Дмитрий Шатров – В поисках золотой жемчужины (страница 61)

К смерти в Улье особенное отношение. Здесь смерть обыденна. Здесь каждый ходит по грани. Здесь живут взаймы, а по сути, одной ногой в могиле. Недаром кто-то придумал название «Стикс». Путь в царство мёртвых…

— Как парни? — спросил Бекон Голого.

Тот закончил перевязывать Ворота, вколол ему в бедро дозу спека и повернулся к боссу:

— Рыжий отбегался. У Ворота три сквозных в грудь, Венику прилетело в плечо по касательной. У Путёвого рука в двух местах и, похоже, бедро перебито. Пока держится, но тоже на спеке. Херово, короче, отвоевались, — невесело подытожил рейдер и принялся оттирать пальцы от крови.

— Выживет? — Бекон озабоченно взглянул на Ворота. Тому, несмотря на вколотый наркотик, явно становилось хуже. Он побледнел, часто прерывисто дышал, на губах надувались и лопались кровавые пузыри.

— Да кто ж его знает… — пожал плечами в ответ Голый. — На всё воля Стикса.

Пока шёл разговор, подтянулись остальные пленники. Подошёл Механик со своими бойцами, следом дяловские мужики. Приковылял Кипа со страдальческим выражением на лице. Ефимыч только где-то задерживался. Где — вскоре стало понятно по его тарахтению.

— Ну всё, всё, милые, успокойтесь. Не надо плакать. Всё обошлось.

Монгола кольнуло чувство стыда. За себя и отчасти за Кипу. Пока они тут стояли и тихо радовались освобождению, болтун-Незамай разыскал своих женщин. А маленький сенс прикрыл его и помог. Вот уж действительно, поступок не мальчика, но мужа. Пацана есть за что уважать.

— Есть у кого живец?

Незамай протолкнулся ближе, придерживая за плечо Танату, вторую сопровождал Мямля. Пузо сбегал в машину за фляжкой и напоил женщин. Вторая ещё хлюпала носом, а Танате помогло быстро. Правда, непонятно, что именно, то ли живец, то ли навыки медика. Раненым требовалась профессиональная помощь.

Она высвободилась из рук Незамая и опустилась рядом с Воротом. Прислушалась к свистящему поверхностному дыханию, простучала пальчиками по грудной клетке, пощупала пульс. Перешла к следующему. Осмотрела. Мельком глянула Веника и повернулась к Бекону, безошибочно определив его как старшего.

— Молодые выкарабкаются. Тяжёлый, если не вмешаться, помрёт. Я помогу, но мне нужны инструменты.

А вот с этим засада. «Ангелы» — солдаты удачи, а не бригада экстренной помощи. У них из инструментов топор и лопата, закреплённые на броне. Остальное больше предназначено для отъёма жизни, чем для спасения.

— В бронепоезде медотсек есть. Может, там чего найдётся, — вспомнил Монгол.

Поведение хрупкой девушки мобилизовало его на поступательные действия. Да и остальные пришли в себя. Веника, как легкораненого, отправили наблюдателем на крышу, Кипу, не слушая его возражений, туда же. Остальные занялись делами. Лопата, кстати, тоже пригодилась — своих погибших похоронить.

В медблок отправились целой делегацией. Могол и Бекон как штурмовики, Механик в роли технического эксперта. От Танаты не отходил Мямля, добровольно приняв на себя обязанности её телохранителя. Ну и Ефимыч, конечно. Он всегда был в гуще событий.

— За этим сюда приехали? — спросил Бекон, когда пошли вдоль платформы.

— За этим, за этим, — недовольно проворчал Механик. — По твоей милости у нас минус «Шилка», и я на крыше ещё не смотрел. Конечно, спасибо тебе за спасение, но имущество-то зачем портить?

Претензия, по сути, нелепая, но никто не обиделся, все знали отношение Механика к технике.

— Ну, извини, в следующий раз аккуратнее буду, — ухмыльнулся Бекон и уточнил: — Вообще-то, не у вас минус «Шилка», а у меня. По всем законам, это мой трофей. Честно отбитый.

Механик о такой постановке вопроса не задумывался, да, впрочем, и не хотел.

— Твой, мой. Он тебе на хрен не сдался.

— Ну как сказать. Вам, к примеру, могу продать. В Перевалок, — продолжал цеплять собеседника «Ангел».

— По-моему, этот вагон, — прервал их пикировку Монгол и полез открывать двери.

Оказавшись внутри, он протянул Нате руку. Бекон подсадил медичку, поднялся сам, следом забрались остальные.

Света внутри хватало, только чтобы не спотыкаться, но в медотсеке царила кромешная темень. Капитан достал фонарь и пробежался пятном света по стенам. Шкафов было много, так что шансы найти необходимое возрастали.

— Ната, тебе лучше самой посмотреть, — посторонился Монгол, пропуская медичку. — Дайте ещё фонарь.

Зажглись сразу два. Третий, свой, Танате протянул Мямля.

Девушка открыла первую дверцу, но рассмотреть, что там, толком не успела. Пол под ногами вздрогнул, вагон завибрировал, по глазам резанул яркий свет.

