Дмитрий-СГ Синицын – Сказы о том, как чудеса на Руси начинались (страница 14)

– Видела я сердце твое, юноша, и знаю – достоин ты стать защитником земли русской. Но путь богатырский труден и опасен. Можешь выбрать жизнь простую – будешь богат и счастлив, но обычен. А можешь пойти дорогой подвигов – будет тебе слава, но и горе великое.

И кто выбирал путь легкий, тот терял силу богатырскую навсегда. А кто соглашался на трудную дорогу, получал от Бабы-Яги первый дар – коня богатырского, что мог летать по поднебесью и говорить человечьим голосом.

После выбора пути отправлялся будущий богатырь к Святогору-великану, что жил в горах Святых за тридевять земель. Долог был путь туда – через леса дремучие, где водилась нечисть лесная, через болота топкие, где жили кикиморы и водяные, через пустыни жаркие, где скрывались джинны и ифриты.

Многие поворачивали назад, испугавшись опасностей. Но кто дошел до Святогора, тот проходил второе испытание.

Святогор не сражался с пришельцем мечом или копьем. Он клал свою руку богатырскую на плечо юноши и передавал ему частицу боли всего мира – страдания всех обиженных, слезы всех сирот, горе всех матерей, что потеряли детей.

– Сможешь ли вынести эту тяжесть? – спрашивал Святогор. – Ибо богатырь должен не только защищать людей, но и чувствовать их боль как свою собственную.

Кто не выдерживал испытания, тот сходил с ума от горя или умирал от тоски. А кто принимал боль мира в сердце свое, не сломившись духом, тому давал Святогор второй дар – меч-кладенец, что сам находил путь к сердцу злодейскому.

После испытания у Святогора должен был будущий богатырь найти Финиста Ясна Сокола, что летал по всему белу свету и знал все тайны земные и небесные. Не было у Финиста постоянного жилища – сегодня он в одном месте, завтра в другом.

Искали его годами, а иные и десятилетиями. И в поисках этих проходили третье испытание – испытание терпением и мудростью. Встречали на пути разных людей – добрых и злых, мудрых и глупых, богатых и бедных. И должны были научиться понимать людские сердца, различать правду от лжи, добро от зла.

Когда находили наконец Финиста, тот не давал никаких подарков и не учил воинскому искусству. Он просто задавал один вопрос:

– Скажи мне, зачем ты хочешь стать богатырем?

И кто отвечал: "Чтобы стать сильным и знаменитым" или "Чтобы все меня боялись", тех отсылал Финист прочь. А кто говорил: "Чтобы защищать слабых и обиженных", тому он давал третий дар – знание языков всех народов и умение видеть сквозь любой обман.

Последнее испытание было самым трудным. Должен был будущий богатырь вернуться в родные места и жить там целый год как простой человек – работать в поле, помогать соседям, заботиться о старых родителях. И никто не должен был знать о его силе богатырской.

В этот год к нему приходили разные искушения. То разбойники нападали на село, и хотелось выйти с мечом и разогнать их одним ударом. То князь местный обижал народ, и хотелось наказать его силой. То пожар случался, и хотелось показать силу свою, спасая людей.

Но настоящий богатырь должен был действовать мудро – помогать людям, но так, чтобы они думали, что сами справились. Организовать сопротивление разбойникам, но не выделяться среди других. Потушить пожар, но так, чтобы никто не заметил его особой силы.

Кто выдерживал год такого испытания, тот становился истинным богатырем. А кто не мог сдержать гордыню свою, тот терял силу и дары, что получил в испытаниях.

По истечении года являлся к новому богатырю сам Илья Муромец – старший среди всех богатырей русских. Он проводил обряд посвящения: надевал на нового богатыря кольчугу кованую, что защищала не только от мечей вражеских, но и от зла людского, вручал шлем булатный, что оберегал от чар колдовских, и благословлял на служение земле русской.

– Помни, – говорил Илья Муромец, – богатырь служит не князьям и не золоту, а правде и добру. Сила твоя дана тебе не для славы, а для защиты тех, кто сам защититься не может. И пока бьется в груди сердце, пока течет в жилах кровь – не сложишь ты оружия, не оставишь в беде народ свой.

После посвящения получал новый богатырь имя новое – не то, что дали ему при рождении, а то, что отражало суть его богатырскую. Илья стал Муромцем, Добрыня – Никитичем, Алеша – Поповичем. И имя это становилось известно по всей земле русской.

Служили богатыри не за золото и не за почести. Жили они просто, довольствовались малым, а главной наградой была им благодарность людская да чистая совесть.

Собирались они все вместе лишь в час великой опасности, когда угрожала земле русской беда несравненная. А в обычные дни каждый нес службу свою там, где нужнее всего – кто на границах дальних, кто в лесах дремучих, кто на дорогах торговых.

И так служили они до самой смерти, а когда приходил час последний, не умирали богатыри как простые люди. Превращались они в камни белые на курганах высоких, и говорили люди, что спят богатыри сном богатырским, а в час лихой проснутся и снова встанут на защиту земли родной.

