Дмитрий Шелег – Король Шаманов. Всего лишь холоп (страница 17)

К моему возвращению огонёк серьёзно окреп и над ним появился серый дымок, который бодро уходил вверх по трубе, что меня несказанно обрадовало. Значит дымоход чистить не нужно и от запаха гари я точно не задохнусь.

Пока печь нагревалась, я ещё раз помыл сковородку, прокалил её на огне, а затем, изучив имеющиеся продукты, взялся за готовку. Сначала бросил в железную тару немного переданного масла, затем разбил и вылил яйцо, которое обильно посыпал нарезанным на кубики сыром. На сковороде ещё оставалось достаточно места, поэтому отрезал небольшой кусок хлеба, и обжарил его с двух сторон.

Пока еда готовилась, поставил один деревянный чурбак в центр комнаты, для сковороды, а второй положил рядом, чтобы можно было сидеть и вскоре, когда по округе стали распространяться умопомрачительные запахи, найденным ухватом перенёс сковороду на чурбак, взял ложку и принялся за горячую еду.

Что сказать? Яичница оказалась необычайно вкусной. Сыр, который я ещё недавно с трудом жевал, преобразился, став приятным и тягучим. Кусок хлеба, после приготовления покрылся корочкой, превратившись в весьма съедобную горячую гренку.

«Хотя может всё дело в том, что голод это лучшая приправа? А это тело уж слишком давно не ел горячей пищи?» — подумал я, тщательно пережёвывая еду, чтобы не получить заворот кишок, а также, таким образом, попробовать обмануть сознание.

Где-то слышал, что только минут через пятнадцать наш организм понимает, что насытился, снижая чувство голода и что именно поэтому китайцы, корейцы и японцы, в сложные времена очень медленно ели рис своими палочками.

Небольшая хитрость не помогла. Еда в сковородке закончилась слишком уж быстро, и, несмотря на приятное тепло в животе, я стал жадно поглядывать в сторону оставшихся продуктов. Пришлось напиться воды из кувшинчика и переключиться на работу, чтобы отвлечься. Следующим этапом у меня был ремонт мебели и начал я со стола.

Быстрый осмотр позволил понять, что сложностей с этим делом у меня нет. Всего-то и нужно было, что правильно установить длинную перемычку и ножку в специальные пазы, чтобы совместить отверстия, а затем вбить в них два крепких деревянных клина.

Найдя подходящие палки, быстро обстрогал их найденным ножом, вставил в отверстия и забил половинкой красного кирпича. Ножка стала как влитая и я не без удовольствия перевернул стол и поставил его правильно.

Несколько раз помыв столешницу, положил на неё чистую посуду и остатки продуктов, после чего занялся лавкой, которая собралась также легко. Из-за этого мои подозрения относительно дома, мусора и спрятанных в нём ценных вещей усилились.

«Кто-то специально устроил здесь такую разруху и стал распускать в селе дурные слухи о доме — вспомнил я слова старосты во дворе Пахома — Вот только эти люди просчитались. Всё это добро теперь моё, и я не собираюсь никому его отдавать».

Взбодрившись от осознания возможных неприятностей, перешёл к изучению двери и запирающего устройства. Нужно было придумать такой запорный механизм, чтобы он не пустил в дом посторонних во время моего отсутствия, а также обезопасил от визита ночных гостей.

В этом деле мне вновь помогли бывшие хозяева, от которых, на стенах и с внутренней стороны двери остались вбиты крепкие, железные скобы. Вспомнив, что во время уборки выносил деревянную доску, я быстро её нашёл, вернул на место и она подошла просто идеально. Дверь стояла как влитая.

Достав из кармана нож, всунул его в щель между дверью и косяком. Небольшой длинны лезвия хватило на то, чтобы легко достать до доски и сдвинуть её в сторону. Ещё несколько примерок, экспериментов и мне удалось сначала закрыть, а потом и открыть дверь.

Затем я со спокойной душой несколько раз сходил за водой, так, к слову, ни с кем из деревенских не столкнувшись. Устроил себе ложе, установив вторую сломанную лавку на пристройку к печи и уложив на неё свёрнутую в пучки сухую траву, которую накрыл так вовремя высохшим плетёным ковром. И остаток дня занимался подготовкой к завтрашнему дню.

Постирал переданную старостой одежду, сходил в лес в поисках молодых деревьев, чтобы заготовить материал для лаптей. Судя по образцу, тонкая кора нарезается на длинные полоски шириной в пару сантиметров и сплетается в обувь. Я долго не мог найти подходящее растение, пока не вспомнил старое выражение «Ободрать как липку». Память услужливо подсказала, что фраза происходит от способа снятия коры с липовых деревьев, которое оставляло ствол голым.

На прогулку по лесу я потратил несколько часов и вымотанный вернулся домой. Там, запалив огонь в печи и закрыв дверь на засов, приготовил аналогичный обеду ужин и сделал несколько гренок на завтрак. Затем потратил остаток светового дня на создание взрослого аналога лаптей по примеру и у меня даже получилось что-то отдалённо похожее. После этого я закрыл горнило печи, забрался на твёрдую и неудобную, зато тёплую лежанку и отключился.

