Дмитрий Шатров – В поисках золотой жемчужины (страница 68)

— Пожалуйте сюда, куратор.

Водёр первым выскочил из лифта и побежал открывать массивную дверь. Фрэнк замешкался, уступил лидерство бодрому толстячку и теперь обиженно сопел за плечом Франта. Скрипнули петли, под ногами загудел перфорированный металл подвесного трапа. Они очутились на верхнем техническом этаже, объединённом в общую галерею.

Здесь оказалось достаточно многолюдно. На перекрёстках стояли охранники, вооружённые СВДК — крупнокалиберными винтовками Драгунова, по переходам сновали сотрудники в серых халатах. От непрекращающегося движения вся конструкция вибрировала и дрожала, Франт с опаской прижался к перилам — вниз лететь метров тридцать, чего ему очень хотелось избежать. Но кудрявый толстяк ходко семенил впереди, не сомневаясь в надёжности конструкции. Личный пример всегда заразителен, и куратор немного расслабился.

— В этой стороне у нас ферма, — Водёр говорил на ходу, размахивая руками, как ветряная мельница крыльями. В его голосе отчётливо прозвучала гордость, из чего Франт сделал вывод, что толстяк не просто заведующий, а имеет к созданию хозяйства прямое и непосредственное отношение.

— Ферма? — переспросил куратор и, стряхнув руку бросившегося помогать Фрэнка, пошёл следом. Выращивать можно всякое, от устриц до страусов, поэтому хотелось бы пояснений.

— Руберов мы здесь разводим. На жемчуг.

— Так они вроде в неволе жемчуга не дают. Да и процент небольшой, насколько я помню.

Водёр развернулся, хвастливо подбоченился и выдержал театральную паузу.

— У меня дают! Вы скоро лично во всём убедитесь, но давайте начнём по порядку. Здесь, — он ткнул пальцем себе под ноги, — у нас загон для пустышей.

— Зачем вам столько? — удивился куратор, опасливо выглянув за перила.

Внизу действительно бродило десятков шесть заражённых, явно из зелёного сектора шкалы.

— Кормовая база, — охотно пояснил Водёр. — Но это не всё. Я разработал специальную диету для поголовья. Раз в две недели мы отправляем поисковиков, и они нам привозят ещё не переродившийся материал для прикормки. Здесь неподалёку быстрый кластер есть. Как раз за это время перегружается.

Франт давно очерствел душой, но его слегка покоробило. Материал, кормовая база, прикормка… Нет, понятно, что все они станут заражёнными, но по факту безумные учёные скармливали монстрам живых людей. Причём поставили это на поток. Бр-р-р… Лучше об этом не думать.

— Здесь, — Водёр прошёл дальше и остановился над следующим боксом, — откормочная площадка. Мы обычно используем бегунов, с ними проще управиться. Кроме всего прочего, изучаем скорость перехода заражённых вверх по шкале.

Франт посмотрел вниз, потянул носом и брезгливо поморщился. Здесь пованивало. Не так чтобы сильно, но оттенки дерьма и гниющей плоти различались отчётливо. Но — издержки производства, ничего не поделать.

— А не логичнее ли тогда с пустышей и начинать? Для чистоты эксперимента? — спросил Франт, стараясь дышать через рот.

— Пробовали, но так гораздо дольше выходит. Бегуны — оптимальный выбор, — не замешкался с ответом Водёр.

Во втором боксе Франт задержался подольше, рассматривая, как тут всё устроено. Внизу своеобразной спиралью располагались отдельные загоны, соединённые переходами. В каждом сидел заражённый. От поджарого бегуна до мощного лотерейщика.

— Не вырвутся? — уточнил он, кивнув на здоровенную тварь в последней клетке.

— Сорок вторая арматура! — воскликнул Водёр, демонстративно сжимая пухлые пальцы в кулак.

Как будто это что-то гарантировало.

Франт с сомнением покачал головой. На месте Водёра он бы не был настолько уверен. Хотя… лотерейщика должна удержать.

— Отдельные клети, чтобы не сожрали друг друга, — продолжал объяснять технологию Водёр. — Как только последний переходит в стадию рубера, мы его перемещаем к продуктивному поголовью, остальных, соответственно, дальше по загонам. Освободившееся место занимает новый бегун. Мы недавно перешли на поточное производство. Непрерывный цикл, так сказать.

— Я понял, продолжим. — Франт сделал приглашающий жест, и они перешли в следующий бокс.

— А вот как раз то, о чём я вам говорил. Здесь мы получаем готовый продукт. — На губах Водёра появилась плотоядная улыбка.

Франт хотел бы разделить его радость, но не смог, от зловония у него заслезились глаза и сбилось дыхание. Он достал из кармана белый платочек и прижал к лицу — стало немного легче. Но одежду, скорее всего, придётся выкинуть.

Через пять минут куратор проморгался, попривык к смраду и смог продолжить экскурсию.