— Да чтоб тебя!

Ефимыч закрыл лицо рукавом и в испуге шарахнулся назад, остальные засуетились. Изменение обстановки трактовалось как угроза, а согласовать действия не успели. В тесном коридорчике тут же образовалась куча-мала. Монгол ринулся к выходу, Мямля поспешил к Нате, Бекон и Механик сцепились автоматами. Наконец разобрались и смогли отступить в кубрик, где и замерли, ощетинившись во все стороны стволами.

— Ната, Мямля, продолжайте искать. Бекон, Механ, за мной. Незамай, остаёшься прикрывать тылы, — приказал Монгол.

— А чё это…

— Незамай! — привычно рявкнул на него Монгол и пошёл вперёд, осторожно переставляя ноги.

— … как Незамай, так сразу тылы… — полетело неразборчивое вслед. Но капитан не услышал, он полностью сконцентрировался на новой задаче. Найти и обезвредить. Остальное его пока не интересовало.

Первый тамбур. За ним ракетный вагон. Капитан ещё на подходе решил, что использует дар — фактор неожиданности, скрытное проникновение и всё такое. Монгол «прыгнул»…

Единственное, в чём он просчитался — товарищей в план действий не посвятил. И чуть не получил пулю в лоб, когда открыл дверь с той стороны.

— Ты бы предупреждал, что ли, — недовольно прогудел Бекон, опуская автомат.

— Предупреждаю, — ухмыльнулся капитан. — Здесь чисто, дальше пошли.

Два артиллерийских вагона осмотрели тем же макаром. Монгол нырял через двери, потом запускал остальных. Наконец остановились у крайнего тамбура. Дальше только локомотив. Последнее необследованное место. Там по любому кто-то есть, поэтому тактику немного поменяли.

Монгол прыгнул, упал, Механик распахнул дверь, Бекон сунулся следом. Все трое замерли с натянутыми в струну нервами и пальцами на спусковых крючках. Никого. Только гул турбин, дрожь стен и яркий свет лампочек по коридору.

— Ты бы пушку сменил, — шёпотом посоветовал зампотех Бекону. — Здесь реактор, а ты из своей дуры таких дырок наделаешь, мало не покажется никому.

Совет запоздалый, но «Ангел» согласно кивнул, закинул ШАК-12 за спину и вытащил «Пустынного орла». Механик сокрушённо покачал головой — так себе замена, если быть совсем честным…

— Пс-с-с! — шикнул Монгол, качнув стволом в сторону приоткрытой двери реакторного отсека.

Похоже, нашли.

Всё это время Антон провёл в дальнем локомотиве. Атомит настолько погрузился в атмосферу сложных механизмов, что позабыл обо всём. Он читал и не слышал, когда началась перестрелка. А может, не обратил внимания. Тем более что толстая броня скрадывала звуки.

Для инженера теория без практики немыслима, поэтому дважды перечитав раздел, посвящённый реактору, Антон пошёл его запускать. Он шагнул внутрь отсека, открыл книжку на развороте со схемой и принялся разбираться на месте. Если верить инструкции, то система заглушена, значит, запускать нужно с нуля. То есть в ручном режиме.

Так, что здесь?

Подача воды перекрыта. Открыть. Он завертел кран, в трубах забулькало. Вроде подал.

Управление регулирующими стержнями. Самое большое колесо. Довернуть на четверть оборота против часовой стрелки. Довернул. Низко загудели набирающие мощность турбины.

Питание внутреннего контура. Перевести тумблер в положение «ВКЛ». Перевёл и зажмурился — тусклый дежурный свет сменился ярким рабочим. Отлично.

Система охлаждения. Перевести в активный режим. Есть. В общий гул добавился шум насосов подкачки и заработавших вентиляторов.

Проверить показания контрольных приборов. Инженер пробежался взглядом по циферблатам — все стрелки в зелёном секторе. Здесь порядок.

Запитать внешний контур и подсистемы. Антон методично защёлкал переключателями и последним воткнул главный рубильник в верхнее положение. Тот с гулким клацаньем встал на место. Состав, словно живое существо, задрожал всем своим бронированным телом и ожил.

Готово!

Реактор запущен. Дальше можно управлять удалённо. Но Антон не спешил.

Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и замер, наслаждаясь содеянным. Каждой клеточкой тела впитывал разлившуюся по отсеку энергию. Представлял, как электрический ток бежит по кабелям. Чувствовал, как требует приложения разбуженная мощь. Невероятная и неудержимая мощь атома!

Всплеск излучения избавил от сомнений, бессилья и страхов.

Он бог!

Бог из машины!

Сила его беспредельна!

Ему не равен никто! Он готов бросить вызов любому — Бур, Раджа, кто там ещё⁈ Он отплатит за всё! Он весь мир на колени поставит!..

— На колени! Руки за голову!

Дверь реакторного отсека распахнулась, внутрь ворвался мужик с автоматом. Второй — огромный — целился из пистолета поверх плеча первого прямо ему в лоб… Мгновенья триумфа сменились очередным поражением. В идеальный мир снова ворвался жестокий Стикс…