Дмитрий Серебряков – Кот Шредингера (страница 4)

Это да. С ночными прогулками нашей хозяйки у нас трудности. Они есть, я их вижу, но доказать Лиз не могу. И если вначале она верила моим словам, то сейчас уже нет. Мол хочешь, чтобы поверила, докажи хоть как-то. Обидно, конечно, но истина в ее словах есть. Сам ее приучал не верить никому на слово. Вот теперь пожинал плоды собственного обучения.

— «Она словно профессионал, только что разыграла такую сцену на ровном месте. А ты после этого говоришь, что все нормально?», — возмутился я. — «Да кто еще в ее возрасте на такое способен?»

— «А в искренность Ли Хо ты поверил?», — иронично поинтересовалась Лиз.

— «Да. А что?», — растерялся я от такого поворота.

— «То есть ты перестал ощущать эмоции По?», — сарказм так и сочился из ее слов.

И я хотел бы колко ответить, но не смог. Увы. Она меня уела. Она права. Ощущения По я игнорировал. Точнее, не обращал на них внимания, а зря. Ибо они были, как и всегда, безмятежными. Наш панда как дрыхнул спокойно, так и продолжал это делать. То есть эмоции его хозяйки были настолько бледными, что По даже не заворочался во сне. А ведь буквально вчера, когда Ким сломала себе ноготь, бедный панда чуть не обделался от страха. Вот там эмоции били через край. А здесь и сейчас — полный штиль.

Другими словами, Ким говорила без капли искренности, так же как и Розалия. А значит, либо я должен назвать обеих мировыми звездами театра, либо признать, что все бабы — те еще актрисы по жизни. Причем, похоже, с самого рождения. М-да. Беда-печаль. Кажется, мне срочно нужно пересмотреть свое отношение к подросткам. Я их явно недооценивал.

— «Хорошо», — тяжело вздохнул я. — «Признаю, ты права».

— «Вот и отлично», — самодовольно заявила Лиз. — «Но ты не расстраивайся. Для их возраста это нормально. К тому же, не забывай, Ли Хо аристократка в десятом поколении, а Роз та еще хитрая бестия. Так что на твоем месте ошибиться мог кто угодно».

— «Проехали», — поморщился я в ответ. — «У меня есть другое предложение. Кажется я знаю, как доказать тебе ночные похождения Розалии».

— «Да ну?», — с явным недоверием и иронией хмыкнула она.

— «Да. Знаю. И поможет нам в этом наш пандыч», — с предвкушением заявил я. И да, у меня реально созрел гениальный план.

— «По? Поможет?», — недоуменно покосившись на морду спящего панды, удивилась Лиз.

— «Ооо да. Поможет и еще как», — зловеще улыбаясь и мысленно потирая лапки, протянул я.

Глава 3

Посреди густого леса, на покрытом зеленым ковром травы холме расположилась весьма странная группа монстров. И больше всего среди них выделялась огромная, — по своим размерам она могла легко посоперничать с любым из взрослых носорогов, — белая паучиха с двумя десятками фиолетовых глаз, расслабленно развалившаяся на белоснежно белой паутине в форме большой подушки.

Впрочем, сидевший рядом с ней на деревянном стуле с подлокотниками подросток с длинными синими волосами, выглядевший один в один как самый обычный человек, тоже эффектно выделялся на фоне остальных. Особенно сильно внешний вид паренька контрастировал с двумя помощниками, что столбами застыли за его спиной — двухметровой горгульей и не уступавшим ей размерами гризли.

С другой стороны от паучихи расположился всего один ее помощник. Ящеролюд. Он не выглядел грозно, а своими размерами превосходил лишь паренька и то не особо. Но что его разительно отличало от остальных, так это глаза. Его невероятно голубые и проникновенные глаза. В них так и сочилась мудрость веков, а также забавная гамма любопытства, соперничавшая в своем проявлении с маниакальным блеском самого настоящего психа.

— «Я так понимаю, что с ритуальными разговорами о погоде мы закончили и можем перейти к делу?», — явно пребывая не в лучшем расположении духа, транслировала свою мысль всем собравшимся паучиха Клэр.

— «Ты как всегда спешишь и торопишься», — покровительственно улыбнулся подросток. — «А ведь мы еще даже не обсудили вопрос одного из твоих поселений. Кажется, его полностью сравняла с землей миграция морских тварей?».

— «Айзек», — хмуро процедила Клэр. — «Хватит играть в эти игры. А то я тоже могу вспомнить про твой город, который накрыла портальная сфера. Но все это ерунда. У меня есть тема поважнее этих мелких неурядиц».

— «Уничтожение твоего поселка и моего города мелкой неурядицей я не назвал бы», — спокойно возразил Айзек, осуждающе покачав головой. — «Но раз ты настаиваешь, то так и быть. Я готов выслушать твою настолько „важную“ причину, что мне пришлось переться аж в эту глушь».

— «Симон, покажи», — Клэр обратилась к своему помощнику.

