Дмитрий Самохин – Археолог (страница 16)

Интересно, а здесь есть дикое зверье? Когда Константин был совсем сопливым мальчишкой, его дед, кадровый военный, любил рассказывать, как ему приходилось в годы Великой Отечественной ходить в школу в Углич. Родом дед его был из деревни Юсово. Каждое утро понедельника мальчишка отправлялся через лес в город, а это пешком двадцать с лишним километров, и каждый вечер пятницы он возвращался домой. Шел один через страшный, полный дикого зверья лес. В то время эти рассказы не сильно впечатлили десятилетнего Костика, но теперь, когда он сам оказался в диком лесу, он вспомнил деда, представил, какого было мальчугану. Ведь у Долгова был автомат, в случае чего он смог бы отбиться, а у его деда только матерчатая сумка с тетрадками да воля к жизни и несгибаемый характер. Если бы не это, не смог бы он выбиться в люди и добиться положения в обществе. Только мыслями о деде жил Долгов эти полтора дня, что блуждал в одиночестве по дикому лесу.

Ночью было страшнее всего. Ничего не видно, только заунывный волчий вой раздавался в кромешной тьме. Чтобы зверье не добралось до него, Долгов забрался на дерево, где и переночевал, дрожа от холода и голода, сжимая в руках автомат. Утром он продолжил путь и через несколько часов вышел к Волге. Теперь стало попроще. Парень двигался вдоль реки, стараясь никому не попадаться на глаза. Несколько раз он выходил к заброшенным деревням, где большая часть домов стояли заколоченными, но в некоторых еще теплилась жизнь.

К исходу второго дня оголодавший и замерзший Константин вышел на окраину Углича. И только тут сообразил, что понятия не имеет, куда ему идти дальше, кому нести коробочку с ампулами. Да и вообще кто мог бы ему помочь? Он медленно шел по пустынным улицам города, старательно избегая встречи с разъезжавшими повсюду патрулями. Кто эти люди и что они с ним сделают, он не знал. А доверять свою судьбу случаю не хотел. Наконец Долгов, отчаявшись, вошел в первый попавшийся двор и постучал в двери частного бревенчатого дома. В окнах было темно, поэтому Константин не знал, есть ли там кто внутри, но он больше никуда не хотел идти и решил, что, если в доме никого нет, он просто выбьет окно и заберется внутрь. Но неожиданно дверь открылась. В неверном дрожащем свете свечи Долгов увидел лицо старика. Тот, нахмурившись, оглядел незваного гостя, затем отступил в сторону, пропуская Долгова в дом. Константин вошел, сделал несколько шагов в сторону комнаты, где коптили лучины, и тут силы оставили его, и парень упал. Спасительное забытье окутало Константина, и он отключился. Даже не слышал, как матерился старик, которому пришлось перетаскивать тяжелого парня в комнату, поближе к теплу, где у того был хоть какой-то шанс прийти в себя.

Глава 11

Столбова разбудили засветло. Пришел Рыжов. Археолог впустил его в дом. Ночью Доктор с ребятами и мужиками из ополчения нес дежурство по охране периметра Пролетарского района. Вообще-то они не торчали все время на улице, смоля самокрутку за самокруткой да попивая спирт из фляжек, а все больше отсиживались в штабе. Только три раза за ночь сделали большой обход, стараясь особо не шуметь.

Выглядел Доктор уставшим и больным. С порога заявил:

– Кажется, я заболеваю. Горло саднит, да и вообще…

– А ко мне с утра пораньше ты приперся, чтобы заразить? – спросил недовольно Столбов.

Накануне он хорошо посидел с Колюжняком и его ребятами за бутылкой самогона. Он все пытался местных разговорить да выведать у них истинную причину бардака, что творился в Пролетарском районе, только вот никто откровенничать не хотел. Мужики самогонку пили, но и в чем признаваться не собирались. Археолог чувствовал, что они темнят, но ничего им предъявить не мог, кроме смутных подозрений. На том вечер и закончили. Каждый ушел к себе ни с чем.

– Да нет… Зачем оно мне надо тебя заражать? Какой мне с этого прок? Лечи тебя потом. Я тебе о деле пришел сказать. Ночью мы с мужиками с патрулем часовщиков столкнулись. Поговорили по душам. Делать все равно нечего…

– Поговорили по душам? – удивился Столбов.

– А чего? В патруле парни обычные. Кто чем до войны занимались. Все сплошь мирные профессии. Им с нами воевать не резон. Это их начальство воевать хочет, а они в бой не рвутся, поэтому и поговорили за жизнь. В общем, тут такая петрушка намечается. Некоторое время назад кто-то – парни сами не знают кто, но выдвигают версии и предположения – на подходе к городу положил караван из Ярославля, а это несколько грузовиков и хорошая охрана на бронированных авто. Так вот охранников всех перебили. Те даже пикнуть не успели. Груз, говорят, вроде как цел, но груз какой-то странный – несколько ящиков с консервами. Зачем ради такой пустяковины машины зря гонять да топливо жечь? Понимаешь, к чему клоню?