Легенда о том, как богатырь одолел Кота Баюна

В стародавние времена, когда еще правил в Киеве князь Владимир Красное Солнышко, приключилась на Руси беда невиданная. Напал на землю русскую сон волшебный, что наслал Кот Баюн – чудище страшное, размером с медведя лесного, с глазами как жар горящие и голосом сладким, что усыплял всякого, кто его слышал.

Жил тот Кот на дубе железном, что рос на острове посреди моря-окияна. Семь верст был тот дуб в высоту, а листья на нем звенели, как колокола серебряные. И когда начинал Баюн петь свои песни колдовские, разносился голос его на сотни верст кругом.

Засыпали от того пения пахари прямо за сохой, засыпали ремесленники за работой, засыпали воины на страже. И спали они сном мертвым, не просыпаясь ни от грома, ни от трубы боевой. А Кот тем временем спускался с дуба своего и крал что хотел – и золото княжеское, и красавиц боярских, и детей малых.

Собрал князь Владимир думу великую, созвал богатырей своих:

– Помогите, добры молодцы! Гибнет земля русская от сна проклятого. Кто сможет одолеть Кота Баюна и освободить народ от чар его?

Первым вызвался Алеша Попович, молодой да удалой:

– Я пойду, князь-батюшка! Не велика беда – всего лишь кот, пусть и большой!

Снарядился Алеша в дорогу дальнюю, взял лук тугой и стрелы каленые, сел на коня доброго и поехал к морю-окияну. Доехал до берега, видит – остров посреди воды, а на нем дуб железный высится до самых облаков.

Только приблизился богатырь к острову, как зазвучал голос Кота Баюна – сладкий, как мед, убаюкивающий, как колыбельная материнская. И такая дрема напала на Алешу, что свалился он с коня и уснул на берегу крепким сном. Три дня и три ночи проспал, а проснувшись, увидел, что конь его угнан, а оружие пропало.

Вернулся Алеша в Киев пеший и посрамленный. Тогда вызвался Добрыня Никитич:

– Не горюй, Алеша! Знаю я способы против колдовства. Воском залеплю уши, не услышу песен проклятых!

Поехал Добрыня, заткнул уши воском, как задумал. Но хитер был Кот Баюн – стал он петь не только голосом, а всем телом своим. И пошли от него волны сонные, что проникали не через уши, а прямо в душу. Уснул и Добрыня, как и Алеша прежде.

Тогда собрался в поход Илья Муромец, самый старший и мудрый из богатырей:

– Видно, не силой тут брать надо, а умом, – молвил он. – Пойду я к бабе-яге, спрошу совета.

Доехал Илья до избушки на курьих ножках, что стояла на краю света белого. Вышла к нему баба-яга, костяная нога:

– Зачем пожаловал, богатырь русский? Не за тридевять ли земель путь держишь?

Рассказал Илья про беду великую, про Кота Баюна и сон волшебный. Выслушала яга и говорит:

– Эх, Илья Иванович! Не силой Кота одолеть надо, не хитростью, а терпением великим. Кот Баюн – создание древнее, помнит еще времена, когда мир только создавался. Усыпляет он не из злобы, а от скуки великой. Веками одни и те же песни поет, все одно и то же видит.

– Как же его одолеть? – спрашивает Илья.

– А ты не борись с ним, а подружись! – отвечает яга. – Расскажи ему что-то новое, чего он не слышал. Развесели старого кота, дай ему радость, и сам откажется он от злодейств своих.

Дала яга Илье три подарка: гусли самогуды, что сами играют веселые песни, шапку-невидимку и мешочек с сонными травами.

Приехал Илья к морю-окияну, надел шапку-невидимку и переплыл на остров. Подошел к дубу железному, а Кот Баюн уже начинает свою песню заводить. Но Илья быстро достал травы сонные, засунул себе в уши и не услышал пения.

Видит Кот – стоит под деревом человек, а от песни его не засыпает. Удивился и спрашивает:

– Кто ты такой, смертный? Как устоял против чар моих?

– Я Илья Муромец, богатырь русский, – отвечает Илья. – А пришел я не воевать с тобой, а поговорить по-хорошему.

Спустился Кот с дуба, сел рядом с богатырем. И правда, огромен был – больше медведя, шерсть черная с отливом синим, глаза горят, как звезды ночные.

– Давно я с людьми не говорил, – молвил Кот печально. – Все от меня бегут да спят. Скучно мне, Илья Муромец.

– А что тебе интересно? – спрашивает богатырь.

– Новые истории люблю, песни необычные. Надоело одно и то же столетиями петь, – признался Баюн.

Тогда достал Илья гусли самогуды и говорит:

– Давай так договоримся, Кот Баюн. Будем по очереди истории рассказывать и песни петь. Если ты меня удивишь – делай что хочешь с землей русской. А если я тебя развеселю и новым порадую – перестань людей усыплять.