Спал я плохо. Несмотря на усталость, часто просыпался в холодном поту. Сначала мне снилась оставшаяся на земле семья. Плачущая жена и дети. Потом казалось, будто кто-то топает по дому, переставляет вещи, тяжело дышит рядом и смотрит на меня из приоткрытого выхода на чердак, изучить который я вчера просто не успел.

Сил на то, чтобы пугаться, вставать и искать источник шума у меня не было. Всё тело болело, а конечности не поднимались, словно их залили свинцом. Поэтому я отключался снова и снова.

Вот только теперь мне снились странные сны. Словно я брожу по загадочному миру с красивым изумрудным небом, провожу магические ритуалы, духовным зрением изучаю травы светящиеся от энергии, осматриваю ауры странно одетых в кожи орков, лечу их вливанием энергии или отваров…

В очередной раз проснувшись в холодном поту, я с трудом вдохнул в себя воздух, словно до этого не дышал последние несколько минут и заметив, что на улице стало светать от греха подальше решил подниматься и попробовал встать. Удалось это с трудом. Голова гудела, тело болело, руки затекли и не слушались.

Спустя несколько минут я всё же спрыгнул с ложа словно старый дед. С трудом размялся, заставляя кровь бежать по организму быстрее, оделся, попил воды, перекусил гренками и выйдя на свежий воздух понял, что, наконец, оживаю.

Мысли вернулись к ночным снам, которые я отчего-то, помнил ну уж слишком отчётливо.

«Нужно попробовать повторить. Вдруг получится?» — подумал я, повторяя действия орка из сна и моё зрение с необычайной лёгкостью, словно бы само собой, перешло в духовный режим. Только если вчера мне необходимо было для этого сильно напрягаться, чтобы по отдельности увидеть дымку на дереве или траве, то теперь я видел всю картину целиком.

Вытерев враз вспотевший лоб рукавом, я понял, что отчётливо помню два проведённых шаманом во сне целительских ритуала, а также осознаю, как их правильно делать.

«Если дело обстоит так как я себе нафантазировал, то у меня появляется шанс на жизнь и даже на что-то большее» — пронеслось в голове и, закрыв дверь на засов с помощью ножа я уверенной походкой двинулся в сторону входа в село. Туда, где среди деревьев, заметил оранжево-красную ауру человека. По всей видимости деда Агапа, с которым отправлюсь на пастбище.

ГЛАВА 9

Мои подозрения оправдались. Стоило только приблизиться к дороге, как я увидел невысокого сгорбленного старика с палкой в руках. Он был одет в стандартную крестьянскую одежду из серых штанов и рубахи, а также носил небольшую коричневую жилетку, чёрную шапку на голове и был обут в добротные крепкие лапти, по сравнению с которыми мои подделки на ногах выглядели весьма жалко.

Взгляд, как это уже не раз случалось за сегодняшнее утро, с недоступной ранее лёгкостью перешёл в состояние духовного зрения. Мир преобразился, отчего я на мгновение сбился с шага, но тут же взял себя в руки и сосредоточился на ауре пастуха. Она была оранжево-красной, с редкими жёлтыми вкраплениями, что отчётливо говорило мне о совсем не лучшем состоянии здоровья старика.

«Он очень плох — подумал я, заметив особо яркие опасные отсветы в области сердца, печени и почек старика, а также же во множестве других мест — как бы не умер на пастбище, оставив меня с коровами и кровожадным монстром один на один».

Стоило мне только приблизиться, как дед Агап поднял на меня недовольный взгляд из-под густых бровей и раздражённо буркнул:

— Ну? Чего уставился?

«Всё ясно. Тело крутит, составы ломает, сердце бьётся на ладан. Вот его раздражение и ищет выход. А тут ещё и нового мальчишку учить» — понял я и максимально нейтральным тоном произнёс.

— Здравствуйте, дед Агап. Меня зовут Миша. Я буду вашим помощником. Староста должен был предупредить вас.

— Конечно, предупредил — ворчливо ответил старик, выпучив на меня глаза. — Или думаешь, я просто так пол села прошёл? В конец? Чтобы красотами полюбоваться? Делать мне нечего!

Не дожидаясь ответа, он очертил своей палкой полосу на песке и произнёс.

— Утром ты встречаешь коров здесь. Дожидаешься, когда они выйдут из ворот и неспеша двигаешь следом. Неспеша! Подгонять их не надо. Не тупые. Жрать хотят и знают куда нужно идти. Понял?

— Да — ответил я.

Дед Агап посмотрел на меня с сомнением, но всё же промолчал, а вскоре рядом с нами раздалось громкое мычание. Это о своём выходе на пастбище оповестила всех крупная чёрная корова с белым пятном на боку, которую сопровождала невысокая щуплая старушка, с интересом рассматривавшая меня.