Дмитрий Самохин – Клеймёный (страница 28)
– Мы начинаем погрузку маара. Наши платформы на поверхности ждут груз, – предупредил Ульрих. – У тебя есть люди, которые знают, как маар на поверхность поднять?
Илья переключился на канал «донников» и отправил запрос. Отозвался Сэм Крупп. В его команде оказалось двое каторжан, которые несколько раз участвовали в погрузке маара на звездолеты Поргуса.
– С погрузкой мы разберемся. Есть профи, – ответил Илья. – Сразу предупредить хочу, чтобы никаких сюрпризов не было. Сейчас вы начнете грузить маар, а мы поднимемся на борт звездолета. Предупреди своих, чтобы никаких провокаций. Каждый мой боец имеет при себе маленький кусочек маара. И в случае, если у кого-то из твоих ребят появится идея избавиться от нас в полете, мы тут же выпарим маар к чертям, вместе со звездолетом и всем вашим экипажем. И чтобы вы, ребята, не забывали об этом. Мы будем носить этот маар у себя на груди. Каждый раз вы будете видеть его и помнить, что с нами надо аккуратнее. Тебе все ясно?
– Ты хитрый. Опасный человек. Неудивительно, что ты оказался на Пекле, – криво усмехнулся Ульрих.
Он обернулся и махнул призывно рукой. Один за другим на платформу стали забираться корсары.
–
Слова его разлетелись по всем уровням Пекла, занятым корсарами. В автоматическом режиме пришли инфопакеты от командиров групп. Сообщение получено и принято к исполнению.
Ульрих посмотрел на Давыдова.
– Доволен?
– Вполне.
– Тогда мы приступаем к загрузке. Пусть твои спецы покажут, что тут и как. А вы отправитесь с полковником Семеном Ханом. Он проведет вас через все подконтрольные нам уровни к звездолету и доложит о вас капитану Вульфару. Он, конечно, будет очень недоволен. Но вынужден будет подчиниться. Там о вас позаботятся.
– Сойдет, – согласился Илья.
Ульрих подозвал к себе корсара. Им оказался двухметровый гигант в доспехах, выглядящий настоящий танком. Как оказалось, его именно так и звали.
– Танк, найди Хана. Берите «донников» и ведите на корабль. И никаких заскоков. Все должны быть целы и невредимы.
– Понял, босс, – рявкнул Танк.
Ну, и голосище у этого гиганта.
Давыдов по открытому каналу вызвал к себе всех «донников». Они покинули укрытия и сошлись на платформе. Сэм Крупп проинструктировал своих бойцов, которым предстояло остаться с пиратами. Двое молодых парней, похожих друг на друга, словно близнецы, внимательно выслушали командира и направились к Ульриху, который тут же взял их в оборот. Вместе с пятеркой корсаров они отправились на склад.
– Сейчас они активируют автоматические платформы, которые загрузятся мааром под завязку, и на лифте отправятся на поверхность, – сообщил подошедший Карен Серое Ухо.
– То есть, кроме центральных ворот, выход на поверхность все же есть? И что, никто ни разу не пытался им воспользоваться для побега? – поинтересовался Давыдов.
– Были смельчаки. Сложили голову. Лифты активируются только в определенное время, когда приходит корабль. Без специального допуска в них не проникнуть. А даже если получится, то информация о проникновении поступит на центральный пост, где они включат систему безопасности. В общем, лифт заполнится газом, и все спокойно отойдут в мир иной. Вот двое парнишек так и словили свою смерть. Главное, что не сильно мучились. И ведь даже костюм «Проходчика» не поможет.
– А как же сейчас? Наши там не надышатся?
– Одди и Баг ребята опытные. Они про эти приблуды в курсе. Ульрих сказал, что центральный пост у них под контролем. Их спецы сейчас разбираются, так что в ближайшее время все будет работать, – включился в разговор Сэм Крупп.
К «донникам» подошел корсар, за спиной которого возвышался Танк.
– Ты – Давыдов? Я – Хан. Пошли.
Он не стал дожидаться ответа, развернулся, подошел к краю платформы, спрыгнул на рельсы и зашагал к правому туннелю. Танк шел за ним. И еще двое бойцов увязались. Илья окинул взглядом свое воинство и последовал за проводником. Громыхая железом, «донники» пошли за ним.
Они миновали раскуроченные баррикады, взорванные рельсы и подошли к скоростной капсуле. Корсары уже успели подготовить капсулу для перемещения закованных в броню людей. Что интересно, мысль у них сработала так же, как у Ильи. Они просто вычистили капсулу изнутри, так что ехать в ней можно было только стоя. Хан дождался, пока погрузка закончится, закрыл двери и запустил капсулу в обратный путь.
Ехали молча. Присутствие корсаров сковывало движения и закрывало рты даже самым неисправимым болтунам. Еще полчаса назад они стояли друг против друга и убивали. И никак не отделаться от мысли, что эти люди убивали твоих товарищей, а теперь ты должен простить их и забыть обо всем.
