Дмитрий Шатров – Ренард. Цепной пёс инквизиции (страница 45)

Ренард поначалу пробовал их считать, но потом бросил это неблагодарное дело. Да и толк какой, когда имя им легион, а защитников всего пять рыцарей, да десяток стражников. Перевес явно не на их стороне.

Но и вариантов нет. Поэтому лучше атаковать первыми.

- Заряжай! — рявкнул комтур как можно бодрее. — Разобрать цели!

Заскрипели тетивы тяжёлых пехотных, стражники накладывали болты и занимали позиции. Госс уже почти дал отмашку к стрельбе, когда де Креньян заметил полупрозрачные тела зелиген.

- Погоди, — придержал комтура Ренард. — Попробую договориться.

- Ну попробуй, — проворчал тот, знаком приказав стрелками обождать.

- Эй! Эй! — заорал де Креньян, что было сил. — Скажите ему, что мы вас не трогали! Все виновные наказаны! И никто не пострадал!

Он размахивал руками как марионетка пьяного кукловода, тыкал пальцем то в себя, то в комтура, то в гигантского кабана и, наконец, своего добился. Его заметили. Одна зелигена кивнула, подплыла к Башахауну и принялась что-то наговаривать ему на ухо.

- Ну вот, зря боялись. Сейчас всё решим, — заявил де Креньян чуть охрипшим голосом.

Но в его глазах было больше надежды, чем убеждённости.

Глава 25

Защитники замерли в ожидании. Чем закончится разговор зелигены и монстра? Жить обитателям замка? Или погибнуть в неравном бою?

Стрелки стискивали арбалетные ложа, стараясь унять дрожь в пальцах, чтобы случайно не спустить тетиву. Де Креньян сжимал эфес до побелевших костяшек и безуспешно пытался уловить оттенки эмоций на уродливой морде Башахауна. Даже комтур — уж на что бывалый боец — и тот перестал дышать и подался вперёд, целиком превратившись в слух.

Но расстояние скрадывало звуки разговора чужан.

Зверьё под стенами тоже притихло и молча пожирало людей. Пока ещё только глазами. Но сотни лап дрожали в желании сорваться с места, а сотни клыкастых пастей истекали слюной, вожделея человеческой плоти и крови. Животные тоже ждали, но ждали другого — команды. Растерзать, растоптать, разорвать…

Переговоры не затянулись. Зелигена обернулась к Ренарду, что-то сказала и мрачно покачала головой. Слов де Креньян не расслышал, но жестикуляция девушки не оставляла сомнений. Не договорились. Повелитель Орлинского леса пришёл сюда не миловать. Карать. И своих планов менять не собирался.

Ренард только и успел, что скривиться с досады, а комтур уже начал действовать.

— Р-р-азобр-р-рать цели! — рявкнул он и дал отмашку стрелкам. — Пускай!

Слитно хлопнули арбалеты, десять волков заскулили, вскинулись и забились в агонии. Их сотоварищи дёрнулись, но не сбежали — остались на месте, хоть им далось это с превеликим трудом. А тетивы уже скрипели сызнова — защитники изготавливались к новому залпу.

— Ещё! Бей до последнего! — крикнул Госс, воодушевившись первым успехом, и захлопнул забрало. — Не боись, нас им здесь не достать!

Башахаун гневно сверкнул глазами в ответ, рыкнул и вбил в землю копыто. В тот же миг по вырубке прокатилось движение: зайцы в испуге прыснули в стороны, суслики с возмущённым посвистом скрылись в траве, пни задёргались, словно живые. Вот первый выдрал из земли узловатые корни. Выбрался на волю второй… За ним третий… Пятый… Десятый… И вот уже тысячи разномастных выворотней слились в единую массу, заполонив всю округу треском, скрипом и скрежетом.

Древесный вал накатил. Врезался в камень. И осыпался грудой бесполезных дров, не причинив никакого ущерба.

— Ерунда, — сообщил соратникам Госс, выглянув наружу. — Меньше, чем на четверть засыпало. Всё одно, не допрыгнут.

Может оно и так, но это было только начало.

Хранитель Орлинского леса повёл бородавчатым рылом, протяжно с переливами хрюкнул… словно прочитал заклинание.

Под ногами людей дрогнул пол, а земля у подножья стены вспучилась и ощетинилась частым гребнем молодой поросли. Побеги шустрыми змейками поползли вверх, выискивая слабину в каменной кладке. Сперва тонкие, хрупкие, они с каждой секундой набирали силу и вскоре змейки превратились в могучих удавов.

Посыпались мелкие обломки. Появились первые трещины. Стена дрогнула, но пока ещё сдерживала разрушительный натиск осатаневших растений. Проявление тёмной магии заставило стражников побледнеть, а Башахаун уже делал следующий ход. Монстр снова хрюкнул, на этот раз громко и коротко, и отправил свою армию в бой.

Дважды ему повторять не пришлось, зверьё сорвалось с места в карьер. Передние кидались на стену, отскакивали, прыгали снова. Задние напирали, сбивали друг друга с ног, лезли по спинам, по головам… Рога, клыки, копыта с когтями смешались в едином порыве. Сейчас у всех был один враг — человек.