Третий бокс был разделён на три части бетонными стенами со стальными дверями, открывающимися вверх. В большом отсеке, среди обгрызенных костей и человеческих останков, сидело несколько руберов. Центральная комната оказалась пустой. В третьей располагалось оборудование непонятного назначения: клеть с двойной стенкой прямо у перегородки; внутри неё некий механизм, снабжённый телескопической штангой; вторая клетка, пустая, примостилась у дальней стены, рядом с двустворчатым металлическим шкафом.

Куратор пытался как-то увязать увиденное в единый функционал, но не преуспел и решил уточнить:

— Что там?

— Убойный цех. — Лицо Водёра осветилось незамутнённым счастьем маньяка перед актом насилия. — Моя личная разработка. Сейчас сами всё увидите. Так сказать, в действии.

Он щёлкнул пальцами, и ближайший к ним техник привычно поспешил по лестнице вниз. Из шкафа, на поверку оказавшегося холодильной камерой, он достал говяжью ногу, затем протиснулся в небольшой люк клети со странным механизмом и прикрепил мясо к штанге. Вылез, чуть не разодрав халат, и спрятался во второй. Пока техник занимался странными манипуляциями, другой сотрудник сбросил в центральный отсек ещё несколько кусков говядины.

Водёр вытащил из кармана халата небольшой пульт, зачем-то показал его куратору и нажал одну из кнопок. В боксе противно заорали сирены, по глазам резанул жёлтый свет проблесковых маячков. Франт вздрогнул от неожиданности и даже на секунду зажмурился.

— Началось, — сообщил ему толстяк с придыханием любителя театральных постановок.

Куратор и сам понял, но съязвить не успел. Первая дверь рывком отъехала вверх. Ближайший монстр унюхал лакомство и рванул к угощению, но его сбил с ног другой, самый здоровый. Гигант грозно оскалился, рыкнул на остальных и неторопливо зашёл в промежуточную комнату. Первая дверь затворилась, открылась вторая, высунулась штанга с говяжьей ногой. Рубер ринулся к ней — приманка втянулась, его челюсти лязгнули впустую. Монстр недовольно заурчал и ринулся догонять.

Дальнейшие события протекали настолько стремительно, что ориентироваться можно было только на слух. Торжествующий рык перекрыл звук сирен — рубер настиг добычу; рык перешёл в злобный рёв — понял, что оказался в ловушке; рёв превратился в вой и оборвался на верхней ноте — в клетку подали высокое напряжение.

Франт подбежал ближе, чтобы рассмотреть детали.

По прутьям решётки бегали сполохи рукотворных молний, рубера трясло и корёжило. Наконец он затих, и в атмосферу свинарника вклинился запах хорошо подгоревшего шашлыка.

Толстяк с наслаждением потянул носом и обернулся к куратору:

— Сейчас я докажу, что Водёр слов на ветер не бросает. — Он потряс пальцем в воздухе и побежал к лестнице.

Пока учёный спускался, техник выбрался из укрытия и вырубил систему. Потом вытащил из-под стола багор, потыкал им в обмякшую тушу и отошёл в сторону. Рубер не подавал признаков жизни.

Толстяк, пыхтя от натуги, открыл люк, просунулся в него наполовину и принялся возиться внутри. Виден был лишь толстый зад, обтянутый тканью халата, но ни у кого не оставалось сомнений, чем именно он занимался. Наконец, учёный закончил, неуклюже выбрался обратно и победно воздел кверху сжатый кулак.

— Есть! — торжествующе завопил он. — Красная! Красная!!!

От удачи коллеги Фрэнка перекосило хуже, чем от зубной боли, и он потянул Франта за рукав:

— Пойдёмте отсюда, у нас ещё много дел.

— Конечно, — с охотой отозвался Франт.

Он и сам был не прочь убраться, настолько, что оставил фамильярность Доктора без внимания. Водёр нагнал их у самого выхода.

— Смотрите, смотрите! Красная! Красная!!!

Весь перемазанный в саже и ржавчине, он прыгал вокруг каучуковым мячиком, и всё норовил сунуть грязный кулак под нос Франту. Тот налился краской гнева и уже был готов сорваться на толстяка, но Фрэнк его опередил.

— Коллега, вы переходите границы приличий, — высокомерно процедил он сквозь стиснутые зубы. — Подите… Сдайте продукцию на склад и переоденьтесь. Мы будем в крыле инвазивных испытаний.

Водёр, ничуть не растеряв оптимизма, кивнул и скрылся в лифте, а куратор с Доктором Фрэнком зашли во вторую дверь.

Тут воняло меньше, было светлее и намного просторнее. И как-то технологичнее, что ли. Если в первом крыле Франт не мог избавиться от ощущения, что очутился в хлеву, то этот воспринимался как цех на заводе. Правда, соотношение технический персонал — служба охраны склонялось в пользу последних. И вооружены они посерьёзнее. Марку винтовок, что бойцы держали в руках, Франт с ходу определить не смог, понял только, что калибр крупный. Гораздо крупнее, чем у СВДК.

— Здесь у нас полигон, — Фрэнк начал знакомить куратора с хозяйством. — Изучаем уязвимость высших форм заражённых и разрабатываем методы эффективного поражения. Вся работа ведётся внизу, можем спуститься. Посмотрите ближе, сами попробуете.