Дмитрий Шахов – Исповедь задрота. Все части в одной книге (страница 17)

– Я не спала, просто лежала рядом. Ты не против? – Спросила она.

– Нет, – улыбнулся я. – Пойдем в клуб или останемся дома?

– А как ты хочешь?

– Да мне все равно. У меня есть несколько хороших фильмов. Можем заказать пиццу на дом.

– Пицца – фу‑у‑у! Я лучше сделаю тебе моих фирменных сухариков. Только в магазин схожу.

– В прихожей тумбочка, там деньги.

– У меня есть.

– Нет уж, возьми мои. А я пока статистику проверю.

Я перебрался с кровати за компьютер. Новости были не из самых приятных, но все же обнадеживающими – трафик восстановился примерно на четверть от того, чтобы было до дидоса. Сисадмин написал, что ему удалось совместно с саппортом хостинга наладить систему фильтрации, позволяющую выдержать серьезные нагрузки: часть паразитного трафика должна была в случае атаки отбиваться еще на входе в дата‑центр, остальное фильтроваться уже руками и автонастройками на сервере. В детали я уже не вникал, сделали и ладно. Надо было решать проблему с партнерами. Но уже завтра. Оксана прокричала из другой комнаты, что сухарики готовы.

Глава 14. Кидалово

Совершеннолетие принесло не только хорошие новости. С одной стороны, я уже не опасался военкомата, мог спокойно употреблять алкоголь без страха отказа со стороны бармена, мог жениться, мог получить права на вождение автомобиля. С другой вся эта суета с сайтами порой казалась такой мелочной, несмотря на цифры заработка.

С началом учебного года Оксана перебралась ко мне. Жизнь с ней оказалась лучше, чем я ожидал. Всегда кажется, что лишний человек в квартире сразу начнет наводить свои порядки, требовать ставить обувь в прихожей на полочку, а носки перестать разбрасывать по квартире. Но Оксана безропотно делала это сама. Настолько безропотно, что моя совесть заставила меня поддерживать порядок, который навела моя девушка. Вкусная еда, секс по вечерам – что еще надо простому вебмастеру?

На этом фоне обрушение крупнейшего контент‑провайдера смс‑услуг стало самым ярким и самым горьким событием наступившей осени. Я работал с ними напрямую, и у меня зависло в холде примерно около миллиона рублей. Всего же общий долг провайдера перед партнерами по слухам составил больше миллиона долларов. Я был поставлен перед фактом – выкручиваться самому за счет своих средств или объявить дефолт по партнерке – теоретически я мог выплатить партнерам их вознаграждение, но тогда бы остался вообще без денег. Сдерживая истерику микровыплатами, я судорожно искал возможность извлечь свои деньги из биллинга.

Большинство попало на суммы от трехсот до тысячи долларов. Крупных партнеров оказалось немного. Потихоньку мы – крупные кредиторы провайдера – списались друг с другом. Выяснилось, что никому уже несколько дней никто не отвечал со стороны биллинга. Сначала шли просьбы подождать, потом саппорт просто замолчал. Ситуация на самом деле было довольно странной: банк, обслуживающий биллинг, просто приостановил платежи. Это если верить владельцу и управляющему биллинга. Будет ли кто‑то нам что‑то возвращать – оставалось непонятным.

На этом фоне активно заработал биллинг, который принадлежал владельцу банка. В этот момент почта заработала, и старый биллинг стал щедро раздавать обещания вернуть деньги. Ждать или переходить?

А партнеры, устав ждать своих денег, просто перекидывали свой трафик на более мелкие партнерки. Я терял заработок и время. Не в силах больше находиться в подвешенном состоянии, я принял кардинальное решение: заморозил первую партнерку, пообещав выплату долгов сразу как смогу, и открыл другую, скрывая связь между ними. На запуск новой ушли последние деньги, и я сидел возле монитора со скрещенными пальцами – пойдет трафик или нет. Пошел. Так сделали почти все, кого я знал из владельцев партнерок.

Кидок? Наверно, да. Между спасением партнеров я выбрал спасение себя. Я был уверен, что как получу деньги из‑за замороженного холда, так сразу верну их партнерам. Но пока это была игра на выживание, и у меня не было выбора. Я слышал, что многие из мелких партнеров понесли серьезные убытки, так как в обороте крутились занятые у других деньги. Но в моих тикетах кроме откровенных угроз приехать и настучать по голове сложных историй не было.

Это не мешало, впрочем, все равно чувствовать себя говном. Я стал чаще выпивать, злиться без повода, уходить и просто гулять по улицам в одиночку.

Беда не приходит одна: через неделю, как я открыл новую партнерку, тяжело заболел отец. Он никогда не отличался хорошим здоровьем – обычный работяга, каких много. Но сильно никогда не болел. Оказалось, что он долго скрывал серьезные боли в почках, пока просто не смог встать с постели. Врачи сняли спазм, но на операцию не решились – в нашем зажопинске даже аппендицит боялись вырезать.