Капсула начала торможение и остановилась на станции «Центральная». Они покинули ее и зашагали вслед за Ханом, который направлялся к стоящей грузовой платформе, окруженной решеткой.
Это было всего лишь несколько месяцев назад, но казалось, что в другой жизни, в другой реальности. Они спускались на этой платформе, и свободная жизнь оставалась там за бортом, на поверхности. И не было никакой надежды на освобождение. Илья помнил очень четко те ощущения. Он был как бы отрезан от всего мира. Его не волновало ничего. Словно обложенный толстым слоем ваты, он практически ничего не чувствовал. Новая жизнь быстро взяла его в оборот, слишком быстро. У него даже не было времени опомниться, собраться с мыслями, подумать. Все, что имел, он потерял, а нового так и не нажил. Да и шансов у него не было нажить. Повезло ему оказаться в теле свергнутого и приговоренного к смерти правителя. И вот теперь он совершенно иной. Эти несколько месяцев совершенно изменили его. Он стал другим человек, который готов шагнуть навстречу новому миру. Вот теперь можно и повоевать.
Когда все загрузились на платформу, решетка закрылась, пол под ногами дрогнул. Начался подъем. На этот раз не было настороженных взглядов надсмотрщиков сверху и нацеленных на них дул излучателей и энергонов. Не было нервной обстановки и чувства обреченности.
Платформа остановилась, решетку подняли, и они вышли наружу.
Первое, что бросилось в глаза – это мертвые тела в странных позах, лежащие повсюду. В основном это были тюремщики в синих обожженных мундирах, но изредка попадались и пираты. Надсмотрщики были так уверены в своей неуязвимости, что оказались не готовы к ведению боя внутри здания. Для них нападение корсаров оказалось неслыханной наглостью.
Всю дорогу им приходилось следить за тем, чтобы не наступить на мертвецов. И это было ужасно.
Через четверть часа они оказались у распахнутых центральных ворот. Возле них Илья заметил рабочую суету. Корсары готовились принимать первую партию маара.
– Эй, Хан, куда гарвов ведешь? Чего сразу к стенке не поставили? – раздался насмешливый голос.
Он принадлежал чернокожему пирату, руководившему работой одной из грузовых платформ.
– Ульрих приказал живыми сопроводить на корабль. У них какое-то соглашение, – ответил Хан.
– Ну, раз Ульрих приказал, то тогда значит да… Хэй, Танк, как у тебя дела? Много сегодня настрелял ублюдков?
– Достаточно, чтобы тебя уделать, – отозвался Танк.
– Ничего, вечерком у меня? Посчитаем промежуточные результаты?
– Если освобожусь.
– Прихвати с собой горючее. Я совсем на мели.
Танк буркнул в ответ что-то нечленораздельное. Похоже, у них тут идет соревнование, кто больше врагов прихлопнет. Нормальная здоровая обстановка.
Они вышли с форпоста «Южный» и зашагали по каменному выжженному полю к стоящему вдалеке звездолету.
– А отлично они тут постреляли, – оценил Карен Серое Ухо.
Всю дорогу от звездолета корсаров до белого купола форпоста устилали тела. Смерть собрала здесь солидный урожай. Илья шел, стараясь не всматриваться в мертвецов. Ведь за каждым телом стояла целая сломанная жизнь. От осознания этого к горлу подкатывал противный едкий комок. Слишком много смертей для одного дня.
Возле звездолета стоял караул из десяти бойцов с излучателями наготове. Они даже не дрогнули при их приближении. Видно, опознали своих.
Хан подошел к командиру охранной группы и о чем-то заговорил с ним. Все это время корсары и «донники» торчали возле корабля, не зная чем заняться. Хан разговаривал минут пятнадцать, потом повернулся к своим и приказал:
– Приступать к погружению.
Танк зашагал к открытому люку.
Илья улучил минуту, когда рядом не осталось корсаров, и сказал своим:
– Носить будем маар на груди. Чтобы всегда помнили.
– А у меня ничего от облучения не отвалится? А то жить на свободе это хорошо, но хотелось бы, чтобы все части тела были на месте. Тем более такие важные, – заявил Фома Бродник.
«Донники» рассмеялись. Вовремя сказанная шутка Бродника разрядила обстановку. И в корабль они уже зашли, как свободные люди, уверенные в своих силах, а не как животные, ведомые на заклание.
На приемном уровне их встречали трое корсаров в свободной рабочей одежде: серые штаны и серые куртки с оскаленным черепом в солнечном круге на правом плече.
– В броне по кораблю расхаживать запрещено. Танк, проводи их в нуль-боксы, пусть там оставят свое железо, – распорядился светловолосый пират. – Потом возвращайтесь сюда. Будем гостей вводить в курс дела.