Дмитрий Самохин – Клеймёный (страница 22)

Им было не важно, кто осмелился напасть на Пекло, бросил вызов королевству Поргус, атаковав одну из его колоний. Хотя по баракам ходили слухи и версии. Не избежал этой эпидемии и «Веселый барак».

– Говорят, это сторонники Имрана решили бучу заварить. Сейчас по окраинным планетам заварушки устроили, – говорил Жора Бугай, старожил барака, один из сторонников убитого Дырокола. – Ищут сторонников, которых магистрат Поргуса упрятал по каторгам.

Вокруг него собралось с десяток «донников», готовых поддержать разговор.

– А зачем им на Пекло нападать? Здесь же окромя каторжан никого и нет? – возражал ему Семен Дуст, заключенный из новой партии.

Вторжение так потрясло обитателей Жерла, что они напрочь забыли о смерти Дырокола и избрании нового старосты барака.

Но Илья Давыдов не мог этого забыть.

Он внимательно всматривался в лица обитателей «Веселого барака», пытаясь понять, что ему теперь делать со всем этим. Теперь он несет ответственность за все то, что произойдет в бараке. Какие усталые, потерянные лица. Серые, грязные простыни, а не лица. Они давно потеряли всякую надежду на освобождение, и теперь их волнует, кто напал на Пекло, а не то, что это может нести им лично. А ведь это вторжение может обернуться для них воротами к свободе. Но они так привыкли к жизни в Жерле, что и не помнят, что это такое, вкус свободы. Правда, есть маленькая проблема, сидя на заднице ровно в каменном мешке, воспользоваться подвернувшимся случаем не удастся. Надо что-то делать. Настала пора выметаться отсюда.

– Это корсары. Зуб даю, что Флибустьеры Пустоты почтили нас своим визитом, – подкинул идею Конор Хабиб, темнокожий «донник». Лицо его больше походило на поверхность планеты, испещренной тысячами кратеров.

– Это все сказки. Я в прежнее время на флоте служил. Так что-то мы с этими корсарами ни разу не встретились, – возразил Кузнечик, появившийся словно из ниоткуда.

– Это вам повезло, слизнякам. А то давно бы Пустоту кормили, – ответил Конор Хабиб и довольно расхохотался.

«Донники» поддержали его. Барак наполнился весельем. Смех обреченных на смерть, по-другому не скажешь.

Интересно, найдется среди этой серой массы хоть десяток смельчаков, которые смогут открыть двери камеры и шагнуть навстречу свободе. Возможно, это будут шаги смерти, даже наверняка. Но это будет хоть какое-то действие, какой-то поступок, за который не будет стыдно.

Илья решился. Он подошел к Карену Серое Ухо и тихо произнес:

– Есть дело. Надо поговорить без лишних ушей. Фому прихвати.

– Понял. Сейчас сделаем.

Илья отошел к своей койке, присел на нее и стал внимательно наблюдать за обстановкой в бараке. Заключенные разбились на группы и обсуждали мир снаружи, углубляясь в воспоминания о своем прошлом. Кто-то служил в полиции, кто-то усмирял беспорядки на одной из провинциальных планет, кто-то работал на таможне и ловил контрафакт. И каждый добавлял себе значимости, ударяя в грудь кулаком и обращаясь к своему прошлому. И никому не пришло в голову подойти к дверям барака и садануть по ним изо всех сил. Глядишь, на зов придут «хлысты», и тогда уже можно будет побороться.

Фома Бродник и Карен Серое Ухо приземлились на его койку. Напряженные, собранные, готовые к действию. Возможно, они тоже чувствуют этот дурманящий запах свободы.

– Ты звал? – спросил Бродник.

– Если мы будем сидеть в бараке и ждать, когда решится наша судьба, то закончим на Дне, – сказал Илья.

– И что ты предлагаешь? – спросил Карен Серое Ухо.

– Я не знаю, кто там штурмует Пекло. И это не важно. Пусть хоть оборотни или космические пиявки. Но сейчас, когда все заняты отражением атаки, мы можем попробовать сбежать.

– Ты серьезно? Не надышался чем? Может, «донного мха» вкурил? – спросил Карен Серое Ухо и посмотрел на Илью с подозрением.

– С Пекла еще никто не бежал. К тому же как ты себе это представляешь? – спросил Фома Бродник. – Одно дело из барака выйти, другое подняться на поверхность, где от надзирателей не продохнуть. Но самое главное, это где мы найдем подходящую посудину, чтобы смыться с этого каменного шарика?

– Для начала нашим тюремщикам сейчас откровенно не до нас. Судя по тому, как забегали «хлысты» и как затравленно смотрел на нас Везунчик, положение дел на поверхности далеко от идеала. Похоже, наши ключники сливают Пекло, проигрывают по всем статьям. И рано или поздно сапоги пришельцев застучат и по Жерлу. И что, мы встретим их с голыми руками? – спросил Илья. – Я не хочу быть беспомощным котенком, которому предстоит утонуть в ведре.

– Это ты сейчас про что? – спросил Бродник.

Последнюю его фразу они явно не поняли.

– Не важно. Главное, что мы должны быть во всеоружии, когда пришельцы окажутся здесь.

