Дмитрий Шебалин – Мёртвое наследие (страница 5)

Видя, что рыжий от такой похвалы смутился и отвёл взгляд в сторону, а остальные едва сдерживаются, чтобы не начать смеяться в голос, я обречённо вздохнул и спросил у него:

– Давай, говори уже…

– Я… Это… Отбор не прошёл…

******************************

Перед нашим отъездом Гунмир всё-таки озвучил своё предложение – постоянная служба в княжеской дружине для всех Зайцев и хорошие перспективы лично для меня. Ему нужны были честные и верные люди в своём окружении, которым сможет доверять лично он. И за это он готов был изрядно платить. Даже намекал на то, что у его молодой жены есть сестрёнки, самой младшей из которой лет через 5-7 тоже нужно будет подыскивать жениха. Бедный барон Сохран. Видимо, это действительно большая головная боль для него.

Вот только в мои планы оседлый образ жизни пока не входил, о чём я деликатно сообщил Гунмиру. Он информацию принял спокойно, но всё же настоятельно рекомендовал подумать. Обязательно поразмыслю, но уже после того, как наведаюсь в гости к другому своему знакомому, у которого для меня вроде как тоже имелось какое-то предложение. Да я прям нарасхват!

Дорога до имперского города Пуёль займёт немало времени. И чтобы весь этот путь не прошёл даром, мы наняли сами себя. Точнее Раст, подсуетившись, загрузил целый обоз товарами, приобретёнными здесь же в баронстве. По его мнению, они были способны вызвать повышенный интерес среди имперских подданных. Нас же он нанял в качестве охраны за полцены от стоимости обычного десятка не самых бравых парней. В общем, задаром… Если бы не попутный маршрут и 60% прибыли в этом нашем совместном деле, то это был бы повод обидеться. А так я был склонен считать это хорошим менеджментом и эффективным использованием внутренних ресурсов.

По крайней мере, я так думал, пока не решил поинтересоваться, что же упаковано в тюки и ящики.

– Одежда? Раст, ты серьёзно? Везти в Империю платья, юбки и рубашки? Это как в Золотой дол везти пшеницу. С чего ты взял, что мы сможем там это продать?

– С того, что ты ничего не понимаешь в моде.

– Зато ты, я смотрю, в последнее время стал в ней хорошо разбираться. А ещё в хорошем вине и антиквариате.

– Если ты про те бокалы, то я же говорил, что они на продажу. И разве ж это грех, разбираться в хороших вещах? Особенно торговцу.

– Чёрт с тобой, но ты так и не ответил, почему эти вещицы у нас кто-нибудь в том же Пуёле купит?

– Да потому что их уже покупают. Только пока не в Империи, а здесь, в Сохране. На церемонию прибыли несколько представителей из Единой, и знаешь, что они сделали в первый же день? Пошли по магазинам и прикупили одежды местного покроя. Естественно, не простой, а самой дорогой. И брали только ту, которую нельзя спутать с какой-то другой. А вчера от одного имперского купца пришёл заказ на целую партию изделий местных швей и мастеров. Его соберут через 5-7 дней, после чего товар поедет в Трием и другие крупные города.

– И чем же вызван такой ажиотаж среди имперских зажиточных граждан?

– А чёрт его знает, тут обычные законы не действуют. Возможно, вся эта история с Бродриком произвела сильное впечатление на власть имущих в Единой. Я слышал, что в столице уже было несколько театральных постановок и уличных представлений, описывающих историю восхождения на трон рычащего медведя. Для тамошних дворян это что-то вроде экзотики. Вряд ли, интерес к культуре северян будет долгосрочным, но мы можем быть первыми, а значит поиметь выгоду.

– И сколько ты вложил в эту рискованную затею?

– Не так уж и много, 12 золотых, которые я намерен превратить в 24.

– Из которых шесть ты заплатишь нам. Не такая уж большая остаётся прибыль, учитывая риск не получить вообще ничего.

– Я верю в затею. Но рисковать большим капиталом не готов. Рассчитываю, что ты сможешь найти возможность продать товар ещё дороже. Ведь ты в этом заинтересован даже больше, чем я. Ровно в три раза.

Очередной намёк на несправедливое распределение прибыли я пропустил мимо ушей.

– Не поедешь с нами? – вместо этого спросил его я.

– Нет. Вернусь в Солнечную, там много дел. Творген сильно мне помогает с охраной и маршрутами, но мало что смыслит в торговле. Слишком прямой и нетерпеливый. Отправил его как-то на переговоры, пришлось потом самому ехать, извиняться.

– Похоже на него. Возможно, ему будет лучше с нами, чем в конторе. Но и закрыть эту позицию пока некем. Ладно, пожелай нам удачи. Куда бы мы не направлялись, она нам часто бывает нужна.

– Удачи, и пусть Трое приглядывают за вами.