Отца перевезли в центр, мать взяла отпуск за свой счет и поселилась у нас. Она прекрасно ладила с Оксаной, стала считать ее практически невесткой. Почти все время, пока мать не сидела у постели отца в больнице, они щебетали о каких женских мелочах. О каких? Я не слушал, главное, что мне не мешали.

В эти дни я стал думать об общении. Принято считать, что все, кто дружен с компьютером, общаются между собой смайликами и на албанском. Но это не так. Сеть большая, и в ней есть место любому общению. Недостаток скорости в годы становления Интернета породил текстовое общение, у которого было и другое преимущество: через текстовые мессенджеры можно поддерживать общение с большим количеством одновременно. В загруженные дни у меня было открыто до тридцати окон с разными пользователями, и с каждым шел какой‑то диалог.

В то же время объяснять одни и те же вещи разным людям порядком утомляет. Раздел Вопросов‑Ответов на сайте от нагрузки не спасал. Форум частично поправил ситуацию, но теперь мне хотелось пойти несколько дальше. Хотелось скрестить сайт знакомств и форум. Сео‑вконтакте? Почему нет. Я записал эту мысль на стикер и налепил на монитор.

– Привет! – Мигнуло окно в аське.

– Привет, – ответил я.

– Это ты хозяин такой‑то партнерки?

– Я.

– Слышь, есть деловое предложение, – по‑пацански моргнул смайлик. – У меня есть идея одна. Свежак. Такого еще не было в рунете.

– Слушаю.

– В общем, смотри – чувак качает файл, а он упакован в архив. Когда он начинает деархивировать его, то его просит ввести пароль. Но чтобы получить пароль, надо отослать смс. Я сишник – программлю на Си. Я сделал такой архиватор. Не хочешь купить?

– Пример посмотреть можно?

– Конечно, мыло скажи.

– …@gmail.com.

– Лови.

Проверять полученный архив, который мог оказаться вирусом, мне не хотелось на компьютере, с которого работал с электронными кошельками. Я перекинул архив на старенький ноутбук, работал я сейчас преимущественно на новом и мощном десктопе. Действительно, архив при распаковке показал сообщение о необходимости заплатить смс.

– Работает. Интересная штука, – написал я своему собеседнику.

– А то ж! Берешь?

– Сколько?

– Пять тысяч баксов.

– Сколько?!!

– Ну ты представь, сколько ты поднимешь на этом!

– Я подумаю.

– Ну смотри, я собираюсь и к другим пойти. Кто‑то купит первым.

– Желаю удачи.

Собеседник отключился. Так я, возможно, упустил одну из лучших возможностей для развития. Но в тот месяц на меня словно кирпич упал – не везло и все тут. В комнату заглянула мать.

– Женечка, радость‑то какая!

– Что случилось? Отцу стало лучше?

– Это тоже, но я о другом.

– Что случилось‑то? – Я с удивлением посмотрел на мать. У нее за спиной с виноватым видом стояла Оксана.

– Я беременна, – почти шепотом сказала она. Мир рухнул у меня из‑под ног.

Я сел на кровать и так побледнел, что мать с оханьем подскочила ко мне.

– Женя! Ты что? Тебе плохо?

– …Нет, мам, все в порядке. Мне просто на воздух надо. Срочно. Я в магазин сбегаю, проветрюсь и что‑нибудь куплю отпраздновать. Хорошо? – Я встал и пошел в коридор.

– Да, возьми шампанского, пока его еще можно Оксаночке, – вдогонку крикнула мать.

Я быстро накинул кроссовки и куртку и выбежал из вдруг сгустившегося воздуха в квартире. На улице стояла ранняя теплая осень, солнце приятно слепило глаза, но атмосфера уже была наполнена той прохладной свежестью, которая предупреждает наступление настоящих холодов.

Я шагал по улице, и все мысли крутились только вокруг "за что мне все это". Я не заметил, как проскочил магазин и оказался на главной площади города, где возле памятника Ленину стояла небольшая группа зевак, окружавших какое‑то действо. Я сел на одну из лавочек, окружавших площадь, и наблюдал за толпой. Мне не было ни капельки интересно, что там происходит, просто надо было куда‑то смотреть.

Люди отходили и тут же подходили новые. Но их никогда не было достаточно много. И в то же время слишком мало их тоже не было, я так до сих пор и не смог увидеть, что же они там рассматривают. Через минут пятнадцать неудобные брусья скамейки стали впиваться мне в зад, так что я решил поменять дислокацию. Да и, если честно, мне хотелось выпить, а ближайший магазин был аккурат на другой стороне площади, за памятником.

В этот же момент люди, насмотревшись неизвестного мне действа, стали расходиться. Когда зевак почти не стало, я увидел, что в центре была девушка с тетрадкой и плакатом. Какой‑то пикет, подумал я, проходя мимо памятника. И в этот момент наши взгляды пересеклись.