– К тому, что самое ценное грабители все-таки унесли с собой.

– Может, грабители, а может, и нет.

– О чем ты?

– Говорят, человека два из охранников каравана все-таки сбежали в лес. В караване полагается по штату определенное количество личного состава, а тут явный недобор. Сбежавшие и прихватили с собой секретный груз. А вот смогли грабители их там найти или не смогли – тут дело другое. К тому же кто такие грабители и как они решились на это ограбление, пока не понятно. В городе слух на слух громоздится и слухом погоняет. Караван этот Черномора был. А он работает с часовщиками. Но часовщики ни сном ни духом об этом караване не знали. О чем это говорит?

– О том, что Черномор хитрая лиса и решил поменять деловых партнеров. А прежним партнерам такой поворот событий явно понравиться не мог, – предположил Столбов.

– Вот то-то и оно. Ребята говорят, что их руководство очень обеспокоено этим фактом. Все стоят на ушах. Шаман лично уехал на место происшествия. Хотя чего он там собирается найти, хрен знает. Грабители не идиоты, чтобы оставлять следы. Особенно когда они так рискуют, что потрошат караван самого Черномора. Понятно, что Шаман на артельщиков с масловцами волну гонит. Только те в полный отказ идут. Знать, мол, ни про какой караван не знаем, ведать не ведаем. Шаман большой сход на завтра назначил. Будут тереть о нападении да искать виновных. Но мне кажется, ни черта они не найдут.

– Помнишь, мы когда в город ехали, нас в Баскачах тормознули. Отряд часовщиков там зачем-то торчал. Я вот что думаю, с тем же успехом часовщики сами могли караван подломить. Не понравился им финт Черномора, вот и решили зубы показать. А теперь крутят машину, бурную деятельность изображают, – хмыкнул Столбов.

– Я тоже об этом сразу подумал. И ведь как выгодно – сами грязное дело обстряпали, а теперь под эту шарманку весь город на уши поставят. Опять же Рассказову предъяву выкатят, мол, так дела не делаются, новые партнеры ненадежные, первая же поставка – и подвели. В общем, схема интересная намечается. Шаман тут при всех раскладах в чистой прибыли остается.

– Это пока только соображения в пользу бедных. Нам нечего предъявить Шаману. И неужели все вот эти размышления на прогулке не могли подождать до утра? – спросил раздраженно Столбов.

– Так это еще не все. Тут такое дело… Ночью к Андронову человек пришел. Больной совсем человек. Еле на ногах стоял. Говорил сбивчиво.

– И что? – удивился Столбов.

– Так из ярославских человек этот. Из охраны каравана Черномора.

Дмитрий встрепенулся:

– Откуда знаешь?

– Андронов сказал. Он этого бедолагу раньше видел. Тот при ярославских караванах терся.

Столбов собрался быстро, прихватил автомат и в сопровождении Доктора отправился проведать Андронова и его загадочного гостя.

На улице было холодно и сыро. Очертания соседних домов растворялись в тумане, окутавшем город. Андронов жил в центре Пролетарского района, неподалеку от многоэтажек, куда люди Археолога насильно пересилили всех местных жителей. Люди съезжать с насиженных мест ни в какую не хотели. У всех налаженный, устоявшийся быт, да и привычку со счетов не спишешь… Но больше всех возмущался Андронов. Старик наотрез отказался бросать свой дом и, как его не уговаривал Столбов, не согласился на переезд. Археолог сказал, что отдельную охрану предоставить не сможет. У него слишком мало людей, и если каждый из местных начнет выпендриваться и ставить свои условия, то ничего хорошего из этого не получится. И, в конце концов, они нанимались не сопли за всеми подтирать, а обеспечивать безопасность объекта. Андронов ответил, что все понимает и никаких претензий не имеет, так что всю ответственность за свою жизнь и безопасность берет на себя. После этого засел у себя в доме, в то время как Столбов и его люди занимались укреплением периметра Пролетарского района. Но, несмотря на все договоренности, Археолог приказал, чтобы патрули обязательно заглядывали к Андронову на огонек. Заходить в дом не обязательно, но убедиться, что со стариком все в порядке, необходимо.

И вот такая предусмотрительность принесла свои результаты.

Подходя к дому старика, Столбов на всякий случай скинул с плеча автомат и выставил ствол перед собой. Своим ребятам он доверял, но мало ли что… Вдруг старика взяли в заложники и заставили его придумать красивую историю со случайным вечерним гостем? Как говорится, доверяй, но проверяй.

В утренних сумерках дом Андронова выглядел замшелой лесной сторожкой. Высокий деревянный покосившийся забор, две старые, со следами побелки возле земли яблони возле наполовину вросшего в землю дома из черного бревна, с резными белыми наличниками и шиферной крышей, из которой торчала кирпичная печная труба. В таком мог бы жить старик-лесовик, промышляющий охотой и собирательством.