Раст на прощанье махнул рукой и отправился по своим делам. Мне же нужно было собрать своих орлов и настроить их на рабочий лад. Вчера я им всё же позволил немного покутить за счёт Дунвеста, который проставился с выигрыша турнира. Но, благо, все были разумные, и с похмелья вроде никто не болел. Знали свою меру. Ну или подход к Зефу… Тот, кстати, был подозрительно усталый, и такой же подозрительно довольный. Словно, хорошенько заработал этим утром.

– Ну что, готовы ещё раз посмотреть на спесивые морды имперских аристократов? – обратился я к построившейся шеренге воинов.

– А сколько платят? – спросил Пруст.

– Пока за показ денег не дают. Тут главное самим чего-нибудь не лишиться. Например, головы. Так что поумерьте гордыню, и не забывайте кто вы есть. Наёмники. И таких как мы в Империи не особо привечают. Поэтому границу пересечём как купеческая охрана, нанятая торговцем Растом. Бумаги у нас оформлены, товар в обозе. Можем выдвигаться.

– А что везём? – уточнил любопытный Хорки.

– Да всякое… Но в основном платья.

– Бабские что ли? – не понял Колтун.

– Женские, – поправил я его. – И дорогие, так что не попортите.

– Слышал, рыжий? Чтобы не вздумал примерять! – по обыкновения поддел товарища Хорки.

Мужики заулыбались, а Колтун гневно глянул в его сторону. Но, сделав глубокий и медленный вдох-выдох, каким-то чудом сдержался.

– Жизнь как зеркало, – вдруг выдал он. – Что показываешь, на то и смотришь. Жадность и скупость возвращаются бедностью. Злоба и ненависть – болью и страданием. А твои, Хорки, гордыня и высокомерие однажды обернутся унижением и позором. Оставь это, пока ещё не поздно.

После недолгого всеобщего ступора первым отреагировал Сивый:

– Вот **#*#**. Это ты где такого набрался?

Колтун загадочно промолчал, но тут своей версией поделился Пруст.

– Да мы его вчера пьяного не дотащили, просто. Тяжёлый же. А тут храм по пути встретился. Ну мы его ночевать там и оставили, приплатив за присмотр. Видимо, теперь сказываются последствия пребывания под боком у жрецов.

Моя первоначальная оценка их сознательности и умеренности рассыпалась на глазах. А желание устроить им разнос, наоборот, крепло с каждым сказанным ими словом.

– Лучше просто молчите, – шёпотом посоветовал товарищам обычно немногословный Горунар, словно почувствовавший перемену в моём настроении. Сам он стоял собранно, но как-то подозрительно часто прикладывался к кожаной фляжке с водой.

– Давайте выдвигаться, – просто сказал я, устав от этого балагана. – Дунвест, есть разговор.

Когда все отправились седлать лошадей, я задал бывшему рыцарю интересующий меня вопрос:

– В финальном бою… ты выиграл или нет?

Он ответил не сразу, даже сморщил лоб, пытаясь подобрать слова.

– Не знаю. Мне так не показалось. Но я решил не думать об этом. Главным боем для меня стал третий.

– Это в котором от Флеммера выступал его мастер наставник?

– Да. Много про него слышал. Собственно, ради этого боя я и согласился поучаствовать в турнире.

– И как он?

– Пустозвон, – вынес свой вердикт Дунвест. – Из тех, кого больше заботит их репутация, чем само мастерство. Что же до финала… Думаешь Ульдаг позволил мне выиграть у его человека?

– Не исключаю такого варианта, у него были свои мотивы, да и подкупить мою лояльность – это в его стиле.

– Если не случилось ничего плохого, то просто прими это как данность, – посоветовал он. – Лично я так и сделал. Получил удовольствие от хороших схваток, да ещё и отлично подзаработал.

– Большие деньги кружат голову не только молодым воинам.

– Переживаешь, что я могу уйти из отряда? Не стоит. Я дал тебе обещание, и я его сдержу. Пока сам не попросишь уйти.

В ответ я кивнул, более не говоря ни слова. Что хотел я узнал, а пустозвонами ни я, ни Дунвест не были.

******************************

Слова Гунмира про «окунуться в имперскую грязь», сказанные им ещё на пиру в честь победы над Сверсеном, оказались пророческими. Хотя, я думаю, что он закладывал в них несколько иной смысл. Мелкий противный дождь моросил уже третьи сутки, не давая нашей одежде и шанса просохнуть. Очередной постоялый двор оказался набит битком, и места нам в нём не нашлось. Можно было поругаться и пошуметь, но к счастью, подвернулся другой вариант размещения. Один из ушлых сельских жителей предложил свой большой дом в паре лиг от имперского тракта. Туда мы и направились.

Подозрения, что нас ведут в ловушку, конечно, были, но довольно слабые. Оружие мы своё особо не скрывали, потому на роль жертвы подходили слабо. Когда же добрались до дома, то и вовсе расслабились. Большой двор, двое сыновей и столько же дочек, жена и три собаки. И в целом явно зажиточная ферма, с большими угодьями и хлевом под домашний скот. Так зачем уже самому хозяину так рисковать, приглашая к себе таких постояльцев? Об этом я и спросил главу семейства, когда мы уже расположились на кухне и ждали приготовленный его женой ужин.