Дмитрий Шебалин – Маска зверя (страница 33)

— И меня взять с собой не забудьте, — буркнул Дунвест. — У меня уже мигрень началась от этих пустозвонов.

— Так мы это, — разволновался Колтун, уловивший краем уха, куда дует ветер. — Тоже, значит, с вами. Как без нас-то?

При чём свой вопрос он адресовал Хорки, которого ещё секунду назад был готов придушить.

— Само собой, — уверенно кивнул тот. — Без нас вам никак нельзя. Пропадёте же.

Обречённо помотав головой и устало вздохнув для вида, я действительно встал из-за стола и направился к барону. Меня ждал серьёзный разговор.

— Твоя награда, — Хермир вынул жертвенник из шкатулки и, не церемонясь, покатил его по столу. Подхватив камень на своей стороне, я тут же спрятал его в специальный мешочек, который носил за пазухой, добавив этот крупный кристалл к тому поменьше, что уже там лежал.

— Откуда он у вас, барон? — не особо рассчитывая на ответ, спросил я.

— То была плата, которую я не успел передать одному колдуну в связи с досрочным расторжением нашего с ним договора. Кажется, вы с ним встречались в Козьем логе, и теперь он мёртв. Если ты хочешь знать, есть ли у меня ещё, то мой ответ «нет». Они обходились мне очень дорого и доставлялись аж из Золотого Дола. Откуда они брались у поставщика, мне и тогда было неизвестно, а сейчас и вовсе неважно. Иметь с ними дело я больше не намерен.

— Уж не у владетеля ли Гариго вы их покупали?

Барон сокрушённо покачал головой и даже вознёс короткую молитву Троим.

— Мазай, тебя однажды убьют просто потому, что ты слишком много знаешь. И не стесняешься об этом говорить. Правда, судя по шлейфу трупов за твоей спиной, пожелавшим такое сделать, придётся нелегко. Смерть владетеля Гариго тоже твоих рук дело?

— Что вы, впервые о ней слышу, — возразил я, скрыв своё удивление.

— Как скажешь. Вот только, если подумать, то многие, связанные с ковеном личности, не пережили встречу с тобой. Надеюсь, однажды ты обратишь своё внимание и на Бродрика. Жажда власти толкает его на опасные союзы.

— Как и вас, барон. Но это, к счастью, не моё дело. Надеюсь, на этот раз вы не будете чинить мне препятствий и позволите отправиться к своему нанимателю.

— Ваш отряд волен идти, куда вздумается его главе. Но перед этим я должен вручить тебе это.

Барон выложил на стол небольшой, но явно увесистый мешочек, и в тот момент, когда он опустился на деревянную поверхность, я услышал ни с чем не сравнимый звон перекатывающихся золотых монет. Рядом с кошелем лёг запечатанный конверт без опознавательных знаков.

— И что же это? — спросил я.

— Плата, которую меня попросили передать.

Ничуть не стесняясь пытливых взглядов барона и его сына, я заглянул в мешочек и пересчитал монеты. Убедившись, что все 35 золотых кругляшей на месте, я вскрыл конверт. Думаю, что если там было бы что-то секретное, то вряд ли Ульдаг передал бы послание через постороннее лицо. И действительно, текст, записанный на листе дорогой бумаги удивительно ровным и аккуратным подчерком, был не особенно информативен: «Жди здесь».

— Магистр Шад, я прибыл, как только смог.

Перей, советник главного мага Греша по особым и деликатным делам склонился в глубоком поклоне, более присущем слугам, подающим угощения на стол, или обычным посыльным, снующим по всему королевству с записками от своих власть имущих господ. Кстати, именно такую роль Перей и отыгрывал на публике.

— Я слышал, что ты справился с моим поручением, и мы продвинулись на одну ступеньку вверх, — маг благосклонно кивнул и позволил говорить.

— Магистр, не смею вас вводить в заблуждение. «Препятствие» действительно устранено, вот только я не успел приложить к этому никаких усилий. Всё случилось по воле кого-то ещё.

— Вот как? — магистр если и удивился, то не очень-то сильно. — Что ж, в этой игре, как всегда, много участников. Что-то ещё?

— Да, господин. Сегодня утром мне сообщили, что второй принц упал с лошади и повредился головой. Лекари восстановили тело, но в себя он так и не пришёл. Скорее всего, травма мозга необратима…

— Прискорбно, нужно сейчас же распорядиться отправить лучшего мага-лекаря Круга. А если не поможет… то соболезнования семье и близким.

Про себя же Шад подумал совсем другое. Кто-то слишком торопится. Первые фигуры обычно убирают последними. Времени ещё более чем достаточно, так кому может понадобиться такая спешка без оглядки на риск?

— Покидал ли свою резиденцию мастер Ульдаг? — спросил он.

— Мне докладывали, что нет. Он по-прежнему каждый вечер читает на балконе, был там и вчера.

— Кто-то его навещал?