Ящероподобный кивнул и тут же создал сложную магическую печать. Печать ментальной связи между собой и кем-то еще, явно находившимся очень далеко отсюда. А после того как связь была установлена, ящероподобный помощник применил явно волшебство, а не магию. Ибо перед собравшимися исчезла часть поляны и леса, а вместо нее стало отчетливо видно пещеру. Это была иллюзия. Трансляция изображения из другого места. Но ее качество и детализация поражали уровнем. Если бы не легкое, едва заметное просвечивание, то отличить от реальности эту трансляцию было бы очень сложно.

В просторной пещере находились трое. Посреди пещеры, в самом центре магической печати, лежал связанным паутиной по рукам и ногам гориллоподобный изгой, в котором без труда узнавался Артур. А двое ящероподобных сидели с закрытыми глазами у печати. При этом была отчетливо видна тонкая нить фиолетового цвета, витиеватой вязью связывавшая их тела с внешней границей печати.

— «Ментальная руна высокого уровня», — равнодушно констатировал Айзек. — «Я так понимаю, у того кто в центре, магии совсем нет?»

— «Да. Нет», — многозначительно протянула Клэр. — «Но тем не менее, это очень необычный изгой. Я бы даже сказала, весьма и весьма необычный».

— «Да хоть супер-гений. Я-то здесь при чём?», — хмыкнул Айзек.

— «Мне нужна твоя помощь», — спокойно констатировала паучиха, а после сразу же и пояснила. — «К сожалению, как мой помощник ни старался, но некоторые важные детали так и не смог узнать. Надеюсь, у тебя выйдет лучше, чем у него».

— «Симон не справился?», — слегка удивился Айзек, покосившись на продолжавшего держать печать ящеролюда. — «Хм. Забавно. Но ладно. Продолжай. Что именно нужно узнать?»

— «Этого изгоя зовут Артур», — махнула одной из своих лап в сторону трансляции Клэр. — «Это очень странный изгой. С весьма специфическим волшебным даром тела. Впрочем, главная его особенность заключена в другом. Непостижимым образом он смог повесить метку на Архитектора, и более того, привязать ее к своей душе, а не к телу. То есть, сколько бы он….»

— «Я понял. Дальше», — поморщившись, прервал пояснения Айзек.

— «Эмм. Ладно», — недовольно протянула Клэр, с осуждением покосившись на собеседника, но спорить не стала. — «Я хочу узнать, как он смог это сделать».

— «Мы же сейчас говорим про Архитектора Реальности?», — чисто риторически на всякий случай уточнил Айзек. В ответ паучиха согласно кивнула. — «Это всё, что нужно узнать?»

— «В общем и целом, да», — не очень уверенно подтвердила Клэр, но сразу же добавила. — «Но если ты сможешь выяснить, кем именно он являлся до того как стал изгоем, будет просто великолепно».

— «Симон даже этого не смог выяснить?», — теперь уже не скрывая изумления, высказался Айзек. И уже обращаясь к ящеролюду, добавил. — «В чем дело, Симон? Раньше у тебя все выходило. В чем закавыка с этим вашим Артуром? В чем подвох?»

— «Госпожа позволит ответить уважаемому господину Айзеку?», — с показным почтением слегка поклонился в сторону паучихи ящеролюд Симон.

— «Да. Говори», — махнула лапой Клэр.

— «Проблема, уважаемый, в том, что у данного экземпляра слишком закольцованное на себе самом сознание», — менторским тоном, словно самый настоящий ученый, начал свое пояснение Симон. — «В данный момент мои помощники уже два месяца держат его разум в некоем подобии эмпирического сна. В нем он постоянно доходит до точки выполнения своей самой желанной мечты, а после воспроизводится запись, где моя госпожа уничтожает его психику ударом о псевдореальность уже другого сна. При этом он, во-первых, вспоминает все свои сны, которые проживал до этого, во-вторых, осознает, что это лишь иллюзия, созданная ради его ментальной пытки. В-третьих, ему каждый раз кажется, что очередной сон — это новая реальность. И я абсолютно уверен в том, что он понятия не имеет, как отличить сон от реальности. А значит, переживает каждый раз очень болезненно. Вот только почему-то, несмотря на почти сотню пережитых отдельных историй, в которых, как ему кажется, он прожил десятки лет, его разум остается твердым, и в нем нет даже намека на психическое расстройство. Это звучит странно, но мне так и не удалось сломать его».

— «Ясно», — задумчиво перестукивая пальцами по подлокотнику, протянул Айзек. — «Значит, у него есть некий очень мощный якорь, из-за которого он не может или не хочет сдаваться. Или же его психика имеет защиту, а возможно и еще что-то. Любопытно».

— «Ты сможешь его сломать?», — нетерпеливо перебила Клэр.

— «Хм. Это будет непросто», — озадаченно покачал головой Айзек. — «Но некоторые идеи у меня есть. Я ведь понимаю, что твое появление в конце каждого сна обязательно? Ты опять мстишь?»