моем случае – точно не это. Потому, что мой случай, по ходу, уникальный. Вернее, наш случай, общий с этим сталкером, так же, как и я, умеющим замедлять личное время.

– По глазам вижу, что так, – кивнул Винт. – И ты был бы не против узнать, откуда у тебя такие способности.

– Догадываюсь, – хрипло произнес я.

Я и вправду кое-что начал понимать.

Вспомнилась мне давняя история, приключившаяся со мною в московском СИЗО «Матросская тишина», где однажды довелось мне посидеть. Там повстречался мне один слегка сдвинутый ученый-историк, который плел про то, что я потомок каких-то древних воинов, сотни лет назад зачищавших мир от каких-то шибко умных уродов. Последнюю ночь, когда мы беседовали с тем ученым в камере, я помню очень смутно. Похоже, тогда он то ли вогнал меня в транс, то ли загипнотизировал. В памяти остались какие-то жуткие, безумно жуткие видения…

А потом, когда потерявшего сознание ученого унесли из камеры, я пришел в себя… И еще долго ощущал на губах вкус чужой крови, хотя здравый смысл подсказывал мне, что все виденное мной было лишь галлюцинациями, не имеющими ничего общего с реальностью[4].

– Все то, о чем ты сейчас думал, было на самом деле, – неторопливо проговорил Винт, по-прежнему уставившись на меня немигающим взглядом. – Это так же очевидно, как и то, что у тебя на предплечьях две метки. Первая – видимая лишь в ультрафиолете, либо жестком ионизирующем излучении метка-аббревиатура секретной программы с длинным названием «Special Trust Action Liquidator Knocking Evil Riot». И вторая – шрамированный знак с изображением Крылатого Диска. Кстати, второй аналогичный знак вбит в твою грудь пулей потомка Посвященных – тех, кого наши далекие предки выреза́ли по всей планете, очищая ее от нечисти.

– Наши?

– Совершенно верно, – кивнул Винт. – Мои.

Мрачного. Твои. Все мы потомки Меченосцев, только принадлежащих к разным кланам. И всех нас веками тянет туда, где требуется зачистка от нечисти. Это инстинкт, рок, судьба – называй как хочешь.

Мрак, сидевший слева от меня, молча кивнул. Мол, так и есть, Винт головой не тронулся, всё по делу говорит. Хотя для меня было более чем странно, что здоровый с виду парень несет такую чушь.

– Я не чушь несу, а говорю все как есть, – хмыкнул Винт.

– Ты что, мысли что ли читаешь? – вырвалось у меня.

– Урывками, – вздохнул сталкер. – Не так, как мог твой отец. Возникают в голове как обрывки текста.

– Ты и про отца знаешь?

– Знаю, – пожал плечами Винт. – И ты узнаешь многое со временем, если останешься здесь. Я от твоего уровня Познания недалеко вперед ушел. При желании ты можешь и догнать, и перегнать меня. Например, твоя скорость в Замедлении уже сейчас выше моей. Иначе хрена с два ты бы меня победил на арене.

– Еще бы знать, как ей управлять, – вздохнул я, полностью ошарашенный и убитый тем, что сейчас услышал от этого сталкера.

– Это не сложно, – пожал плечами Винт. – Просто мысленно представь свой тотем.

– Что???

– Самое страшное чудовище, которое убил твой ученик.

Сначала слова Винта показались мне полным бредом. Не было у меня никогда никакого ученика…

Но тут меня словно озарило.

Горящее чудовище, извивающееся в стальных лапах боевого робота, меняющееся на глазах, превращающееся из страшного нагромождения лап и когтей в прекрасную девушку. И парнишка, делающий шаг к ней – чтобы помочь, спасти, ведь она такая красивая, а ее молящий взгляд способен свести с ума любого.

И мой голос, слышимый словно со стороны:

– Не смей! Что тебе дороже – это чудовище или твой мир?[5]

– Мантикора, – потерянно прошептал я. – Мантикора…

– Повезло тебе с тотемом, – хмыкнул Винт. – Впечатляющий. А у нас с Мрачным все прозаично – ктулху, человекообразный урод с щупальцами на харе. В этой Зоне ничего страшнее нету. А в другие нам путь заказан – Перехожие из нас неважные. В теории можем вскрывать границы миров, а на практике пока что не получается.

– У меня тоже в последнее время с практикой неважно, – сказал я. – Открывашка поломалась.

– Так это твой нож – открывашка? – брови Винта поднялись вверх. – Вот почему ты на него свою свободу поставил!

– Что, эту мою мысль не смог поймать? – усмехнулся я.

– Я ж говорю, не все ловится, – поморщился сталкер, отстегивая «Бритву» вместе с ножнами и кладя ее на стол. – Забирай свое оружие.

И, словно вспомнив что-то, добавил:

– Подарок.

Ну да, нормальную «Бритву» раньше можно было только подарить, иначе отнявший нож-артефакт мигом бы превратился в высохшую мумию. А тут, по ходу, Винт лишь какую-то древнюю формальность соблюл.

Я достал «Бритву» из ножен. Нет, ни следа синеватого блеска на клинке. Просто нож, как и раньше. К сожалению.

Вогнав «Бритву» обратно в ножны, я подвесил ее к поясу, после чего кивнул Винту:

– Благодарю.

– За такое не благодарят, – отмахнулся тот. – Это долг Меченосца вернуть оружие собрату. Иначе чем ты еще этот мир от нечисти зачищать будешь? Не кулаками же.

– Ну, другое оружие есть, – кивнул я на свой рюкзак, к которому были прислонены АКМ и «КС-23».

– Это для людей и мутантов, – покачал головой Мрачный. – Таким оружием серьезного противника не убьешь.

– Серьезного?

– Ну да, – пожал плечами хмурый сталкер. – Когда встанет у тебя на пути Посвященный, обычным оружием его не убить.

– Мрачный знает о чем говорит, – кивнул Винт. – Он своего убил однажды. А ты, по ходу, еще нет. Я вижу… Хотя ладно, что мы все говорим да говорим. После всего перекусить надо бы. Ты ж как-никак гость у нас тут в общине. Бармен, прими-ка заказ.

Бармен оказался шустрым малым, и через пятнадцать минут на нашем столе стояли большая сковорода с жареным мясом и картошкой, блюдо со свежей, подозрительно уж очень зеленой зеленью, кувшин домашнего кваса и запотевшая бутылка местной водки. Всё просто и без затей, которые я недолюбливаю, типа щупалец ктулху или глаз квазимяса.

– Ну, будем, – сказал Винт, поднимая первый тост. – За тех, кто в Зоне.

Я поддержал, Мрачный – тоже.

– Кстати, насчет тотема я не понял, – сказал я, закусывая пучком лука, выращенного на земле, зараженной радиацией, ибо другой тут просто нет. – Как при помощи него замедлять личное время?