Защитники стреляли так часто, как только могли. Даже не целились — промазать здесь невозможно. Убитые падали, спотыкались подранки, в тот же миг превращаясь в кровавое месиво, но запах крови только ярил нападающих. Вал истерзанных тел рос с каждой секундой — ещё немного и животные доберутся до края стены.

Стражники схватились за алебарды, комтур с Ренардом, наконец, обнажили мечи. Псы Господни кололи, рубили, секли, по сторонам разлетались лапы и головы. Кровавой жатве, казалось, не будет конца, но врагов становилось всё больше и больше. Люди пока отбивались, хоть и с преогромным трудом. Но это здесь. У ворот. Другие рубежи защищать было некому.

Мохнатая волна в двух местах перехлестнула стену, четвероногие захватчики ворвались во внутренний замковый двор. И тут же пожалели об этом. Их встретили дестриэ. Семь боевых жеребцов обрушили на диких зверей всю свою ярость. Подковы крушили черепа, ломали клыкастые челюсти, дробили кости в осколки. Их кусали, они кусались в ответ, и под крепкими зубами трещали рёбра и позвоночники.

Амулет налился свинцовой тяжестью, потянул Ренарда вниз. Тот не успел удивиться, как над ухом просвистела стрела. Вторая с противным звоном тюкнула в шлем. Третья вонзилась в плечо костяным наконечником — с кольчугой не справилась, но заставила зашипеть от боли. Де Креньян срубил очередного противника, глянул наружу.

Там уже подкатывала вторая волна. Чужане. Верховые на лосях и медведях, целый отряд лешаков в древесной броне, и дриады с луками и колчанами, полными стрел.

— Frigidus et non movere! — выкрикнул заклинание Ренард, очерчивая перед собой широкий круг.

Первая волна серых хищников застыла с ощеренными пастями, подарив людям минутную передышку.

— Дриады! — заорал де Креньян, махнув мечом в сторону лесных воительниц. — Выбивайте дриад!

— Выполнять! — рыкнул Госс, подтверждая приказ юного Пса. — Мы с парнем здесь пока сами…

Последнее, что он успел сказать.

Снова свистнуло. Стукнуло. Комтур обмяк и медленно завалился набок. Из смотровой щели забрала торчала стрела с костяным наконечником, пущенная меткой рукой.

Стражники замерли не хуже волков и уставились на погибшего командира. Еще секунда — и сплочённый отряд распадется на трусов. Ещё немного — и дрогнут. Побегут, хоть бежать им и некуда.

Ренард не дал им даже мгновенья:

— Здесь освящённые! — рявкнул он, схватив ближайшего бойца за шиворот, и всучил ему свой подсумок с болтами. — Стреляй, если не хочешь подохнуть. Пятеро с ним, остальные со мной!

Сталь, звеневшая в голосе де Креньяна, взбодрила стражников и вернула решимость. Пусть им всем предстоит умереть, но даже погибнуть можно по-разному. Одно — встретить смерть трусливой собакой, и другое — с мечом в руке, как подобает воину Господа.

Второй вариант предпочтительнее, но умирать Ренард не хотел.

Одно за другим звенели тайноцерковные заклинания, скрипели и хлопали тетивы, небесный клинок и пять алебард выкашивали врагов… Дриада пустила стрелу, упала с пробитой грудью сама, и алебард осталось четыре. Три… Две… Одна… Снова пять. У стрелков кончились болты к арбалетам.

Напор атакующих ослабел. У Ренарда мелькнула надежда, что они отобьются… шальная мысль растворилась в раскатистом рыке гиганта… И снова вернулась. Это прозвучал сигнал к отступлению.

Звери навострили уши, встрепенулись и беспорядочной толпой хлынули к лесу. Де Креньян внутренне сжался, ожидая очередного подвоха, и не ошибся. Похоже, ещё ничего не закончилось. Повелитель Орлинского леса взревел громче прежнего, опустил рыло с чудовищными клыками к земле и начал набирать ход. За ним потянулись чужане, собираясь в атакующий клин.

Де Креньян позабыл, где находится, не в силах отвести глаз от красоты разрушительной мощи. Вот Башахаун пошёл шагом. Вот рысью. Вот сорвался в неуклюжий галоп. Толчки мощных копыт отдавались у Ренарда в пятках, зубы клацали в такт, сердце билось…

Нет. Это амулет колотился в грудь, пытаясь выдернуть хозяина из оцепенения, но не успел. Башахаун на всём ходу влетел в ворота.

Доски разлетелись щепками, камень — осколками. Караульная башня покосилась, потеряв одну стену. Но устояла. А огроменная тварь, не помедлив и мига, ринулась к замку. Как раз в тот момент, когда в дверях показался Блез. В полном доспехе, шлеме с пока ещё открытым забралом и с тяжёлой секирой в руках.

— Ох, ты ж, дери меня Семеро! — проклятие рыцаря на миг заглушило топот и крики, воин обернулся и гаркнул своим. — Парни назад. Тащите всё на крышу.

Чем там закончилось, Ренарду не удалось досмотреть — на башню взобрался первый лешак. И вновь закипела смертельная битва. Стражников передушили, как курят, почти сразу. Их длинные алебарды не годились для ближнего боя. Да и простое железо лешакам нипочём. А вот небесный клинок — дело другое.