Дмитрий Шебалин – Знамена хаоса (страница 8)

— Вот как? Столько времени прошло. Откровенно говоря, я уже начала подозревать, что эта история зашла в тупик, и никаких вестей мы оттуда больше не получим. Только зря потратили средства на подготовку.

— Вестей как раз было много, и они продолжают приходить. Но не хватало самого главного — отправленных нами на задание наёмников.

— Не помню, чтобы ты делился со мной какой-то информацией о результатах экспедиции, — голос женщины явственно похолодел. — Не находишь это своим упущением?

— Ты была очень занята делами внутри Империи, дорогая, — и бровью не повёл маг. — К тому же, как ты сама выразилась, с самого начала не рассматривала эту затею, как что-то стоящее, а лишь как бесполезные расходы. Но если настаиваешь, то могу ввести тебя в курс дела.

— Будь так любезен. Но чуть позже. Сейчас просто скажи, чего опять хочет этот наёмник, и почему шлёт письма вместо того, чтобы явиться сюда и доложить всё лично?

— О-о, — Блурвель отрицательно помахал пальцем. — Послание пришло не от него. А самостоятельно добраться до нас ему мешает небольшое обстоятельство. Он и его люди находятся под стражей 13-го имперского легиона.

— 13-го? Это который сейчас стоит под Корпугаром?

— Именно. А если быть точнее, то полученное письмо подписано непосредственно его легатом, к которому наш общий знакомый вломился в дом прямо перед налётом хетов, якобы чтобы спасти его от взятия в плен.

— И что, спас? — Деневиль сглотнула подступивший к горлу ком. Сам факт того, что легат пишет Блурвелю, уже означает, что связь этого наёмника с их домом стала ему известна.

— Ну раз Серсилен поставил свою подпись, то как минимум легат остался жив. Стараниями ли Мазая, или вопреки им, мне пока неизвестно. Но этот гадёныш не придумал ничего лучше, чем, спасая свою шкуру, ляпнуть, что делал это по моему приказу.

— Дай сюда, — Деневиль, устав от недомолвок, схватила письмо со стола и сама вчиталась в текст.

Голова от прочитанного заболела, и она машинально начала потирать виски. Лёгкое и освежающее чувство мгновенно смыло боль и сняло нарастающее напряжение, возвращая главу рода в рабочее русло. Деневиль кивнула мастеру, позаботившемуся об этом, и напрямую спросила его:

— Что ты с этим будешь делать, Блурвель?

— Ты же знаешь, что я не люблю действовать вслепую. В любом случае, мне нужно увидеться с этим горе-героем до того момента, как его судьба будет решена. В его голове может быть нужная нам информация, и будет очень трудно её получить, если по приказу легата она окажется отделена от остального тела. Так что придётся ненадолго покинуть это столичное болото и проверить, как обстоят дела на фронте. Будь осторожна, пока меня нет.

— Буду, — вполне серьёзно кивнула Деневиль. — Но и ты, пожалуйста, в погоне за призраками былого и секретами из прошлого постарайся не нажить нам дополнительных врагов. Легат Серсилен не самый влиятельный, но всё же и не последний при имперском дворе. Если нужно разменять жизни кучки наёмников на его благостное настроение, то не раздумывай.

Маг в ответ отправил Деневиль одну из своих лучезарных улыбок, которая могла означать только одно — что он всё равно сделает всё по-своему.

Глава 4

События 7-ми минувших дней слились в единый поток ничегонеделанья. Мы ждали вестей от Блурвеля, ну или хотя бы какой-то ответной реакции от мага на посланное ему легатом письмо. Как отреагирует он на реализованную мной затею, и как сильно хочет получить раздобытую нами информацию? Эти вопросы крутились в голове, а ответы на них в том числе зависели от того, как легат Серсилен преподнесёт мастеру свою версию произошедшего. Сам я текст письма не видел, и на сколько он соответствует действительности не знал. И чем ближе был роковой день, тем чаще я в своих воспоминаниях возвращался к той ночи.

Когда я спустился по той лестнице в поместье купца, то оказался в небольшом каминном зале, где трещало догорающее полено, а трое мужчин неспешно попивали напитки из своих стеклянных бокалов и коротали поздний вечер за разговорами. Кто из них имперский командир, определить было несложно. Даже в такой обстановке он не снимал элементов одежды, подчёркивающих его регалии. Правда, о том, что передо мной аж целый легат, я узнал чуть позже.