– Мы же на коротком поводке. Стоит нам рыпнуться не по делу, как операторы сверху нам контакты в мозгах перекроют, и все закончится печально, – напомнил о «разгонниках» Карен Серое Ухо.

– Операторы вряд ли нам сейчас помешают. Атакованные извне тюремщики слишком заняты, чтобы следить за нами. И многих уже наверняка и в живых нет. Так что это риск, но благородный. Я считаю, мы должны попробовать, – уверенно заявил Илья. – А пока пришельцы перехватят управление над нами, пройдет время. И нужно ли им это управление, вот в чем вопрос.

– Хорошо, что ты предлагаешь? – спросил Карен Серое Ухо.

Вот это уже деловой разговор. Илья почувствовал прилив энергии.

– Для начала, кто из этой клетки способен нас поддержать? Большая часть уже давно смирилась со своей участью, и для нас интереса не представляет.

Карен окинул взглядом «Веселый барак».

– Это ты прав. Основная масса давно скисла и способна только маар добывать. Но я плохо их знаю, чтобы судить. Нам нужен кто-то старой крови, кто способен открыть глаза.

– Я думаю, Салех может нам помочь, – предложил кандидатуру Фома Бродник. – Я поговорю с ним.

Он поднялся и направился вглубь барака, где виднелась массивная фигура наставника Салеха.

– Хорошо. Мы соберем команду. Дальше что? – спросил Карен Серое Ухо.

– Откроем эти двери. Затем привлечем внимание «хлыстов» и завладеем их оружием. Потом есть варианты.

– Предлагай.

– Тяжелого вооружения в Жерле нет. Но если мы завладеем «Проходчиками», то это даст нам шанс при лобовом столкновении с захватчиками.

– Мизерный такой шансик, – оценил Карен Серое Ухо.

– Ничего. У нас сутки назад и такого не было.

– Против захватчиков в открытом противостоянии нам не выстоять. Если уж охранники на поверхности прогнулись, то и у нас шансов нет, – скептически заметил Карен Серое Ухо.

– Зря ты так нас недооцениваешь. Мы можем им тут устроить замечательные прятки. Главное понять, в чем смысл этого вторжения. Никто кроме нас не знает Жерло так хорошо. И это наш плюс.

– Если это корсары, то они пришли за мааром, – высказал версию Карен Серое Ухо.

– Поздравляю с повышением, «донник», – раздался насмешливый голос Салеха.

Илья и не заметил, как они подошли. Наставник возвышался над ним, как неприступная скала.

– Тут твой человек подходил. Ему удалось меня заинтересовать, господин начальник. Говори, что ты хочешь, – из голоса Салеха ушла насмешка, появились угрожающие ноты.

Давыдов вкратце изложил свои мысли, которыми уже успел поделиться с друзьями. Наставник Салех внимательно его выслушал, и, когда Илья закончил, презрительно скривился и сплюнул на пол.

– Мысль любопытная. Все лучше, чем жопы до дыр протирать на нарах. Сколько тебе человек нужно?

– Сколько сможешь подобрать? – ответил вопросом на вопрос Илья.

– Чтобы надежные и с азартом в глазах, не больше десяти. Каторга ломает людей получше стального прута. Не все сохраняют бунт в душе. Многие привыкают к работе, кормежке по расписанию и отсутствию проблем, которыми на свободе жизнь пичкает нас ежедневно большими порциями. Так что десяток дерзких бойцов я тебе обещаю. Потом можно и другие бараки подключить. Там тоже не все отчаялись.

– Отлично. Действуй, – одобрил Илья.

Салех посмотрел с вызовом на Давыдова, но смолчал. Он отправился на переговоры с жителями барака.

– Я бы наставнику не доверял, – поделился соображением Карен Серое Ухо.

– Ты для него не авторитет, Давыдов, так что держи ухо востро, – поддержал друга Фома Бродник.

– Я пока здесь ни для кого не авторитет. Молодняк голодный и злой. Тут каждый сам за себя. А старожилы не смогут мне простить смерть Дырокола. Так что я готов к работе с трудным электоратом, – произнес Илья.

– Ты иногда так странно выражаешься, что я тебя мало понимаю, друг, – заметил Карен Серое Ухо.

– Это нормально. Мы из разных миров, поэтому у нас разные образы.

Время неумолимо уходило, а они сидели в бараке в полном неведении, что творится снаружи. Даже «хлысты» не заглядывали к ним на огонек.

Илья чувствовал напряжение, которое накапливалось в окружающем пространстве. Казалось, скоро стены барака начнут вибрировать от энергии, сконцентрированной в Жерле.

Из Салеха получился отличный вербовщик. Он привел двенадцать человек. Разношерстная получилась компания – отъявленные головорезы, в основном из старожилов. По виду и не скажешь, что несколько лет назад на свободе эти люди занимали вполне мирные должности, владели мирными профессиями и не думали о том, что когда-нибудь им предстоит убивать. Но теперь в их глазах читалась кровь. Они уже успели вкусить ее, поэтому и шли теперь на битву. Кровь – жуткий наркотик, от которого просто так не откажешься.