Дмитрий Шелег – Бешеный Пёс (страница 9)

Однако не успел парень договорить, как из кустов к нему рванула стремительная рыжая тень. Метнув в неё наполненный духовной энергией нож, я резво крутанулся в сторону опасности и полоснул саблей на уровне груди, с лёгкостью разрезая первого противника. Затем интуиция взревела, и я, крутанув клинок, нанёс сверху вниз рубящий удар, с лёгкостью прошедший сначала сквозь тело метившей в шею лисицы, а затем и той, которая атаковала ноги по нижнему этажу.

За спиной раздался дикий крик и, развернувшись, я тут же нанёс удар по хребту монстра, вцепившегося в руку подопечного Николая. Сам мужчина успешно отбивался от пары лисиц, и помощь ему была не нужна. В отличие от Анисима.

На двигающегося в голове колонны сержанта и его подопечного навалилось сразу четыре лисицы. Одну они успели убить, вторую задели, а вот оставшиеся монстры их успешно теснили. Видимо, из-за пары ранений, полученных в первые же секунды боя. Парень катался по земле, баюкая руку, а Анисим, стараясь не становиться на погрызенную ногу, пытался его подстраховать.

Понимая, что время идёт на секунды, я сдёрнул со специальной кобуры пистолет-пулемёт, которым до этого момента ещё даже не пользовался, и угостил короткими очередями наседающих пару лисиц. Вовремя. Блокирующий очередную атаку Анисим покачнулся и стал заваливаться на спину.

– Не спать, сукины дети! Добиваем! – рявкнул я и, отметив, что Николай добил своих противников, кинул ему: – Прикрой их.

Сам же, не дожидаясь ответа, рванул к Анисиму, штанина которого была вся в крови. Разорвав мешающую ткань, я толикой духовной энергии пережал сосуд и плеснул на рану немного целебного зелья, которое на бегу достал из рюкзака. Затем осторожно влил основную часть в рот побелевшему сержанту, полез за следующим флаконом и осмотрелся.

«М-да! Повоюю я с вами! – думал я недовольно, в первую очередь костеря самого себя. – И с чего я решил, что Васильев с подчинёнными знают, на что идут? Они ведь проходили службу в роте поддержки и привыкли решать проблему огнестрелом! Хорошо хоть Николай не сплоховал. И парней прикрыл, и добить раненых монстров им велел, а теперь ещё и заставляет перевязывать раны».

Анисим открыл глаза и застонал, а я поспешил влить в него второй флакон с зельем и, осмотрев рану на ноге, перестал пережимать сосуд духовной энергией.

– Что со мной? – прохрипел сержант, к лицу которого стали возвращаться краски.

– Потеря крови и несколько укусов, – ответил я, находя в рюкзаке бинт и начиная накладывать его ногу сержанта.

– Остальные? – прохрипел Анисим, голос которого на мгновение вздрогнул.

– Ты и ещё двое легко ранены. Погибших нет.

Мой ответ заставил сержанта облегчённо выдохнуть.

– Ну, что тут у вас? – спросил подошедший ближе Николай, продолжавший осматриваться по сторонам.

– Жить будет. Только нужно доставить его к автобусу, – произнёс я.

– Нет! Не надо! – тут же вскинулся Анисим и попытался встать. – Я могу идти! Могу! Нужно идти дальше!

– Ляг! – жёстко сказал я, не позволяя мужчине встать. – Тебе артерию порвали! Я лишь каким-то чудом успел тебя спасти! Ещё бы секунд тридцать и всё! Отбегался бы! Так что не заставляй меня жалеть о потраченных зельях и позволь тебя спасти!

– Руки убери! – прорычал мужчина, пытаясь вырваться. – Или я их тебе сломаю!

– Некоторые люди не ценят доброту, – сказал я в пустоту, а затем выверенным ударом отправил сержанта в нокаут.

– Какого хрена?! – воскликнул подопечный Анисима, успевший перевязать раненую руку и схватившийся за шашку. – Что ты себе позволяешь?!

– А ты что, не видишь? – поднял я на него взгляд. – Спасаю ему жизнь.

– Он сказал, что пойдёт дальше… – эмоционально начал говорить парень, но, встретившись со мной глазами, осёкся и посмотрел на мою форму, обильно усеянную каплями крови.

– Всех лисиц добили? – сменил тему я, посмотрев на Николая.

– Да, – кивнул он и, с уважением глядя на меня, спросил: – Может, нашим поможем? Оказывается, лисицы не столь простые противники, как могло показаться.

– Нужно, – кивнул я, двигаясь к туше, в которой торчал мой нож. – Только надо сначала этих вояк вместе с Анисимом переправить через пятно, а то без нас их тут всех и положат.

– Смотри, кабы нас самих не прибили, – покачал головой Николай, бросив недобрый взгляд на поёжившегося курсанта, который едва не ранил его перед началом боя.

По моей команде трое парней кое-как подхватили сержанта и довольно быстро понесли его к пятну. Обратный путь занял у нас гораздо меньше времени, поэтому очень скоро мы с Николаем остались одни и не сговариваясь поспешили вслед за большей группой.