Переговоры не прошли гладко. На это повлияло и моё столь внезапное появление, и необходимость принимать решение быстро. И лишь с порога озвученное имя мастера Блурвеля смогло убедить имперского военачальника выслушать меня, не призывая гвардейцев со двора схватить наглеца. Огорошив всех собравшихся, что поместье вот-вот подвергнется нападению, я тут же заявил, что прибыл всех их спасти. Нужно лишь действовать быстро и строго следовать моим инструкциям. «Сладкий голос» я не использовал, как и иные магические методы убеждения. И правильно, вряд ли это сработало бы на ком-то в чине Серсилена. Скорее, наоборот, настроило бы его против меня. Вместо этого я ляпнул, что выполняю распоряжение мастера Блурвеля, который естественно хотел бы предотвратить готовящуюся силами хетов трагедию. А в подтверждение я продемонстрировал чудеса магии и контракт, подписанный мастером. Не весь, но ту часть, где стояла его подпись и печать дома Деневиль.

На роль тела легата, которое необходимо было передать захватчикам, я предложил мёртвого хета, которого должен был к этому времени обеспечить Пруст. И он не подвёл, подкараулив одного из лазутчиков, отправленных для устранения дозорных. Его труп он аккуратно перевалил через забор, и такая находка окончательно убедила Серсилена в том, что хотя бы часть мною сказанного является правдой. После чего несмотря на вялые попытки протеста со стороны купца он позволил мне действовать, сам при этом постаравшись обеспечить собственную безопасность, переодевшись в гражданское и укрывшись в подсобном помещении. И это не было проявлением трусости, её я в его глазах не увидел. Скорее взвешенное решение, ведь командир такого уровня не должен попасть в плен к неприятелю, ни при каких раскладах. Может даже поэтому с собой он всё-таки прихватил острый кинжал.

Ну а дальше были мой сигнал и молниеносное нападение хетов на поместье. Работали те организованно и бесстрашно, подтверждая свою репутацию хороших воинов и грозной боевой силы, подмявшей под себя изрядную часть восточного Павелена. Они быстро взяли ворота, разметав защитников, и только слаженный отход последних уберёг их от полного разгрома. Это лишь подтвердило правильность решения отказаться от нашего с парнями первоначального плана, в котором я должен был помочь обитателям поместья организовать защиту и с помощью своих бойцов ударить в тыл нападавшим. Боюсь, это неминуемо повлекло бы за собой серьёзные потери, которых я старался избежать всеми силами. Людей я берёг, к тому же, как показало время, за спасение имперских благородных особ нам никто платить не спешил. Наоборот, взяли под стражу, как только посчитали, что теперь-то находятся в безопасности.

Ну хотя бы статус у нас был не военнопленных, а скорее «подозрительных лиц до выяснения обстоятельств». Что уже хорошо, так как не грозило немедленной расправой. К нам была приставлена стража, оружие временно конфисковано, и мы не могли передвигаться дальше 5 метров от шатра, в котором нас разместили. Зато руки были не в цепях, прочее личное имущество при нас, а еда не отличалась от той, которой кормили всех прочих легионеров 13-го легиона — сытная, невкусная, но регулярная.

Чего не скажешь о судьбе прочих пленников, которых удалось заполучить имперцам и закатникам.

Надо отдать должное хетам, своего командира они так просто не бросили. Когда поражённая магией лошадь сотника повалилась на бок, Зайцы, готовые к такому варианту событий, оперативно скрутили и поволокли Асалана к дому. И все его воины, ещё не успевшие покинуть двор, тут же попытались его отбить. Но Зайцы заняли оборону на крыльце, а в подступающих к ним всадников прямо из окна прилетела россыпь моего «града». Двери в дом распахнулись, и бессознательное тело Асалана втащили внутрь. Зайцы же приняли на себя несколько последовавших за этим атак, но те были уже не так организованны, и моим людям удалось успешно отразить их все. После чего они сами вломились внутрь и закрыли за собой дверь. Ну а через минуту на территорию поместья ворвались рыцари Ордена и принялись зачищать остатки не успевших сбежать налётчиков.

И вот теперь мы сидим и ждём, когда мастер Блурвель соизволит дать о себе знать и вытащит наши задницы из военного лагеря имперцев. Тем более, что их терпение, похоже, подходит к концу. Ну не даром же возле нашего шатра сегодня с утра удвоилась охрана, среди которых я определил сразу аж двух боевых магов.

— Как думаешь, Мазай, — выглянув на пару секунд из палатки, спросил Хорки. — Не пора ли нам придумывать план, как сбежать уже отсюда? Хеты нас хотя бы так усиленно не охраняли.

— Пожалуй, вчера у нас ещё был шанс, — ответил я. — Сейчас же остаётся надеяться на положительный исход. В крайнем случае, у нас есть что предложить легату, если Блурвель и дом Деневиль решат сделать вид, что с нами не знакомы. Меня больше волнует, что нам делать потом.

— Нажить себе такого врага — не лучшая идея, — согласился Дунвест. — Придётся искать убежища на западе или в Греше.