— Лишь один раз, маг с жёлтой лентой. Никого другого он не принимал, ссылаясь на загруженность, связанную с королевским указом.

— Вы проследили за тем гостем?

— Мои люди проследовали за ним до Сенехима, но там упустили из вида. Прошу прощения за эту оплошность.

Магистр на секунду прикрыл глаза, чтобы сдержать раздражение. Когда ввязываешься в подобного рода игры, любая деталь может быть важна. Именно из таких мелочей складывается дорога к общему успеху, или же, наоборот, к провалу и забвению.

— Иди, займись делами. Но помни, Перей, очередная оплошность может стать последней.

— Да, господин, — слуга вновь глубоко поклонился, после чего растворился в полумраке зала, оставив Шада наедине со своими мыслями.

До окончания отведённого королём срока оставалось всего два дня, и работы у мастера должно быть действительно много. К тому же лишние свидетели в таком деле недопустимы, поэтому ничего удивительного в том, что он никого не принимает, нет. Но, пожалуй, стоит навестить бывшего учителя повторно, уж ему-то в аудиенции он отказать под таким предлогом не посмеет. Ульдагу это, конечно, не понравится, но так будет спокойнее самому Шаду.

Король Загоррик, почувствовав близость своей кончины, решил перед встречей с Прародителем сказать своё последнее слово. Кто бы не занял его место в Той’о’туре, королевство должно устоять в любой шторм. Поэтому те договорённости, которые действовали в относительно спокойное время, требуется обновить. Шад был с ним согласен и даже готов пойти против своего бывшего учителя, если тот решит поставить свои личные интересы выше интересов Греша. Так будет лучше для всех.

Глава 15

Ждать пришлось пять дней. Нас при этом в свободе передвижения никто не ограничивал. Более того, барон Хермир всем своим видом давал понять, что мы вольны ехать на все 4 стороны, и даже пару раз и вовсе уточнял, когда мы уже двинемся в путь. Ну или хотя бы начнём платить за постой. Мол, почти десять голодных ртов обходятся его казне в немалую сумму, а если вспомнить про наших лошадей, ежедневно подъедающих запасы в баронской конюшне, то и вовсе выходило сплошное разорение. От такого рода разговоров я всячески старался уйти, меняя тему на более безобидную для моего кошелька и более полезную для общего кругозора.

— Барон, я вижу, что вы не сворачиваете лагерь и не распускаете ополчение. А это куда бо́льшие расходы, о которых стоило бы задуматься в первую очередь. Разве с таким количеством людей у вас есть хоть какой-то шанс отбиться от людей Бродрика, если он решит заявиться сюда в полную силу?

Мы стояли на верхотуре надвратной башни, с которой открывался хороший вид на палаточный лагерь и на вьющуюся меж холмов дорогу, упирающуюся на горизонте в лесной массив. Где-то там среди густой чащи и проходит граница с большим северным соседом — королевством Греш.

— Я не собираюсь отсиживаться в замке, Мазай. Наоборот, планирую в ближайшее время наведаться к нашему дорогому князю в гости.

— Тогда ваш замысел мне тем более непонятен. Разве стоит затевать поход, если заведомо знаешь, что получишь по носу?

— В одиночку — возможно. Но здесь, на Севере мы знаем, что такое долг и верность клятвам. Я не буду один.

— Это не спасло вас в первый раз, не поможет и во второй. Не сейчас, когда у Бродрика такой перевес в силе и повсюду свои люди. К тому же я слышал, что Зелёный барон не горит желанием демонстрировать упомянутый вами северный нрав и воинственный дух. Многие его люди уже служат князю, а сам он безвылазно сидит в замке.

— К сожалению, не все прошли проверку трудностями, — согласился он. — Но тем ценнее те, кто остались подле.

— Хорошо, допустим, Речной барон и Клевер вас поддержат? Итого вы сможете собрать под своими знамёнами… предположим, четыре сотни бойцов, бо́льшая часть из которых — неопытные ополченцы. У Бродрика же минимум семьсот опытных воинов и с десяток магов. За прошедший год он лишь укрепил свои позиции. Не удивлюсь, если он только того и ждёт, чтобы вы дали ему легальный повод раздавить вас, объявив агрессорами и предателями.

О том, что часть этих знаний я получил от Гунмира, я предусмотрительно умолчал. Барон же, хоть и бросил в мою сторону подозрительный взгляд, допытываться об источнике информации не стал.

— А если мы не выступим, то он измотает нас, год за годом забирая себе в дружину всё больше солдат и всё глубже залезая в нашу казну. Прошёл всего лишь год, а он уже поднял налоги и пересмотрел воинскую повинность.

Что весьма разумно с его стороны, подумал я. Вслух же озвучил другое.

— Не завидую вашему выбору, господин Хермир. Какой ни сделай, надеяться на благоприятный исход не приходится. Вот только за вашей напускной гордостью я вижу умного человека. А ещё не верю, что Речной барон и барон Клевера горят желанием сложить свои головы в бесперспективном походе. Так в чём же ваш секрет?