Долгое время ничего кроме следов, оставленных отрядом, мы не видели, а затем услышали где-то впереди крики и звуки сражения. Рванув с места, мы быстро догнали борющуюся часть группы и с ходу атаковали четвёрку лисиц, наседающую на потрёпанный арьергард.

Расправившись со своей двойкой, я накинул «щит воли» и на максимальной скорости рванул по флангу, нанося быстрые удары по лисицам, не успевающим среагировать на новую опасность. Терять время на добивание противников я не собирался. Моя цель заключалась в том, чтобы ранить максимальное их число и дать передышку курсантам, отбивающимся от по меньшей мере двух десятков монстров. Только так можно было в кратчайшее время переломить ситуацию.

Предчувствие взревело, и я резко рванул в сторону, уходя от дистанционной техники, которая, встретив на пути молодое дерево, разметала его в щепу, без разбора ранящую как людей, так и монстров.

Новая опасность – и до меня доносится резкий предупреждающий крик лейтенанта.

– Гордей!

Ещё одна техника проносится мимо, а следом за ней летит сияющий рыжим огнём крупный белёсый лис.

«Медленно», – думаю я и, отойдя в сторону, наношу горизонтальный рубящий удар, попавший монстру в грудь. А затем бросаю нож в лиса, который вцепился в руку рыжего Сергея.

Ещё несколько мгновений боя – и по разлому прокатывается вал духовной энергии, который позволяет восстановить лишь малую часть потраченного.

«Ха! Вот теперь мне понятно, почему у многих егерей способности развиваются не столь быстро, – подумал я, осматриваясь по сторонам и подсчитывая потери. – Особенно у тех, кто пытается вернуть молодость, нанимая сразу несколько боевых звёзд».

Отбросив ненужные сейчас мысли, я посмотрел на тяжелораненых молодых курсантов и метнулся к ним. Моя аптечка, конечно, не была резиновой, но я просто не мог позволить им умереть, да ещё и после боя.

– Где остальные?! – порывисто подскочил Фёдор Фёдорович к раненому щепой Николаю, а тот вместо ответа почему-то посмотрел на меня.

– Уже вышли из разлома, – произнёс я, не поднимая головы. – Трое раненых. Потерь нет.

– Хорошо, – с облегчением ответил мужчина, а затем, осмотрев перевязывающихся людей, мрачно добавил: – Точнее, плохо. Очень плохо! Если бы не вы двое, то нас бы тут всех и положили! Инструкторы хреновы!

– Это пока не так важно! – сказал я напряжённым голосом, вливая в одного из парней уже второе зелье. – Его нужно срочно показать целителям! Долго он так не протянет!

– И остальных тоже, – поддакнул рыжий Сергей, и расслабившиеся после напряжённого боя люди тут же стали вставать с земли.

Глава 4

После выхода из разлома наша дружная компания тут же отправилась в ближайшую медицинскую клинику. Слишком много курсантов получили неприятные ранения, а двое из них, действующие в составе группы лейтенанта Васильева, и вовсе были на грани смерти. Благо помимо восстанавливающих и лечебных зелий у меня было и одно компенсирующее кровопотери. Повезло, что я не влил его Анисиму после ранения. Вовремя заметил, что тому неплохо помогает и стандартное зелье.

Конечно же, я мог оставить присмотр за ранеными на кого-нибудь другого и вместо этого отправиться в разлом, чтобы изучить его на предмет чего-то ценного и интересного. Однако, оглядев уставшие и поникшие лица соратников, решил остаться. Вряд ли кто-то из них в подобном состоянии смог бы оказать пострадавшим лучшую помощь, чем я. Да и над своим авторитетом в отряде тоже нужно работать. Его никогда не бывает много. Хотя, если судить по отношению Николая и парочки других курсантов, то он после произошедшего и так находится на весьма существенной высоте.

Недовольными взглядами меня буравили лишь трое из присутствующих. Сержант, которого я отправил в беспамятство после лечения, сопровождавший его курсант, а также, что неожиданно, Павел.

«А этому-то я чем мог не угодить? – с недоумением думал я, незаметно разглядывая мужчину, пытающегося казаться спокойным и безмятежным. – Злится на свою беспомощность? На то, что моё неожиданное появление позволило всех спасти? Что молодому новичку за один поход в разлом удалось стать существенной фигурой в отряде? Или на то, что, оставаясь здесь вместе со всеми и продолжая сохранять жизни тяжелораненых, я зарабатываю дополнительное уважение? Очень даже возможно. Но чем ему грозит моё возвышение? Неужели Павел метит на место заместителя командира? Или вообще надеется в дальнейшем стать лидером? Блин! Ну, вот так всегда! Даже в столь небольшом и молодом коллективе, созданном в общих жизненно важных интересах, находятся те, кто борется за власть».

Лишь передав раненых курсантов целителям, я наконец получил возможность переговорить с заполняющим какие-то бумаги Фёдором Фёдоровичем. Из разговора я выяснил, что он ещё не доложил о закрытии разлома и даже не собирается вызывать добытчиков. Лисы и вправду считались весьма слабыми и, если так позволено выразиться, нищими монстрами, с которых ничего особого не возьмёшь, а времени на разделку потратишь изрядно. Поэтому добытчиков предпочитали отправлять на более денежные объекты.